Главная

Поиск


?

Вопросы






FAQ

Форум

Авторы

Любовные романы » Остросюжетные любовные романы »

Верным курсом

url  VEYE Начинающий писатель
Первые несколько глав, будущей книги. Орфографию надо править, разметка оставляет желать лучшего.
 отзывы (2) 
Оценить:  +  (0)   
04:03 22.12.11
url  VEYE Начинающий писатель
1

По полу покатилась очередная пустая бутылка. Глухо стукнувшись о ножку рояля, она немного развернулась и замерла, словно уставившись на меня горлышком. На протяжении последнего часа все, что я делал, это раз за разом прокручивал в уме наш последний разговор, перебирал его как четки, вычленяя каждое слово и разбирая его до тех пор, пока от воспоминаний о нем не начинало тошнить. А потом еще немного. Воздух в комнате был пропитан парами алкоголя и сладким запахом тлеющей травки. Дышать было тяжело и неприятно. Я встал, что бы открыть окно и тут же пожалел об этом, вчерашний вечер дал о себе знать, в голову поднялась пульсирующая волна, перед глазами засветились пятна, а из живота до горла прошел типичный позыв. Постояв так минуту, я несколько раз закрыл и открыл глаза, переборов тошноту и глубоко вдохнув, я сделал еще одну попытку впустить в комнату свежий воздух, окно распахнулось и меня окатило вялым горячим ветром. Надежды на лечебные свойства вечерней свежести не увенчались успехами. Содрав с пачки фольгу, я пожал плечами, достал сигарету и щелкнул зажигалкой. Когда подожженный табак издал характерное потрескивание, из комнаты как будто высосали все остальные звуки, осталось только мое неровное дыхание и шипение сгорающей сигареты. Прошла минута или несколько и эту почти давящую тишину нарушил тихий, но отчетливый зевок из другого конца комнаты, я бросил окурок в окно и развернулся. Взгляду моему предстала моя спальня: разбросанные по полу вещи, вперемешку и с исписанной бумагой, смятыми пачками из-под выкуренных сигарет и прочим мусором. На разломанной двери шкафа, которую я сорвал вчера, пуская слюни, на разбитую рамку с нашей фотографией, посапывал, чей-то пес. Надо было напрячь память, что бы вспомнить как он появился у меня дома, и я оставил это на потом. За сопящей тварью был лес из пустых бутылок ведущий к кровати, на которой лежал источник звука, который отвлек меня от моих мыслей. Из-под жеваной простыни, которую я летом использовал вместо одеяла, выглядывала тонкая рука в массивных металлических браслетах, ногти на руке были накрашены светло зеленым лаком, а белая полоска незагорелой кожи на безымянном пальце заставила меня нахмуриться. Простынь с одинаковыми интервалами поднималась и опускалась, что свидетельствовала о том, что обладательница руки не проснулась. Что не могло не радовать. Очень хотелось пить, отправившись на кухню, открыл холодильник, достал шампанское и жадно присосался к горлышку. Опустошив бутылку и отставив ее к остальным, я дошел до ванной, где долго и с удовольствием умывался. Перевел взгляд на ванную и достал со дна солнечные очки. Когда свет не режет глаза определенно лучше. Вибрация со стороны стиральной машины сообщила о том, что потерянный мной вчера мобильник был под кучей грязных полотенец, я достал его и прочитал сообщение: "Скотина, верни собаку!", - гласил текст. Номер не определился. В памяти хаотично протекали происшествия вчерашнего вечера. Оттянув резинку трусов и направив струю в раковину, я продолжил вспоминать, и когда хронология событий была восстановлена, с удовлетворением шагнул в душ. Струйки холодной воды побежали по шее и спине, стало меньше тошнить, и общий тонус стал понемногу восстанавливаться. Когда с душем было покончено, я просушил волосы феном и вышел из ванной. Телефон так и остался лежать на стиральной машине, а псина на сломанной двери шкафа. Вернувшись в спальню, я натянул джинсы и первую попавшуюся футболку.
- Зря одеваешься,- услышал я за спиной.
Хозяйкой зеленых ногтей оказалась привлекательная девушка с короткой стрижкой, которая из-за кудряшек придавала ей почти детский вид. Большие круглые карие глаза, загорелая кожа. Ямочки на щеках. Такую трахать грех, подумал я. На соблазнительных ключицах блестели капельки пота, где же я ее подцепил. По моему недоумевающему взгляду она, наверное, догадалась и смущенно пробормотала, - Бар «Апполо», я работаю за стойкой.
- Ну да, я знаю, конечно, выпалил я.
- Ага, тогда что случилось? Выглядишь растерянным и подавленным.
- Не больше чем обычно.
- Ну-ну, вид все равно какой-то депрессивный.
Я подошел к кровати в плотную взял ее руку и положил на свой напрягающийся член. - Похоже, что я в депрессии?
В ответ она хихикнула и подарила мне блядскую улыбочку, я затем начала расстегивать брюки. Когда девушка справилась с ремнем и пуговицей, я уже был в полной боевой. Она сначала слегка лизнула его, я потом плотно обхватила головку губами и начала ритмично двигать головой. Я выдохнул, зажмурился от удовольствия и положил ей руку на затылок. Сосала она хорошо и через некоторое время я с удовольствием кончил. Она скинула с себя простыню и притянула меня к себе.
2

Через пару часов я шел по улице. Все вокруг было залито желто-оранжевым маревом заходящего солнца. Людей почти не было, от чего город приобретал безжизненный вид выжженной пустыни. Я свернул с главной дороги в сторону нужной мне улицы. Здание, которое я искал, оказалось низким кирпичным домом с забитыми досками окнами. Со стороны давно оставленное в аварийной состоянии и не снесенное только благодаря тому, что пристальный взгляд градостроителей не добирался в такие дворы. После нескольких нажатий на кнопку звонка, прозвучал лязг открывающейся двери, и чьи-то руки втащили меня внутрь. Когда дверь захлопнулась, я остался почти в полной темноте. Через некоторое время глаза привыкли к отсутствию света, и я попробовал осмотреться. Внутри здание оказалось заброшенной школой. Я сумел разглядеть столик охраны, раздевалку с крючками, на одном из которых до сих пор висела, забытая кем то, еще зимой, шапка. Напротив раздевалки стоял стенд с фотографиями и плакатами, он был в нескольких местах пробит и выглядел удручающе. Я переключил внимание на того, кто, если можно так сказать впустил меня. Это был низкий человек, за 50 с торчащими из ушей пучками волос и большим носом. При всем своем виде, он был крепко сбит и коренаст, из-под залитой жирным пятнами майки выступали внушительные для его возраста мышцы. Старик оскалился и обнажил ряд гнилых зубов криво торчащих неровным заборчиком. Мне в лицо ударил резкий запах бормотухи, от его горячего дыхания
- Чего надо? - рявкнул он.
- Вот чего. - Пробормотал я и потер большим палацем подушечки указательного и среднего пальцев.
- Только в сопровождении постоянных. - Отрезал он.
Я достал из кармана бумажку и протянул ее привратнику. Он непонимающе уставился на сотню, которую я ему предлагал.
- Иногда, что бы заработать, нужно сначала потратить. - Пояснил я.
Он снова оскалился. Было ощущение, что один из его передних зубов вот-вот отвалится и упадет на пол, нарушив душную тишину холла в котором мы стояли. Он сгреб деньги своей сухой узловатой ладонью и тыкнул большим пальцем в сторону лестницы позади него. Она вела на цокольный этаж.
Бывшее помещение спортзала, было теперь полностью переделано под зал игральный. Вдоль стен расположились однорукие бандиты, всюду были расставлены столики покрытые зеленым сукном, под тусклым освещением висящих без плафонов ламп плыла дымка от сигарет. Тихим фоном из колонки играл рояль. В целом в зале стояла тишина, раздавались только механические звуки игровых автоматов и редкий звон монет, музыка для победителей, которые в прочем тут же спускали выигранную сумму обратно в заветный автомат. За импровизированной стойкой, темнокожий бармен, разливал напитки, а две молодые девицы, разносили их игрокам. Я подошел к одному из столов и сел на освободившееся место. Все за столом внимательно уставились на меня, но когда я достал зажим с деньгами и положил его на стол, вроде как немного расслабились и игра продолжилось. Игроки - ничего примечательного. Все мужчины всем от 35 до 40. Человек справа от меня в красной клетчатой рубахе и надвинутой на глаза, засаленной кепке чесал свою русо-рыжую бороду с проседью, перед ним рассыпаны скомканные купюры, явно не перло, что вызывало у него плохо скрываемое раздражение. Следом за ним пыхтя и потея, ерзал на своем стуле лысый невротик с бледной щеточкой усов. На лацкане его желтого пиджака виднелись темные пятна, скорее всего упавшие с его лба капли пота. Играет ради азарта, слишком агрессивно и не разумно, постоянно палит карты, а при удачных комбинациях его глаза вылезают из орбит от радости. Следующий персонаж несколько выбивался из общего собрания. Сидя напротив меня, жадно смотрел на вторую по величине за столом кучку денег, маленького роста азиат, его смольные волосы были тщательно уложены и зачесаны налево, а полоска кретинско постриженных усов делала его узкоглазой версией Гитлера. За его плечом, каменной стеной, стоял, как я понял бодигард, в три раза больше, самого Адольфа. Татуированные руки, выглядывающие из-под, наверное, самой уродливой гавайки в мире, свисали ниже колен. Он тупо смотрел по сторонам и время от времени глухо покашливал. С опаской на этого здоровяка косился парень в джинсовой куртке сидящий рядом. Он раскладывал карты, считал деньги и объявлял победителя. Делал все это с очень важным видом, но по лицу было видно, что особым умом он обижен не был. Это был наш крупье. Справа от него сидел мужик с красными глазами судорожно моргал и все время сморкался. Уже через несколько минут мои догадки подтвердились и он достал из кармана жилетки пузырек, свинтил крышечку, залез внутрь мизинцем, извлек на ногте порошок и резко втянул его носом, денег перед ним почти не осталось и ни для кого не стало сюрпризом, когда сразу после принятой дозы он пошел ва-банк. Завершал наш круглый стол высокий блондин с зализанными гелем волосами. Его блестящие рыбьи глаза, плотно сжатые узкие губы, длинный нос и мраморное бездвижие всех этих частей лица делали его похожим на манекен. А сумма, лежащая у его рук, показывала, что играть он умел. В то время как я с интересом его разглядывал, он перевел взгляд с карт на меня, выпустил облако дыма из легких и бросил свои карты в центр стола, показывая тем самым, что на данном периоде игру он продолжать, не намерен. Затем в расклад легла последняя карта, на чем кон завершился. К всеобщему удивлению банк забрал невротик, от чего он зашелся кашлем, и через несколько мгновений перегнувшись через подлокотник стула, с отвратительными звуками выплеснул содержимое кишечника на пол. Я закурил. Рыжебородый с призрением глянул на лысого и отодвинул свой стул. Кокаинщик вышел из-за стола. Парень в джинсе крикнул, что то, в другой конец зала и через минуту рядом снами появилась пожилая женщина, которая начала усердно вытирать лужу на полу. Лысый, пробормотал какие-то извинения себе под нос, но она, не посмотрев в его сторону, скороговоркой прошипела какие-то проклятия, кажется на румынском языке. Азиата все это явно веселило, он что- то визгливо прошептал своему большому другу и, хихикая, посмотрел в сторону уборщицы, дуболом тяжелым шагом направился к ней и, дойдя до ведра с водой, толкнул его своей ногой. Оно звонко стукнулось о пол и расплескалось, все внимательно наблюдали за этим и когда, женщина подняла ненавидящий и полный слез взгляд на великана, но ничего не сказав, принялась с трудом собирать воду обратно, все снова уткнулись в карты. Только тщедушный азиат взорвался истеричным хохотом. Я только сжал и разжал зубы – иногда лучше не вмешиваться. «Крупье» начал раздавать. Ко мне полетела моя пара карт. Положив их перед собой, я левой рукой поднял верхний правый край и посмотрел на рисунок: две красные десятки. Отпустил и безразлично уставился в центр стола. В последнее время мне везло, и деньги имелись, но неплохо было бы найти работу. Большой блайнд был мой, и я кинул в центр стола свернутую в три раза двадцатку, потянулся к пепельнице и стряхнул пепел. Мраморный блондин положил своей длиннющей рукой десятку, остальные поддержали, все кроме невротика, тот с маниакальным взглядом все еще считал деньги, выигранные несколько минут назад. На флопе вышло каре и дальше я перестал пристально следить за игрой и просто автоматом ставил и отвечал на ставки. Мозг мой в этот момент был снова занят ей. Я ни как не мог понять две вещи. Почему она так поступила и почему, черт побери, я так сильно влюбился. Ни того ни другого я ни как взять в толк не мог. Я снова мысленно вернулся к тому дню, неделю назад, когда видел ее в последний раз. Я сказал, что после такого поступка не вижу смысла в продолжении нашей связи и нам лучше расстаться, а она просто сказала, что все хорошо и она понимает. В тот момент я несколько раз умер внутри, никогда еще я не любил ее сильнее, чем в тот момент. Следующие несколько дней я толком не мог прийти в себя и уехал за город к другу, где мы круглыми сутками убивались шишками и тупили в приставку, на улицу я не выходил, спать, и есть не мог, так как не спалось и не лезло ни хрена. Прожив так около пяти дней, я вернулся в город. И вот еще два дня спустя я тут. Меня отвлек от размышлений громкий кашель и, подняв глаза, я увидел, что тычу бычком в сукно вместо пепельницы, оно неприятно потрескивает, тлея, и слегка дымит. Оторвал руку и сдавленно извинился, парень в джинсовой куртке только недовольно фыркнул. Когда последние ставки были сделаны, и мы открыли карты, мое каре, как я и ожидал было выше остальных комбинаций, парень отсчитал деньги и отдал мне, но часть купюр сунул в карман. Я удивленно вскинул бровь, но он отрезал, что это в счет испорченного стола. Я пересчитал деньги, не хватало двух сотен, я пожал плечами и кивнул, спорить было лень, да и не стоило. Следующий час тянулся вяло и уныло. Я старался отгонять навязчивые мысли и сконцентрироваться на картах, но это получалось не очень хорошо, но к моему удовлетворению моя рассеянность не повлияла на мое финансовое состояние отрицательно и по истечению часа, я утроил сумму, с которой пришел. К столу подошла девушка-официантка, и я решил, что неплохо было бы выпить, заказал двойной бурбон безо льда и закурил очередную сигарету. Снова перед нами замелькала колода, и когда раздающий уже собирался положить первые карты перед азиатом, за моей спиной раздалось: « Ой, подождите, подождите, пожалуйста!». Все развернулись и я тоже. Перед нами стояла среднего роста девушка, молодая, хорошо и со вкусом одетая. На вид лет двадцать: сильно загорелые, и упругие бедра, красивые и легкие босоножки, легкое, но облегающее платье, под которым легко угадывалась небольшая, но красивая грудь, девушка была без белья, и я не без удовольствия отметил крепкие слегка выдающиеся вперед соски. На округлые плечи спадали золотистые волосы, заканчивающиеся крупными кудрями на кончиках, приятный овал лица, пухлые бледно розовые губы, ни помады, ни блеска, чуть заостренный, но аккуратный носик, крупные глаза темно синего света, длинные ресницы, слегка подкрашенные светло-голубой тушью, в цвет платью. В руках девушка держала аналогичного цвета сумку от бербери, длинные тонкие пальцы, профессионально сделанный французский маникюр. Голову украшал шелковый платок, в голубую и белую полоску, повязанный бантом. Первая мысль, которая пришла ко мне в голову: что делает тут это воплощение молодости и наивности? Девушка торопливо направилась к свободному месту, с которого час назад ушел наркоман. Поправила платье и села, поставила сумку на колени и начала в ней рыться, все ждали, пока она закончит, что бы паренек, мог раздать карты. Рыжебородый, снял кепку и вытер ей, выступившие на лбу крупные капли пота, недовольно заворчал и крякнул. Азиат похотливо облизнулся и что-то шепнул здоровому, от чего они оба гнусно заржали. Невротик глупо улыбался, а блондин единственный из всех не обратил ровным счетом ни какого внимание, на девушку и увлеченно рассматривал свои ногти, я только сейчас понял, что он единственный, чьего голоса я не слышал, так как за все время игры он не произнес ни слова. Наконец девушка достала, что искала и положила рядом с собой, новенький «ай-фон», такие только вышли и стоили не мало. Богатый отец, матери нет, училась в частных школах потом в элитном вузе, возможно за границей, богатая, но не испорченная, стало скучно жить, начала искать приключения, и мотаться по вот таким вот местам, подумал я. К радости бородатого, наконец, раздали карты, и игра продолжилась. Я на время занятый губами нашего нового игрока, забылся, и мой нетерпеливый сосед пнул мой стул и рявкнул, - долго спать будешь? Я вопросительно посмотрел на него, а потом увидел, что он положил большой блайнд и теперь все ждали моего малого. Я откашлялся и положил свои пятнадцать долларов на стол. Дальше игра пошла быстро и оживленно, пока очередь не доходила до девушки, та долго думалась, потом тыкала в телефон, и только после этого, что-то предпринимала. Достаточно быстро проиграв немаленькую сумму, она обиженно надула губки.
- Что куколка, не идет карта?- Нарочно растягивая слова, с сильным акцентом спросил узкоглазый.
Девушка удивленно посмотрела на него, хлопнула ресницами, и сдержанно кивнула.
- Ну, так поехали ко мне в отель, и я обучу тебя всем премудростям этой древней игры, - громко произнес он и обнажил зубы, большая часть которых оказалась золотыми.
- Спасибо, не стоит, - быстро произнесла она и уткнулась в телефон, что-то быстро там нажимая.
Мне принесли мой стакан, я поблагодарил, расплатился и оставил еще десятку на чай.
- Ну что же ты, сокровище, не спеши, поверь, это будет не забываемо, или тебе больше по нраву, мой охранник, прошипел он, тыкнув большим пальцем в живот своему миниатюрному другу. Если хочешь, он тоже будет учувствовать, в нашей игре,- сказал он и снова раздался его мерзкий смех.
Я выпил залпом и громко поставил стакан на стол. Все с интересом посмотрели на меня. Даже блондин оторвался от своих ногтей и с еще плотнее сжав свои и без того тонкие губы, от чего они превратились в белую полоску, между длинным носом и острым подбородком, посмотрел на меня своим проникающим взглядом. Когда он вот так смотрел на меня, по неволи становилось не уютно.
- Какие-то проблемы малек? Или ты тоже хочешь присоединиться? Понравилась тебе эта пизда? Загнал бы ей свой пистон, да?
Когда он говорил, слюна скапливалась в уголках рта, и мне стало противно. Захотелось курить, и я выбил из пачки покурки, еще одну сигарету, и поднес огонь. Ублюдок еще некоторое время смотрел на меня, после чего повернулся обратно к девушке.
- Ну что лапочка, поехали, тут не далеко, я на машине, не пожалеешь.
Девушка посмотрела на меня, ища поддержки, я ответил ей извиняющимся взглядом. Лезть было не разумно и опасно.
- Ты на него не смотри, тут только один мужчина и он сидит перед тобой, как только доедем до отеля, сама убедишься.
Девушка только неуютно поежилась, но промолчала.
- Вот козел,- тихо, под нос, пробормотал бородатый.
- Что ты вякнул?! - Взвизгнул Азиат, ты сука, в конец оборзел? Лу, а ну-ка покажи ему, что мы делаем с суками разными!
Громила сорвался с места, рыжебородый снял с себя, свою грязную кепку и начал вставать, но не успел он и шага сделать, как тяжелая рука Лу, легла ему на лоб, и он, как тряпичная кукла опустился на пол. Тихонько застонав, схватился за лоб. Азиат спрыгнул со стула. Он оказался совсем крошечного роста и был не сильно выше подростка, он схватил свою трость с железным набалдашником, стоявшую рядом с его стулом и начал колотить ей беднягу, удары попадали по шее, ушам и щекам, в бессилии бородач прикрыл голову руками и коротышка ожесточенно пнул его остроносым ботинком в живот. Из заросшего рта вырвался хрип. Следующий удар пришелся по губам. На пол полетели зубы. Лысый невротик, тихонько заплакал, испуская монотонный вой. А парень в джинсе растерянно смотрел на эту сцену, когда он все-таки додумался позвать охрану, рыжебородый уже лежал, распластавшись на полу, весь в крови, соплях и слюнях, на месте передних зубов зияла окровавленная дырка, с торчащими двумя, тремя обломанными остатками. Азиат немного успокоился, вытер платком сначала рот, потом окровавленный нос своего лакированного ботинка, затем плюнул на тело и кинул платок сверху.
- Пойдем, Лу, я не хочу играть со слизняками, у которых вместо члена дырка.
Блондин все это время сидел спокойно, но я видел, как напряглись все его мышцы, а и без того выпирающие скулы, стали выдаваться еще больше.
- Возьми деньги, и идем из этой дыры, - скомандовал азиат. Другой механически развернулся, сгреб все в свою, без преуменьшения огромную ладонь и они оба направились к выходу. Когда подошел бритый охранник, они уже выходили. Он помог раздающему поднять мужика с пола и вывести его из зала. Я посмотрел на свои руки, вцепился в подлокотники так, что костяшки побелели. Остальные посетители отвернулись обратно к своим столам, гомон потихоньку стих и все стало так, как будто и ни чего не было, лишь грязная кепка с пятнами крови и несколько зубов на полу, говорило о прошедшем конфликте. Невротик продолжал ныть. Блондин собрал деньги, пересчитал, аккуратно сложил и убрал в длинное кожаное портмоне. Встал, повернулся на каблуках и пошел к выходу. Я тоже посчитал свои деньги, посидел еще немного, вздохнул и встал. Взглянул на девушку, та сидела и тупо смотрела на кепку, она явна была напугана. Но я прошел мимо и направился к бару, где темнокожий налил мне еще бурбона. Я потягивал и наблюдал, как играют остальные, минут через десять встала и вышла девушка. Невротик куда-то пропал, я не видел, куда он ушел, и через несколько минут допив и расплатившись, и тоже побрел к выходу. Старичок на выходе, опять оскалился, увидев меня.
- Ну как посидел, господин хороший, успешно?
Я поблагодарил его и похлопал по плечу, он открыл железную дверь и я вышел. После прохладного полумрака подпольного карточного клуба, город казался еще более удушливым. Солнце уже почти село, и небо было розоватым. Я спустился с лестницы и сделал, может шагов десять как услышал возню и сдавленный крик, я повернул голову и увидел новенький форд, из которого за руку вытаскивали, девушку в голубом платье. Думал я не больше нескольких секунд, быстрым шагом пошел в сторону машины и, не останавливаясь, вложив весь свой вес в удар, отправил кулак в бок здоровому азиату, который мертвой хваткой вцепился в тонкую руку, испуганной девушки. Руку пронзила волна боли, которая дошла до локтя, он оказался твердый как стена, но мой удар, хоть и не нанес ощутимого вреда, все, же отвлек его от синеглазой. Он развернулся и выкинул вперед руку, попал ровно под дых, дыхание перехватило, и я почувствовал, как ноги отрываются от земли, дальше все было как в замедленной съемке, я увидел узкую улочку, потом небо, потом почувствовал, как моя спина соприкасается с асфальтом. Из легких вышел последний выдох, и я беспомощно хватал ртом воздух, задыхаясь, было очень больно, и я ругал себя, что все время вмешиваюсь, даже когда это глупо. Услышал стук каблуков и понял, что ко мне идет маленький и злой китайский Гитлер, который только, что безнаказанно избил человека. Он что-то крикнул охраннику, и тот подошел ко мне и опустил свою ножищу мне на грудь. Вздохнуть было не возможно, горло горело, а легкие почти разрывались, очень хотелось кашлять, но даже этого я сделать не мог. Рядом со мной на корточки опустился коротышка, и я отчетливо слышал, как с характерным щелчком открылся нож бабочка. Он поднял лезвие и упер мне его в скулу, несколькими сантиметрами ниже глаза. Только он открыл рот, что бы, что-то сказать, как воздух словно разорвало, звонко отскакивая от стен переулка, пронесся грохот, что-то стукнуло силача в горло, от чего он пошатнулся и схватился за шею. Когда он отпустил ладонь и посмотрел на нее, она была вся алая от крови, он попытался вдохнуть и из горла донесся отвратительно бульканье и хрип, видимо задело артерию, потому что крови было много она сильно била из небольшой дырочки. Маленький азиат, бросил нож и рванул к машине, девушка закричала, захлопнула дверь и щелкнула замком. Здоровяк все также тупо смотрел на свою ладонь, потом пошатнувшись, сделал шаг и упал рядом со мной, он тянул ко мне руку, как будто я мог, что-то сделать. Потом его забили судороги. Потом он перестал дергаться и умер. Я видел его взгляд. Видел, как он потух, и веки слегка опустились. Сердце бешено колотилось. Хотелось встать и побежать, но меня словно парализовало. И тут между нашими лицами опустился чей-то ботинок. Человек, который стрелял. Собрав всю волю, я поднялся на локтях и посмотрел наверх. Это был блондин. Я не мог понять, он то, что тут делает. Он отошел на шаг, поднял гильзу, затем вернулся и посмотрел мне в глаза. На меня опять накатило то же чувство, что и в казино. Он приоткрыл рот, что бы, что-то сказать, но только выдохнул, словно это было бессмысленно. Лишь поджал губы, развернулся и быстро пошел назад. Я так и лежал на земле, пока дверь форда не открылась, из нее не вышла девушка, и не подошла ко мне. Я встал и отряхнул одежду.
- Порядок? - спросила она.
- Получил по заднице, а так, блестяще. Сама?
- Еще не поняла, болит, что то?
- Задница болит, - улыбнулся я.
- А зачем полез, - почти зло проговорила она.
- А ты, что хотела стать жертвой группового изнасилования? Если спутал твои планы, прошу прощения, парировал я.
Выражение ее лица смягчилось. – Извини. Спасибо тебе большое, - она крепко обняла меня, от чего я невольно вздохнул – грудь все еще болела.
- Ой, прости, пожалуйста, спасибо тебе, правда, спасибо. Если бы не ты…
- Того благодари, я только красиво упал, а он спас нас обоих.
Девушка, только сейчас поняла, что стоит рядом с телом, испуганно посмотрела на него, потом на меня, - он что, того?
- Похоже на то, - задумчиво ответил я.
Она еще сильнее прижалась ко мне, было приятно, но достаточно больно.
- Пойдем отсюда, сейчас еще и мусора подвалят, наверняка, кто ни будь, из жильцов дома, уже звякнул в участок. Я довел ее к машине и посадил за руль.
- Доедешь, все хорошо?
- Да, думаю, все будет нормально. Ты пешком? Тебя подвести? Тебе тоже лучше поскорее исчезнуть отсюда.
Я пожал плечами и обошел машину, открыл дверцу и сел рядом с ней. Она включила фары, завела мотор и тронулась с места. В машине работал кондиционер и уже через минуту, воздух был свеж и приятен.
- Если бы отец узнал, что я была в таком месте, он бы наверно был бы вне себя от злости. А если бы узнал, что было позже, так его бы вообще удар хватил, - сказала она, не без налета садизма в голосе.
- Любишь досаждать старику? – поинтересовался я.
- А ты своему нет?
- Он умер, так, что это было бы проблематично.
- Ой… прости. Мне жаль.
- Ничего, я был еще ребенком. И прошло уже много лет.
- А, что случилось, если не секрет?
- Случились, не порядочные друзья и слабое сердце.
Она замолчала. Я тоже. Дальше ехали молча. Через некоторое время, захотелось курить, и я повернулся к ней, - Курить тут можно?
- Если честно я бы не хотела.
Я кивнул и убрал сигарету обратно в пачку. Мы ехали по вечернему городу в сторону моего дома.
- Голодная? – спросил я.
- Нет, я так испугалась, что, наверное, никогда больше есть не смогу. Лучше бы выпила.
Я одобряюще кивнул. В бар идти не хотелось, и я предложил выпить в одном уютном ресторанчике не далеко от меня. Она согласилась, и я показал куда ехать, через 10 минут, мы сидели за столом, напротив друг друга. Я заказал виски, она Лонг-Айленд. Мы напряженно смотрели через витрину ресторана на улицу и думали, наверное, об одном.
- Зачем он это сделал? Зачем стрелял. – Тихо, словно сама себе произнесла она.
- Не знаю, странный тип, он мне еще в казино, охренеть, каким странным показался.
- Прости, что? Почти встревожено сказала она. Была в себе и наверняка не слышала, что я сказал. В ответ я отрицательно помотал головой.
Принесли напитки, и я заказал легкий десерт. – Успокаивает нервы, - пояснил я. Девушка улыбнулась. Мы выпили, я залпом, она, медленно потягивая из трубочки. Красивая, черт. Я еще раз внимательно ее рассмотрел. Она поймала мой взгляд и вроде, как засмущалась.
- Меня, кстати Лиза зовут, - сказала она и протянула мне руку.
Я слегка пожал руку и представился.
- Тогда за моего рыцаря, - просмеялась она, поднимая бокал.
Дверь в мою квартиру распахнулась, и мы ввалились туда, пьяный смех гулом отозвался в тишине моего пустого жилища. Пока мы, целуясь шли в сторону спальни, я наступил на что-то мягкое, от чего что-то, визгливо дернулось в направлении кухни. Собака. Совсем забыл про нее.
- Живишь люботных,- выдохнула она и засмеялась,- ну в смысле любишь животных?
- Типо того, пробормотал я целуя ее шею, - но людей больше, женщин по крайней мере. Упав на кровать, мы с трудом справились с одеждой – алкоголь давал о себе знать. От возбуждения стучало в висках и я жадно впился в ее губы, слегка покусывая и оттягивая их. Она выдохнула и опустилась на меня. Спали мы в ту ночь мало. А писать с утра было больно.

3

Она стояла на небольшом островке из камней, который возвышался над водой примерно на полметра, и смеялась, солнце заливало ее лицо, делая черты еще более мягкими, она подняла руку и позвала меня к себе. Я шел к ней по тропинке из таких же островков, только по ниже, вода мягко сочилась между ними, а капли от брызг попадали на мои босые ноги. Казалось, я шел целую вечность, а ближе она не становилась. Внезапно погода испортилась, солнце закрыла большая черная туча, порывы ветра закручивали растрепанные волосы. Вода, до этого спокойная и тихая резко понеслась стремительным потоком, заливая камни, от чего те становились еще более скользкими. Каменные островки тоже изменились, они стали острыми и покрытыми отвратительным склизким мохом и грибами, разрезая в кровь ступни, еле удерживая равновесие я, все-таки, старался дойти. Островок, на котором стояла та, к которой я так отчаянно стремился, незаметно откололся и понес ее вместе с собой по течению, я в отчаяние протянул руку, но ее лицо было холодным и спокойным, она сложила руки на груди и безучастно смотрела на меня. Сделав еще один шаг, я окончательно потерял равновесие и рухнул в ледяную воду. Как только моя макушка коснулась темной толщи мутной воды, все тело словно пронзило ударом тока, я сильно дернулся и проснулся. Я открыл глаза и пальцами протер их. Свет, гадко пробивающийся из полоски плохо зашторенного окна, слепил и сбивал с толку. Мы больше не вместе. Ее больше нет рядом. Мысль, с которой я просыпался каждый день последней недели. Шумно втянув ноздрями, воздух я откашлялся и встал. Подняв трусы с противоположного конца комнаты, я одел их и вышел на кухню, где ожидал увидеть мою вчерашнюю спутницу. Но там ее не оказалось, тогда я прошел в другую комнату. Пусто. Я громко позвал ее и, убедившись, что дома только я и грузный пес, пошел в ванную. Приняв душ, я посмотрел в телефон, пропущенных нет, 1 сообщение, я неприятно поморщился, в душе надеясь, что оно от нее, хотя заранее знал, что это не так. Сообщение было от Баймо. Он спрашивал, едем ли сегодня покупать подарок на день рождения, которое мы должны были посетить на этой неделе. Я ухмыльнулся и написал место и время встречи. Затем пошел к себе, что бы посмотреть, как с наличностью, особо я об этом не думал, так как после вчерашней игры денег должно было хватить на ближайшую неделю. Дойдя до письменного стола, я поднял бумажник небрежно брошенный мной вчера вечером и заглянул внутрь. Внутри было пусто.
- Человечество! – только и выдохнул я. Меня обчистили, она увела все деньги. Карточки были на месте, я оглядел комнату, вроде больше ничего не пропало. Я тяжело опустился на кровать и потер рукой небритый подбородок. Ко мне с жалостливым видом, прихрамывая, на отдавленную вчера вечером лапу, подвалил пес. Я потрепал его по морде и он радостно завилял хвостом.
- Извини за лапу, пробормотал я и почесал его за ухом. На мои извинения пес звучно пукнул и начал вылизывать себе яйца. – Надо бы тебя покормить, наверное. Я залез в карман джинсов и вытащил, скомканные купюры. На завтрак нам должно было хватить. Я накинул рубашку и вышел на улицу. Погода не изменилась, удушливый зной, сильный запах гари и смог от которого глаза резало, быстрым шагом я дошел до винной лавки и взял бутылку бурбона, а по дороге домой купил еды псу и бургер себе. Открыв дверь в квартиру, я в очередной раз отругал себе, что не удосужился купить кондиционер и выругавшись в слух пошел на кухню. Достав 2 тарелки и найдя на столе грязный стакан, я сполоснул его и провалился в мягкий диван. Налив себе и кинув бургер в микроволновку, я навалил в тарелку корм и подумал как назвать своего нового соседа. Оглядевшись в поиске подсказки я натолкнулся взглядом на медиатор, с которого выдав одну из своих знаменитых гримас и тыча в зрителя средним пальцем на меня взирал мистер Лемми Килмистр из «Motorhead». Довольный своей находкой я позвал собаку.
- Лемми! Эй Лемми! Давай сюда.
Сомнительно, что пес понял меня, но услышав знакомый голос скребя когтями по паркету он направился в сторону кухни. Я поставил тарелку с едой у своих ног и указал ему взглядом – Ешь.
Он с аппетитом набросился на еду порядком раскидав куски покрупнее на пол и тщательно вылизал тарелку.
- Вот и славно, - прокомментировал я. Достав разогретый бургер для себя я только успел открыть рот, как псина залезла на диван и положив голову мне на колени посмотрела на меня и просящее заскулила.
- Что? Еще? Ну ты и обжора. - Сказал я и откусил. Но пес не унимался и несколько раз громко гавкнул. – Черт. Ладно успокойся, вот, держи, - я разломил бургер на две одинаковые части и одну сунул в открытую пасть. Покончив с едой, я залпом выпил и посмотрел на часы. До встречи оставалось около 4 часов и я решил прогуляться до спорт зала. Собрав сумку я быстренько дошел до фитнесс клуба и переодевшись поднялся в зал. Народу почти не было, несколько качков, которых я видел в любое время, когда только не приходил сюда, лениво поднимали железо и разглядывали свои гипертрофированные тела в зеркала. Я поднялся на 3 этаж и сел на велотренажер, напрягаться не хотелось и, я заставлял себя делать каждый оборот педали. Немного разогревшись, я спустился и постоял около боксерской груши еще около часа пошел в сауну. Расслабившись на скамье я старался не обращать внимание на то, что горячий воздух обжигал ноздри и погрузился в размышления. Это было моим местом медитации. Мысли, тут же, словно только ждали этого, вернулись к тому о чем я думал большую часть дня и ночи. Меня уже начинало тошнить от этих соплей, совершенно мне не свойственных и я усилием воли переключил себя на другое, вопрос денег, решенный вера, встал передо мной с еще большей актуальностью. Можно было конечно залезть в деньги отложенные на покупку байка и водительских прав, без которых я ездил последние 2 года. Но делать это не очень хотелось, так как в последнее время я с этим зачастил и сумма неумолимо таяла. Но так как других вариантов в данный момент не было, я махнул рукой и решил, что сегодня последний раз. Это был пятый или шестой последний раз. Как следует пропарившись я смахнул пот с ресниц и зашел в душевую кабинку, повернув ручку до упора я подставил лицо под струи ледяной воды. Так я простоял около 5 минут, за последний год это стало почти ритуалом. Закрыв воду я вышел и как следует вытерся. Переодевшись и я вышел на улицу и с удовольствием отметил, что после парилки и ледяного душа, духота отступала хотя бы на час. Глянув на часы, я довольно кивнул, время оставалось, как раз закинуть сумку с вещами домой и трогать на встречу.
Через час я стоял рядом с Домом Журналиста и дожидался своего наверное самого близкого друга. Из за спины раздалось дружественное приветствие и я обернулся. Передо мной улыбаясь, стоял Баймо. Мы дружили еще со школы, славные были деньки, одна сплошная трех-летняя вечеринка выпускных классов. Наделали мы с ним дел в свое время и я испытывал к нему искреннюю симпатию, доверял ему и даже на свой лад уважал. Он совсем не изменился с тех пор: невысокого роста, слегка подкаченный, с резкими чертами лица, миловидная внешность, всегда гладко выбритый, выдающийся подбородок, четко очерченные скулы, острый нос, темные разумные глаза. Только отстриг длинные волосы, какие мы оба носили в школьные времена. Внешне он располагал к себе, с ним было о чем поговорить, бывало, мы часами сидели на кухнях, пили, трепались, смеялись и были, каждый по своему, от этого счастливы. Мы пожали руки и обнялись, я сжал его маленькую ягодицу своей рукой в знак приветствия, а другой похлопал по спине.
- Эй потише, горячий парень, - рассмеялся он, - еще не вечер, не угостил ужином, изволь не лапать. Давно не виделись, как ты вообще?
- Нууу, протянул я. – Меня тошнит от себя и собственной жизни, а в целом неплохо.
Он скорчил гримасу, - да брось ты, - хотел еще что то сказать, но тут зазвонил телефон. – Да, привет. Я у ДомЖура. Да. Я же говорил тебе. Да с ним. – Он прикрыл трубку рукой и прошептал мне, - поздоровайся, не верит мне, все время думает, что я с какими ни будь бабами, а даже если знает, что я с тобой, бесится еще больше, думает, что если с тобой, то точно еще и с бабами. – И протянул мне телефон. Я не смог сдержать улыбки.
- Привет, рад тебя слышать. Да, вдвоем. Да нет, что за глупости, мы за подарком поехали. Верну тебе эту куколку в целости и сохранности. Давай. Вернув телефон, я достал сигареты и закурил. Баймо еще минуты две говорил, корча такие рожи, что мне так и хотелось неприлично пошутить в адрес его подруги, которая чрезмерной ревностью и контролем, забавляла нас обоих. Закончив говорить он выразительно посмотрел на меня и мы оба рассмеялись.
Спустившись, на цокольный этаж Дома Журналиста мы зашли в лавку, и стали разглядывать витрину, на которой красовались разного размера и формы кальяны, попутно обсуждая, что конкретно мы хотим. К нам подошла девушка консультантка, лет восемнадцати и поинтересовалась, что нас интересует и может ли она нам помочь. Мы остановили свой выбор на высоком двухтрубочном, с колбой из богемского стекла, собрав его из комплектующих из разных наборов мы с удовлетворение уставились на получившийся девайс. У кассы стояла еще одна девушка, которая с интересом наблюдала за нами, мы подошли к ней и стали выбирать табак, угли и прочий, сопроводительный, расходный материал, окончательно определившись, мы болтали с девушками, пока они упаковывали подарок. Расплатившись и поблагодарив девушек за покупку мы отправились к Баймо домой, что бы закинуть покупку и пойти куда ни будь выпить. Когда мы вышли из подъезда у меня в кармане заорал Брайан Джонсон, с фальцетной хрипотцой вылетали слова припева highway to hell. Я достал телефон и ответил.
– Привет, старик, ты где? – спросил меня бодрый голос Санты.
– В центре, думаю куда пойти, есть предложения? Ответил я и одними губами сообщил, кто звонит.
– Ну, смотри, я через пол часика буду в центре, сейчас скину адрес бара, если хочешь, подваливай. Повышая голос, что бы его было лучше слышно, сказал он.
– Давай, до встречи. Я повесил трубку, и мы выдвинулись.
Бар находился недалеко и через 20 минут мы уже сидели за столом. И ждали официантку, через несколько минут около нас показалась лысая голова подошел и сам Санта.
 отзывы (1) 
Оценить:  +  (0)   
04:03 22.12.11