Главная

Поиск


?

Вопросы






FAQ

Форум

Авторы

Фантастика » Юмористическая фантастика »

Анатомичка

url  grayfa Начинающий писатель
Из страшных рассказов мед.академии.
 отзывы (1) 
Оценить:  +  (0)   
03:20 18.11.10
url  grayfa Начинающий писатель
Глава 1
За окном падал снег. Он так небрежно скользил по темному бархату ночи, что безумно хотелось нового года. Польза от стекла, пожалуй, отрезвляющая. Если прислониться к нему теплым лбом. За спиной Инна захлопнула книгу. Интересно, а давно она перестала читать?
- Всё? – спросила я, но не повернулась. Боялась получить ответ в лоб. Но все равно
получила
- Конечно, нет…. – голос подруги был хрипловат от перенапряжения.
Я обернулась, положив ладони на горячую батарею.
- А я все равно больше не могу! Который час?
Инна начала ковырять пинцетом бетонный стол:
- Все-таки самые несчастные студенты – это медики…
- Разумно… - согласилась я, простив не ответ на вопрос.
- Нет, вот подумай, где ещё студенты сидят до ночи в анатомичке, в компании…
трупа и зубрят латынь??? Говорила мне мама поступать на ветеринара!!!
- А я могла бы стать учителем биологии. Или химии. Нет, пожалуй, лучше биологии….
Замечталась я. Тишина перебивалась только скрежетом Инкиных зубов.
В анатомичке мы были вдвоем, если не считать вахтерши Оли, которую все неизменно звали Олечкой и препаратора Николая Александровича. Обращение по имени – отчеству, скорее шутка, студенческий прикол, если он и старше меня, то максимум на год.
Завтра всем грозил зачет по мышечной системе, который перетекал в зачет за семестр. Тем не менее, никто, кроме нас, из группы особенно не озадачивался подобным вопросом и в данный момент времени либо пил пиво, либо видел десятый сон. Но староста – это лицо группы, она завтра будет отвечать первой (что за обидные стереотипы?), а Инна наказана за то, что дружит со мной с восьмого класса, ровно как перешла к нам в школу с нездоровым блеском в глазах стать доктором. Не врачом, а доктором! Мне подсознательно не нравится это слово….
- Ань, нас через полчаса не пустят в общагу…
Голос разума? Да, если принять то допущение, что мой разум – это Глебова.
- Значит, ночуем здесь!
Инна шутки не поняла. Она с недовольным видом сняла сапоги, взяла сумку со стула, положила на стол, сама забралась на все тот же стол, соорудила из сумки подушку и ответила:
- В таком случае спокойной ночи!
Дверь открылась без предупреждения. На пороге оказался Николай Александрович. Он осмотрел убежище моей подруги, та даже бровью не повела. Потом препаратор посмотрел на меня. Я развела руками. Грызем гранит науки, что тут ещё скажешь….
- Много вам ещё осталось?
- Ноги… - ответила Инна.
- А дома доучить? Мне тут не хочется всю ночь сидеть…
- Дома трупа нету!!! – Глебова убивает своей прямотой.
Николай Александрович хмыкнул.
- Ладно, сейчас чай принесу. Отдохните…
Дверь закрылась…
- А наш Аид и не такой уж и Аид!!! – повернулась ко мне подруга.
Аид – это потому, что сидит в подвале анатомички и выдает… препараты. Бурная фантазия Глебовой уже нарисовала нехилый сюжет к образу, но чай туда не вязался. Вот и рушатся идеалы.
Чай был теплый, сладкий и смородиновый. А ещё сахар – рафинад. Это вообще детское счастье.
- Все хорошо выучили? – поинтересовался препаратор
- Не, под конец уже совсем бред… - ответила я.
- Ну и не загружайтесь!!! Глобрин всегда спрашивает по простой схеме: первый человек – шея, второй – руки, третий – спина, а потом по-новой…
- Где ты раньше был??? – зло стукнула Инна чашкой по столу.
Мы только улыбнулись.
- А вы знаете про наш музей? – переменил тему Коля (какой он теперь Николай Александрович?)
- Мы там даже были! – сказала Глебова.
- И все?
- А что ещё?
Препаратор хитро улыбнулся. И вправду похож на Аида из мультика!!!


Глава 2
Я вжалась в стул. С детства боюсь страшных историй. Вернее, в детстве их, конечно, все боятся. Скорее, я просто не переросла этот возраст и до сих пор ощущаю, как потеют ладошки. Инна же даже чай оставила и вся превратилась в слух. Коля, довольный производимым эффектом, понизил голос и начал вещать… (ох, сейчас бы ещё как в лагере свет выключить и фонариком на лицо снизу посветить, визгу будет!)
- В нашем музе, как в маленькой Кунсткамере, хранятся всевозможные патологии
развития. Говорят, что эти экспонаты стал собирать местный помещик, который тоже страдал от странной хвори..
- От какой? – холодным голосом доктора уточнила Глебова.
- Этого никто точно не знает. Говорят, что у него был горб, или одна нога короче
другой, или и то и другое…. В общем, внешности он был весьма специфической. И вот как-то нашел помещик новый экземпляр для своей коллекции. В доме сапожника сын родился с одной рукой, но на той единственной руке у младенца было шесть пальцев…помещик хотел договориться, но сапожник прогнал его со двора, да ещё и собак спустил. Обиделся коллекционер. Из-за его внешности ходили слухи, что связан помещик с нечистью клятвой кровной. Так это или нет, но утром сына сапожника нашли мертвым в колыбельке. Разгневался сапожник и поджег помещичий дом. Все спаслись, кроме хозяина. И бродит теперь дух помещика этого по музею своему, охраняет и не пускает никого. Ещё воет иногда…
- Что за детский лепет, - Инна была разочарована.
Мне же вполне хватило. Я обнаружила, что уже с ногами влезла на несчастный стул и вот-вот упаду. Николай Александрович отхлебнул чай:
- Знаешь, а я, когда здесь поздно засиживаюсь, слышу, как он что-то бормочет и
воет.
- Мм, говорят, это диагноз… - Глебова посмотрела в окно.
Снег разошелся ни на шутку. Он метался от окна в ночь и обратно, словно брал стекло штурмом.
- Слышите! – препаратор поднял указательный палец вверх.
По коридору кто-то шаркал. И бормотал. Бормотал что-то непонятное, нечленораздельное. Но главное, что шел прямо к нам…. Мое сердце подпрыгнуло к горло и забилось в мелкой дрожи. Смелая Инна приподнялась на стуле, бледнее прямо на глазах. Коля поднялся и взял со стола пинцет. Тяжелее был только макет скелета, стоящий в углу, но очень не удобный он для защитных маневров. Шарканье становилось ощутимее. Я, не зная, куда бежать и что делать, потянулась вперед, но вывернула себе на колени (и белый халат!) теплый ещё чай. Моё «ой!» было грубо обрублено хоровым «шшш!». Я для верности закрыла рот руками. Дверь заскрипела. Скромная полоска коридорного света ворвалась в кабинет. Николай резко дернул ручку двери на себя и с криком выскочил на врага. «Враг» закричал женским голосом, а потом посыпал на препаратора искренней руганью:
- Это что же ты тут окаянный такое вытворяешь??? – если опустить нелитературные
подробности, кричала Олечка, - сколько можно тут сидеть!!! А ну живо по домам!!!! И не хочу ничего слушать!!! А ты, чертяга окаянный, сейчас у меня полы помоешь!!!
Олечка исхитрилась и схватила препаратора за ухо. Тот отпирался, оправдывался, хватался руками за дверной косяк, но учесть его была неотвратима. Интересно, а каково это в ночи мыть полы в анатомичке.
Зато на душе посветлело, и даже чайные пятна казались мелочью и пустяками, житейским делом.
В общагу мы опоздали на двадцать минут. Хорошо, что сегодня в ночную смену оказалась сговорчивая комендант. Мы, конечно, для порядку, объяснили ей, что первый курс, что сложный зачет, что, разумеется, такого больше не повториться. Она помолчала, но впустила.
Лифт уже не работал. Мы, уставшими ногами, в неимоверно, казалось, тяжелых пуховиках, перепрыгивали через две ступеньки, раздеваясь на ходу, будто была возможность не успеть. Успели. Не спеша приготовились ко сну, выключили свет, залезли в холодные кровати и …. Долгожданный сон куда-то улетучился, как рукой сняло. У меня в животе страдальчески заговорило. Я, думая, что Глебова спит, на цыпочках прокралась к холодильнику по скрипучем у полу. Стоило мне открыть дверцу, как голос Инны ударился в спину:
- И мне бутерброд с колбасой сделай!
Мы ели, потом говорили, потом ещё немного поели….
Сон пришел, когда ему оставалось три с половиной часа….

Глава 3
Есть такая прописная истина – хочешь возненавидеть мелодию? Поставь её на свой будильник! Я боролась, как могла! Я прятала орущий мобильник под подушку, я швыряла его в ноги, я забрасывала телефон под кровать. Не помогло. Песенка была вездесуща и ото всюду находила путь к моим ушам….. Проснулась я в настроении какой-то жертвы. Инка спала. Вот счастливый человек. Будильники её не берут, спит так, что хоть вот прямо сейчас, прямо здесь разворачивай военные действия – результата не будет. Я грустно прошлепала в душ, по пути нажала кнопку чайника. Сегодня мне кофе внутривенно, пожалуйста.
Самое тяжелое, по мне так, это то, что заоконный пейзаж, когда ложишься спать, не сильно отличается от того, когда просыпаешься. Нет какого-то импульса, желания, что ли…. Тут не спасает даже контрастный душ.
Более-менее живая я вылезла из душа. Глебова не поменяла даже позы сна. Ну что ж…. Я заварила кофе в две кружки, нарезала бутерброды и посмотрела в сторону сладко спящих. Знаю, я вандал, да, у меня нет ничего святого, да, можешь подавать жалобы в Гаагский суд и вообще в любой, какой найдешь, но разбудить тебя – моя обязанность. Я сорвала одеяло с подруги. Инна съежилась от холода, повернулась на бок, но глаз не открыла. Тогда я подергала её за ногу. Получила пинок и досадное «мммм». Дальше…. В общем, минут через двадцать Инка была разбужена и швырялась теперь своим отвратительным настроением. Я привыкла. И даже не обижаюсь….
От общежития до института – рукой подать, но так мне нравится это расстояние. Идешь себе, особенно, когда не опаздываешь, на людей смотришь, снежинки на лицо ловишь и радостно так. Но не все разделяют моё настроение. Инна обычно напоминает мне старый моторчик, вроде и двигается, но постоянно ворчит то громче, то тише. Когда мы проходили мимо спортивной площадки, заулыбалась даже Глебова. В нашем институте учится огромное количество иностранный студентов, в основном это выходцы из Иордании и Шри – Ланки. Так вот, снегу они радуются…. Хуже детей!!! Не понятно, во сколько они просыпаются, но уже сейчас они играли в снежки, кто-то просто валялся в снегу. Иногда мне кажется, что особое удовольствие для наших иностранцев (странное словосочетание, но уж как есть) – это спешить из корпуса в корпус и поскальзываться, лишний повод поваляться в снегу. Странно, как люди, радуются тому, что так уже привычно надоело.
Анатомичка. Собственно, не успели мы соскучится. На крылечке курит Глобрин. Мы поздоровались. Он нам отвесил кивок. Вот сейчас войдет в кабинет и первым делом прочтет лекцию о том, что врач курить не должен, что курение – это вообще самое страшное из зол и так далее по тем же нотам. Странный он все-таки человек, но доцент. Или доцент потому, что странный человек…. Пожалуй, понять мне это суждено только в том случае, если сама стану…. Но это уже слишком фантастичная фантазия.
Что бы не надоедать описательством скажу только, что зачет прошел действительно по той схеме, которую рассказал Николай Александрович. Именно поэтому зачет прошел удачно. Мы с Инной решили, что заслужили отдых. В сегодняшнем дне запланировано расписанием ещё две лекции, но… надо всего лишь договориться со старостой другой группы (это хорошо, староста и там сговорчивая) и вот уже на лекции «все присутствуют» не зависимо ни от чего. В приподнятом настроении мы почти выкатились из анатомички. На углу стоял Коля. Его окружал хоровод окурков. Да и сам препаратор просто светился бледностью. Как сказала бы моя бабушка : «Даже глазенки провалились».
- Что –то случилось? – спросила Инка. Она редко обременяла себя приветом.
Николай Александрович кивнул.
- Что? – в голосе Глебовой дребезжало нетерпение.
- Я его видел!
- Кого? – хором не поняли мы
- Приведение!!!!
- Да брось ты! – отмахнулась Инна.
Мне это все такой чепухой не показалось. Я, пожалуй, просто более восприимчива, а Глебова права своим жестом.
- Правда!!! Сначала свет включился ни с чего. Ну я думаю – проводка пошаливает
или выключить забыли. Потом слышу – говорит кто-то. Я подумал, что Олечка по телефону, она любит заполночь поговорить. Спустился, смотрю – спит Олечка!!! А потом… потом я повернулся, а в конце коридора что-то светится таким голубоватым светом. Посветило – посветило, потом зажглось сильнее и исчезло!!!
Я и не заметила, как Коля закурил очередную сигарету.
- Ой, что-то… ерунда какая-то! – Глебова сложила губки, - либо сочиняешь ты, либо
действительно у страха глаза велики..
- Ты не веришь? – препаратор разозлился, даже сигарету в снег кинул, - тогда
приходи сегодня и посмотри сама!!!!
С этими словами Коля зашагал прочь. Мы переглянулись:
- Ты со мной? Спросила Инка.
Я кивнула. Сколько потом я об это жалела!!!!
Вот так мы и пошли досыпать в общагу, а за одно и готовиться к ночному дежурству…



































 отзывы (0) 
Оценить:  +  (+1)   
08:42 20.10.10