Главная

Поиск


?

Вопросы






FAQ

Форум

Авторы

Фантастика » Фэнтези »

Фея (название рабочее)

Очередная попытка создать дойстойную книгу) Очень признательна за помощь в редактировании) с названием книги пока не определилась, но не сомневаюсь, что в процессе написания книги оно появится.)
P/S (название рабочее)

Очень скоро добавлю 8 главу, а там и 9 не за горами)


ОГРОМНАЯ ПРОСЬБА: Дорогие читатели, пожалуйста, оставьте свои комментарии! Для меня это очень важно.) Особенно меня интересует 7 глава)
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (+1)   
11:03 18.09.11
Он видел, как она упала с единорога. Он приблизился к Спящей, вглядываясь в прекрасные черты, окинув взором стройную фигурку незнакомки. Лицо девушки покрывала мертвенная бледность, веки были плотно сомкнуты. Она лежала неподвижно, хрупкая рука словно стелилась по мягкой траве, так бессильно и нежно… Завитки шелковистых волос цвета сумеречного неба разметались на земле.
Юная красавица, почти ребенок, была боса и одета лишь в белоснежную тунику из воздушной полупрозрачной ткани с очень длинными полами. Немыслимо тонкую талию перепоясывал узкий сиреневый пояс.
Он бережно взял ее на руки, попутно подобрав полы, чтобы не мешались под ногами, и отнес на лесную поляну, к разложенному костру. Заботливо уложив драгоценную ношу на свою лежанку, укрытую плащом, он призадумался. Что делает фея в пограничном лесу, где заканчиваются земли эльфов и начинаются владения людей?
Голова девушки откинулась назад, невинные губы слегка приоткрылись, обнажая жемчужные зубы. Чуть наклонившись, он прислушался к ровному дыханию незнакомки.
Талиану было известно, что сон красавицы будет длиться еще, как минимум, две недели. Кажется, в таком состоянии Спящая очень уязвима и беззащитна. В этот период фея находит укромное убежище, где ей не будет угрожать никакая опасность. Что заставило эту прелестницу пробудиться, а затем вновь погрузиться в мир сновидений? Это «что-то», видимо, должно быть чем-то крайне важным.
Неожиданно Спящая дернулась и слабо застонала, потихоньку начиная приходить в себя. Ясно, фаза Сна переходит в фазу Пробуждения, которая протекает медленно. Однако фея уже способна отвечать на различные вопросы. Хотя…они пока подождут.

Глава 1.
Как и всякая бедная родственница, Ила была бесправна и беспомощна. Любой мог обидеть ее, оскорбить или, в крайнем случае, поднять на беззащитного ребенка руку. Будучи еще совсем малышкой, девочка не понимала: почему все так несправедливо? За что, в конце концов, родственники ее ненавидят?
Девочка еще долго смотрела в окно, рассуждая над жестокостью мира сего, пока громкий стук в дверь не оторвал ее от своих тягостных раздумий. Не дожидаясь ответа, в крохотную комнатушку вошла камеристка герцогини.
–Госпожа желает видеть Вас, мисс, –сообщила девица, презрительно взирая на девочку сверху вниз. Все, абсолютно все обитатели замка на дух не переносили Илу, даже не пытаясь того скрыть.
–Благодарю,–холодно и сдержанно ответила девочка. –Вы можете идти.
Камеристка скривилась, однако ничего не возразила. Лишь громкий хлопок закрывающейся двери открыто давал понять, какие чувства обуревали недавнюю посетительницу.
Тяжело вздохнув, Ила неспешно поднялась с кровати, сохраняя невозмутимость и бесстрастность. Малышка очень хотела стать настоящей леди и всячески подражала тем немногим аристократкам, которые, время от времени, гостили у герцога Кассант и его молодой жены.
По-мнению общественности, главные качества, которыми должна обладать настоящая леди –холодность, строгость и гордость. А вот старшая сестра Илы ,Вилара, совершенно не была такой. Кроткая и мягкая, робкая, искренняя –нет, этот нежный цветок никогда не смог бы восстать против глупых стереотипов и бороться против жестокости. Она была поистине красавицей –копна волнистых светло-русых волос до талии, миндалевидные синие глаза, маленький алый ротик, нежные лицо, которое покрывала благородная бледность. И при том –восхитительная фигура: покатые плечи, высокая грудь, осиная талия. Неудивительно, что едва девушке исполнилось шестнадцать, заезжий герцог, влюбившийся в Вилару до беспамятства, незамедлительно женился на ней и увез с собой. И все же ее муж практически ничем не отличался от ее опекуна –такой же жестокий и деспотичный. Девочка от всего сердца жалела сестру: нет, с таким характером Вилара точно пропадет! Бедная сестричка…
Вежливо постучав, Ила повернула дверную ручку и очутилась в покоях герцогини. Молодая женщина завершала утренний туалет и теперь оценивала свой внешний вид, любуясь на собственное отражение в зеркале: юбка белоснежного атласного платья мягкими складками стелилась по полу. Тонкую талию перетягивала широкая лента цвета снега, полуобнаженные плечи укрывала легкая шелковая накидка, тоже белая. На лебединой шее красовалось ожерелье из чистейшего золота, на запястьях – такие же браслеты. Блестящие волосы цвета воронового крыла уложены в пышную прическу, подобную величественной короне, с висков свисают длинные локоны. Довольно причмокнув, красавица капризно надула губки –понятное дело, заранее упражняется в том, как будет флиртовать со своим любовником, о котором не знает супруг.
–Вы прекрасны, госпожа! –ахнула камеристка. –Вы будете королевой сегодняшнего бала!
Казалось, Мирта пропустила все похвалы мимо ушей –восторги служанки ее нисколько не трогали. Черные хитрые глаза устремились к Иле, в которых плескалась брезгливость.
–Как странно, наша Ила сегодня аккуратна! –насмешливо заметила герцогиня, обдавая малышку с ног до головы холодом презрения.
Девочка невольно взглянула на свое скромное серое платье из ситца и равнодушно пожала плечами.
–Я всегда стараюсь выглядеть опрятно, госпожа, –степенно ответила она. –Разумеется, мне ни за что не сравнится с Вами: Вы чудесна и свежа, словно роза. И, конечно, я не Вы, ведь у меня нет любовника, мне попросту не для кого так тщательно пудриться, наряжаться и прихорашиваться.
Камеристка охнула, прижав руки к груди, растерянно переводя взгляд со своей госпожи на воспитанницу ее мужа. Лицо Мирты заметно помрачнело, став суровым и жестоким.
–Подойди сюда, маленькая нахалка, –ласково пропела женщина, и, когда Ила послушно выполнила просьбу, резко отвесила той пощечину, да такую, что из глаз малышки брызнули слезы. Ребенок чудом устоял на ногах, схватившись ладонью за пылающую щеку.
–Если ты хоть кому-то скажешь… –прошипела герцогиня.
–Непременно скажу, –отрезала Ила, в упор смотря на свою обидчицу. –Когда приедет господин, обязательно ему все расскажу. И то, что вы меня бьете –тоже.
Что-то во взгляде этой девочки было недетское, решительное, властное…Казалось, эта…нищенка, мерзкая девчонка, мерзавка уже одержала над ней, Ее Светлостью, герцогиней Кассант, победу! На несколько мгновений сердце женщины затрепетало от безудержного гнева, внезапно охватившего все ее существо. Но встретившись со взором Илы душу Мирты затопил тихий ужас, от которого в одночасье все волосы на голове вставали дыбом. И все же, будучи истинной аристократкой, герцогиня сумела не выдать своих чувств. Губы женщины растянулись в ухмылке. Несомненно, складывалось впечатление, что Мирту начинало забавлять упорство и бесстрашие девочки, хотя на самом деле она внутренне содрогалась от страха.
–Не расскажешь, –утвердительно промолвила герцогиня. –Моему мужу плевать на тебя, дитя. Ты живешь здесь из милости. Ты –бесправна, у тебя нет ни денег, ни титула. О, разумеется, ты не похожа на свою безмолвную сестрицу –ты строптива и отважна. Но поверь, ты легко сломаешься, когда тебя выгонят отсюда вслед за мной. Подумай об этом, детка.
–Зачем Вы меня звали? Чтобы вновь унизить меня?
–Ступай, –ледяным тоном вымолвила герцогиня. –Теперь это не имеет значения.
Когда Ила удалилась, Мирта еще некоторое время сидела, нахмурившись. Хорошенькое личико молодой женщины заметно напряглось, выдавая тяжелые мысли его обладательницы. Затем, встряхнувшись, герцогиня в ярости топнула ногой и, вскочив, повернулась к служанке. Та, встретившись с горящими злобой глазами своей госпожи, невольно отпрянула назад.
–Как только наступит глубокая ночь, –четко выделяя каждое слово, сказала Мирта, – ты отправишь эту малолетнюю негодяйку к ее родителям. Ты сделаешь это тихо и незаметно. Если ослушаешься или будешь недостаточно аккуратна, пеняй на себя –тогда я тебе не защитница. Надеюсь, ты хорошо поняла меня? –угрожающе промурлыкала герцогиня.
Шокированная камеристка, не в силах издать и звука, лишь слабо кивнула в ответ.
Герцогиня не спеша подошла к лакированному шкафчику из красного дерева, и, открыв дверцу, взяла в свои руки маленькую золотую шкатулку. Миниатюрный ключик сделал свое дело –и через минуту на туалетном столике стоял небольшой пузырек с какой-то мутной жидкостью внутри. Женщина извлекла из своей прически одну из заколок, и обмакнула острый кончик стержня в зелье.
–Достаточно будет легкого укола в шею, –пояснила Мирта, передавая служанке иглу. –Смотри, не пострадай сама.
–Я буду аккуратна, госпожа, –почти прошептала девушка, принимая заколку дрожащими пальцами и пряча ее в небольшой, расшитый бисером, бархатный кошелечек на металлической цепочке, который всегда носила с собой. Камеристка была напугана и потеряна –меньше всего ей хотелось превращаться в орудие убийства. Но могла ли она ослушаться свою хозяйку?

***
Герцог терпеть не мог, когда на чудесные очи его молодой жены наворачивались слезы. А ведь она так часто плакала –и он знал об этом. И большей частью мужчина сам был тому причиной. Но что же он мог с собой поделать? Всевышний знает, сколько раз герцог проклинал свой ненавистный характер! Но разве он один виноват? Нет, ну почему его жена никак не возьмет в толк, что супруга ни в коем случае нельзя раздражать, ни, тем более, злить! Почему она постоянно лезет на рожон –неужто так сложно смолчать? Раньше она была такая кроткая, тихая…Так что же случилось с нежной малышкой, с которой было так легко, зная, что та все стерпит, простит? Нет, определено, супруге просто необходимо, как бы жестоко ни звучало, указать на ее место. Пусть не забывает, кто здесь хозяин!
Вчера вечером он опять довел красавицу до слез. И, мучимый угрызениями совести, решил загладить свою вину, предложив жене совершить утреннюю прогулку вдоль утеса, нависающим над морем массивной скалой.
–Вил, что с тобой? –ласково обратился к супруге Дирт, заглядывая в ее прекрасные глаза, в которых застыла безмерная печаль. Их взор последнее время потускнел, стал грустным и задумчивым.
–Я боюсь сказать Вам, господин, –тихо ответила Вилара, опуская веки вниз. –Вы опять рассердитесь.
–Не называй меня так, –процедил сквозь зубы мужчина, с трудом сдерживая раздражение. Он и сам не заметил, как тон стал более резким, отрывистым. –Говори.
–Я думаю о своей сестре. Она еще совсем ребенок…
–Ах, ты об этом, –от внимания Вил не ускользнула резкая перемена в настроении мужа. Да, его в самом деле задевала эта тема, –дорогая, –герцог старался казаться спокойным, что насилу ему удавалось, –мы уже обсуждали эту тему.
–Я не могу не думать о ней, – робко промолвила Вилара.
–Мы уже обсуждали с тобой эту тему, – повторил Дирт, голос которого был тверже алмаза. Супруг постепенно начинал выходить из себя. –Я все понимаю, однако я терпеть не могу чужих детей.
–Она моя сестра! –протестующее воскликнула девушка.
–Довольно! –рявкнул мужчина, однако юная герцогиня уже давно привыкла к выходкам супруга, потому страх постепенно покидал ее.
–Ты –тиран. –Тяжело вздохнула красавица.
–Что?? –глаза супруга округлились, словно блюдца. Не вполне отдавая себе отчета в том, что делает, герцог занес ладонь для удара. Вилара явно не ожидала такого поворота событий. На губах заслоняющейся руками девушки застыл крик испуга.
Это вскрик отрезвил мужчину, его рука повисла плетью. Осознание собственной вины внезапно нахлынуло на мужчину сплошной волной, остужая пыл. Он смотрел на нее –слабую, беспомощную, беззащитную –и жалость горьким комом застряла в горле.
–Вил. –Пальцы Дирта коснулись ее узкого плеча. –Вил, прости…Вил!
Девушка легко выпорхнула из кареты, и со всех ног помчалась к утесу. Герцог устремился за ней.
–Вил!
Вилара убежала очень далеко, скрывшись в тумане, однако ее очертания еще можно было разглядеть в этой невесомой молочной реке, нависшей над окрестностями. Дирт всегда удивлялся, насколько быстро его очаровательная супруга умеет бегать. Но вот девушка остановилась, и герцог облегченно вздохнул –мало ли что взбредет на ум молоденькой девушке под наплывом чувств? Однако, по мере приближения к месту, где находилась супруга, мужчина охватывало смутное волнение –и вскоре выяснилось, почему, когда тревога переросла в тихий ужас. Вилара стояла на краю пропасти, готовая вот-вот сорваться вниз…
–Вил, прошу тебя, отойди.
В эти секунды Дирт искренне пожалел о своем бездумном поступке. Услыхав голос мужа, девушка обернулась.
–А теперь, дорогой супруг, –жестко вымолвила красавица, –поговорим спокойно. Или ты имеешь что-то против?
–Нет, Вил, – судорожно глотая, чужим голосом ответил Дирт, –только отойди, умоляю!
–Вынуждена не согласиться, милый,–отрезала его супруга. –Слишком долго ты торжествовал –настал мой черед. Пока я стою здесь –ты находишься во власти страха за мою жизнь, который подавляет возможные вспышки гнева. И потому, как ты не хочешь, чтобы я сорвалась вниз и погибла, ты будешь предельно аккуратен, тактичен, мягок –и мы сможем поговорить спокойно, без ненужных эмоций. А теперь вновь обсудим тему, которая так тебя раздражает.
Дирт готов был тысячу раз проклясть норов своей супруги, которая так незаметно превращалась из покорной овечки в строптивую тигрицу. Как же он упустил этот момент? Но Вил права, миллион раз права –пока она там, на самом краю обрыва, злость не станет застилать ему глаза. Действительно, сейчас она властвует над ним. И он не может на нее сейчас злиться –сколько решимости написано на ее прелестном личике! Малейший повод –и Дерт больше никогда не увидит свою супругу, которую любит больше всего на свете. Мысль о том, что он может в одночасье потерять ее, острой болью сжимала сердце мужчины, спирая дыхание. Нет, он не позволит…Уж лучше Дирт сломает свой необузданный характер, чем позволит Вил покончить с собой…из-за него! Тогда он не простит этого себе никогда!
–Хорошо, Вил. –Хмуро промолвил герцог. –Я готов выслушать тебя.
–Начнем с того, мой драгоценный супруг, –все слова девушки были резки и веяли холодом. – Что Ила, моя сестра, еще совсем малышка. У нее, кроме меня, нет никого. Два года назад я получила от моей крошки письмо, в котором она жаловалась мне на все обиды, в том числе побои, которыми Илу щедро осыпает Ее Милость, –очи Вилары полыхнули огнем, –герцогиня Кассант, нынешняя супруга моего бывшего покровителя. Я много раз пыталась Вам это сказать, однако Вы, по-своему жестокосердию, не давали мне раскрыть и рта. Итак, милый муж, да будет Вам известно, что я намерена вызволить мою сестру из этого змеиного логова. А если вы будете продолжать упорствовать и травить меня, как пес кошку, я уйду от Вас. Поверьте, я найду способ.
–Это все? –спокойно осведомился Дирт.
–Нет. –Отрицательно покачала головой красавица. –Если вы еще раз посмеете замахнуться на меня рукой, я вцеплюсь зубами в Ваше горло.
При иных обстоятельствах герцог, может, рассмеялся бы, но не сейчас. Весь вид Вилары говорил о том, что перед мужчиной –свободная, решительная, волевая личность.
–Будь по-твоему, –степенно вымолвил герцог. –Но теперь, прошу, подойди ко мне.
–Дайте мне слово, что больше не позволите себе кричать на меня и, уж тем более, бить.
Глаза Дирта вспыхнули негодованием, однако внешне он оставался невозмутим.
–Я еще ни разу не ударил тебя, Вил, –строго заметил герцог.
–Но сегодня Вы едва не сделали того, –возразила юная герцогиня, –простите, сэр, но в этом вопросе я Вам не доверяю.
–Я даю слово герцога, –не долго думая, вымолвил мужчина, –что больше не оскорблю тебя ни бранью, ни ударом. А также, что когда ты отойдешь от края утеса, я не буду сердиться. Прошу, – повторил Дирт, –подойди ко мне.
Вилара знала, что муж еще ни разу не нарушал своих обещаний. Потому, не колеблясь, девушка выполнила его просьбу.
–Мой ангел, – Дирт зарылся лицом в ее мягкие кудри и прижал к себе крепко-крепко, словно боялся, будто перед ним лишь мимолетное видение, которое вот-вот исчезнет. –Прости меня, –в голосе герцога слышалась неподдельная искренность, – ты права, я –бесчувственный чурбан. Однако этот самый чурбан любит тебя больше жизни.
–Я прощаю Вас, –тихо ответила Вилара, позволив мужу себя обнять. – Но если Вы действительно испытываете ко мне столь глубокие чувства и хотите заслужить мою взаимность, то должны изменить свой образ жизни и вести себя более достойно.
–Я постараюсь, –прошептал он. –Это правда.
***
Этот вечер выдался наиболее радостным и праздничным: из, казалось, бескрайнего зала лилась несмолкаемая музыка, всюду горели свечи. Порхали тончайшие кружева, подобно бабочкам на летнем лугу; то и дело, мелькали стройные женские ножки и улыбающиеся лица красавиц. Отовсюду доносились звонкие мужские голоса и беззаботный смех молодых девушек. Некоторые, особо прыткие молодые парочки уединялись в каком-нибудь мало освещенном месте, чтобы предаться там ласкам и сладким поцелуям. Словом, бал Ее Светлости, герцогини Кассант удался на славу, где именно она, и никто другой, была его королевой.
Стоило хозяйке замка спуститься к гостям, как все звучно ахнули –так хороша была герцогиня. Полы атласного платья мягко стелились по полу и при каждом движении струились, подобно водным потокам. Белый цвет наряда особенно шел ее матовой коже, ровно так же, как и жемчуг в блестящих волосах цвета воронового крыла. Красавица скользила сквозь толпу, расточая улыбки и ловя на себе восхищенные взгляды, как мужчин, так и женщин. Даже музыканты –и те прервались, упиваясь открывшейся им красотой и совершенством. Но вот помещение вновь наполнила музыка, и одновременно несколько представителей сильного пола пригласили герцогиню на танец. Выбрав, на свой взгляд, самого достойного, Мирта подала тому руку. И вот она кружится в вальсе, каждый ее жест исполнен изящества и необыкновенной грациозности. Бархатные черные очи возбужденно блестят, щечки раскраснелись и стали похожими на две маленькие розочки, гибкий стан чуть дрожит, но лишь от восторга. Красавица отдавала танцу всю себя, без остатка, не жалея сил.
Когда звуки вальса на мгновение умолкли, Мирта с бокалом вина вышла на балкон. Летний ветерок приятно обдувал лицо, охлаждая разгоряченную кожу. Отхлебнув из бокала, женщина молча воззрилась на мерцающие звезды, погрузившись в раздумья. Поэтому, когда сильные мужские руки ласково обняли ее за предплечья, Мирта невольно вздрогнула, едва не вылив вино на себя.
–Аккуратней, –сладко прошептал голос ей на ушко, –не хотелось бы, чтоб моей королеве пришлось менять свой восхитительный наряд.
–Манд… –губы герцогини тронула нежная улыбка.
–Да, Ваша Светлость. –Мужчина неторопливо развернул женщину лицом к себе. О-да, он был поистине великолепен: голубой упеленд со стоячим воротником был ему очень к лицу. Широкий пояс на талии особенно подчеркивал стройность великолепно сложенной фигуры.
–Отбросим все условности, –проворковала Мирта, обвивая тонкими руками шею любимого. –Лучше поцелуй меня.
–Как скажет моя повелительница, –мягкая прядь серебристых волос невольно скользнула по ее щеке. Уста красавицы вновь познали вкус родных медовых губ, от знакомого дурманящего аромата слегка вскружилась голова.
–Ты восхитительно танцуешь. –Заметил Манд, оторвавшись от своей возлюбленной.
–Пойдем в мою спальню, –прошептала герцогиня, явно пропустив комплимент мимо ушей. Казалось, ее мысли были так далеко…Вернее, прелестную головку королевы бала наполнили грезы, все ее тело затрепетало от предвкушения грядущих сладостных событий.
Мирта и не заметила, как любовник лукаво, торжествующе ухмыльнулся.
–Пойдем, –согласился мужчина, увлекая красавицу за собой. Все это время женщина была, словно в трансе…Лишь когда дверь спальни захлопнулась, Мирта сообразила, что они совсем одни.
–Мой милый, –герцогиня прильнула к возлюбленному, гладя упругую кожу поистине ангельского лица. Мирта доверчиво глядела в его синие очи, в которых мгновенье назад сияла любовь, и пришла в полное недоумение, когда они внезапно остекленели и обдали ее холодом. Герцогиня даже не почувствовала, как в ее плоть вошла холодная сталь, только вот почему-то вдруг живот пронзила острая боль. Опустив взгляд на платье, женщина с ужасом увидела, как белоснежный атлас обагрился...ее собственной кровью!
–Ты предал меня, мой любимый,–одеревеневшие губы едва шевелились. Обессилевшая Мирта упала на колени.
–Ты слишком долго торжествовала, ведьма, –в ледяном тоне не было ни капли былой нежности. –Я и не знал, насколько легко будет тебя соблазнить и заманить в ловушку.
–Кто подослал тебя? –с каждой потерянной каплей крови из тела герцогини уходила жизнь.
–Умереть спокойно? –презрительно усмехнулся Манд. –Я не доставлю тебе такого удовольствия.
Он повернулся, чтобы уйти. Но в дверях красавец помедлил –что-то заставило его обернуться. Мирта была еще жива, однако этот взгляд теперь уже такой жалкой мерзавки глубоко врезался в сердце матерого убийцы –взгляд побитой собаки.
И все же он ушел, не удостоив больше теперь уже бывшую любовницу и толикой внимания –у Манда есть дела и поважнее, нежели созерцать кончину избалованной аристократки. Есть еще одно дело, не терпящее отлагательств; еще одна личность, заслужившая пристальное внимание его господина. Мирта? О, нет! Это всего лишь хрупкая преграда на их пути…была. А вот воспитанница герцога Кассант… как ее там зовут? Ну, конечно, Ила…

Умирающая герцогиня и не подозревала, что сейчас где-то в замке благодаря ей, разделяет подобную участь другой человек, чья чистая душа, в отличие от ее собственной, еще не осквернена пороками этого мира. Без вины виноватый ребенок, поневоле впутанный в гнусные интриги взрослых глупцов.

***
Снуя, словно привидение, по темным коридорам замка, камеристка Мирты, спеша выполнить поручение своей госпожи, пробиралась в комнату Илы очень тихо и незаметно, сливаясь с темнотой. Хозяйка ясно дала понять, что если служанка допустит оплошность –это будут ее собственные проблемы. По здешним обычаям, если кто поднимет руку на дитя , тому отрезали дерзкую конечность. А ежели убить это самое дитя…Толпа разъяренного народа жестоко разделается с ней –и сам герцог не сумеет помешать разгневанным людям. Да и станет ли? В конце концов, она –обычная прислуга.
Бесшумно шмыгнув в комнату Илы, девушка бросила короткий взгляд на кровать –та была пуста.
–Что Вам нужно? –невежливо окликнул служанку звонкий голосок с присущей ему совершенно недетской твердостью.
Обернувшись, та застала Илу в самом укромном уголке, близ широких окон, в которые струился лунный свет.
–Госпожа сегодня необыкновенно добра, –успешно завуалировав безумный страх за внешней холодностью, презрительно процедила сквозь зубы камеристка. –Она пожелала, чтобы я лично уложила тебя спать.
–Обычно детей укладывают спать намного раньше, –заметила Ила, недоверчиво глядя на девицу. –Я слышала, как часы уже пробили двенадцать. Да и с чего бы вдруг такая щедрость после пощечины?
Сердце камеристки сжалось, все члены девушки сковал безумный к ужас при мысли о злодеянии, которое она лично обязана совершить. «Что я делаю? Что я делаю? Я не должна…» – взывали ко благоразумию служанки остатки здравого смысла. И все же ей удалось заглушить и эти отголоски совести, яростно подавив их в себе силой воли.
Девушка, как ни крути, имела великолепное самообладание: не смотря на то, что камеристку всю практически трясло, она не выдала внутреннюю борьбу даже кончиком мизинца.
–Помолчи, маленькая плутовка, –хмыкнула служанка. –Я давно наблюдаю за тобой –ты никогда не засыпаешь раньше двенадцати. А что касается желания госпожи, так я за него не в ответе. Откуда мне знать, что творится в ее голове?
Камеристка попала в точку –Ила и вправду не могла уснуть раньше. Тяжело вздохнув, девочка нехотя вышла из своего убежища и покорно опустилась на кровать.
–Ладно, так и быть. Только побыстрее, ладно?
–Ты и представить себе не можешь, насколько быстро это будет. –Ила не могла увидеть, как на губах покорной служанки зазмеилась ликующая ухмылка. Ловким движением она выхватила из кошелька отравленную шпильку и пребольно уколола ею нежную шею девочки.
–Ай! –вскрикнула девочка и резво вскочила на ноги. Увидев в дрожащих руках камеристки украшение, с кончика которого упала на пол капелька крови, Ила испытала шок. –Что? Что...Вы сделали со мной?
Шпилька выпала из ослабевших пальцев девушки, она растерянно перевела взгляд с иглы на девочку. Осознание страшного греха, который камеристка только что совершила, сковало все ее суставы, и заставило ее согнуться пополам. Ила ошарашено наблюдала, как лицо служанки исказилось гримасой душевной боли; как та, вжавшись спиной в стену, медленно сползла на пол и зашлась в рыданиях.
–Прости меня, прости…–девица больше не могла владеть собой. То и дело, камеристка била правой рукой себя в грудь. –Я виновата перед тобой. Но я всего лишь исполняла приказ Ее Светлости!
–Что? Что ты сделала? –все так же тихо повторила девочка, глядя на нее во все глаза.
–Игла отравлена, –еле выдавила из себя та, бессильно уронив руки на ковер.
У Илы отнялся дар речи. Впрочем, ей некогда было прокручивать в своей памяти последние события, ведь за окном мелькнула чья-то тень. В эту же секунду на обернувшуюся девочку устремился поток холодного ночного воздуха – на улице шел дождь.
Служанка, услышав незнакомые шаги, поспешно подняла голову и застыла, точно статуя: перед ней предстал красавец-любовник герцогини, собственной персоной…с окровавленным кинжалом!
–Что здесь происходит? –грубо поинтересовался он у камеристки, надвигаясь на ту грозной тучей, не заметив затаившуюся в тени штор Илу.
–Я исполнила поручение госпожи. –Заикаясь, ответила та.
Манд поднял шпильку, задумчиво ее рассматривая, а затем внезапно зашелся злым хохотом, от которого по коже побежали мурашки.
–За меня проделали мою работу, любопытно, –усмехаясь, промолвил он. –Что ж, любезная красавица, может Вы соизволите показать мне тело новопреставленной? –последнее слово прозвучало особенно едко и высокомерно.
Не на шутку перепуганная служанка устремила взгляд в темный угол. Очи, привыкшие к темноте, способны были еще различить хрупкие очертания ребенка даже в кромешной тьме. Но девочка бесследно исчезла.
Манд проследил за взором опешившей камеристки и бросился к месту, где должна была находиться Ила. Налитые кровью глаза готовы были испепелить в этой комнате все и вся. Выругавшись сквозь плотно стиснутые зубы, мужчина рывком поднял беспомощную девушку на ноги, сжав левой рукой ее горло.
–Где она? –необыкновенно спокойно спросил убийца, чей ровный тон означал затишье перед бурей.
Его новая жертва сейчас напоминала скорее рыбу, чем человека: широко разинутый рот жадно ловил воздух, ее длинные ухоженные ногти впились в кулак Манда. Поняв, что ничего толкового от этой девицы он не добьется, убийца швырнул ту к стене. Камеристка хрипела, пытаясь восстановить дыхание –казалось, Манд окончательно лишил ее способности дышать. Мужчина не стал дожидаться, пока служанка откашляется –кинжал обагрился свежей кровью аж по самую рукоять.

Ила бежала по лесу, продираясь сквозь колючие кустарники, рвавшие тонкую сорочку девочки в клочья, вырывавшие пряди шелковистых волос. Босые ножки словно не ощущали ни холода почвы, ни мелких острых камней, резавших нежные ступни. Лишь одна мысль занимала мысли ребенка –уйти от преследователя.
Неожиданно разум Илы постепенно стала застилать белесая пелена, бешено закружилась голова, перед глазами все поплыло. Сделать следующий шаг девочка была уже не в состоянии –Ила лежала на мокрой траве, ливень нещадно хлестал ее по лицу. Малышка была готова поклясться, что даже ощущает, как коварный яд разливается по всему парализованному телу; как кровь буквально закипает в венах и сердце сжимается в комок, который подкатывает к горлу, перекрывая доступ кислорода в легкие.
«Я должна встать», –без конца твердила она себе, вполне осознавая, что конец уже близок. Почему-то в эти последние минуты своего недолгого существования девочке вспомнились давно забытые сказки и легенды о Феях, которые ей рассказывала няня в далеком детстве. Добродушная пожилая женщина в белоснежном чепце говорила, что феи могут помочь страждущему в самую трудную минуту, стоит только позвать. Кажется, было еще что-то, что Ила, к сожалению, не может припомнить. Проклятый яд, будь он неладен!
–Принцесса фей, –Ила не отдавала себе отчета в том, что говорит. Ей казалось, будто она кричала –однако со стороны можно было увидеть, как беззвучно шевелятся почерневшие губы. –Принцесса фей, спаси меня! Помоги!
Зов был услышан.
***
Воскресным утром Его Светлость, герцог Кассант вернулся в свой замок из долгой отлучки. Передав поводья конюху, мужчина строго-настрого приказал тому накормить, как следует, своего вороного жеребца лучшим овсом и напоить ключевой водой.
Двери парадной отворились –нога герцога ступила на мягкий ковер. Весь вид Его Светлости являл собой невиданную роскошь и величественность: начиная от черных кожаных сапог до колен и заканчивая восхитительным коттарди небесного цвета, обитым мехом и вышитым золотой нитью.
–Господин! –слуга почтительно склонил перед герцогом голову, а затем поднял на него печальные глаза. –Ваша супруга…мертва.
Слова юноши поразили мужчину, словно громом. Отказываясь верить в услышанное, герцог повелительно приказал:
– Веди!
Миновав целую сеть мрачных коридоров и спустившись в подземелье, они оказались в родовом склепе. Внутри стоял холод, и было очень темно. Слуга прошел вперед, освещая помещение пылающим факелом. Тьма расступилась, и герцог увидел стоящий на высокой мраморной плите свинцовый гроб. В нем лежала покойная в белоснежном бархатном блио:ее лоб был охвачен тонким золотым обручем, шелковистые волосы были закручены в локоны. Как всегда, Мирта была необычайно прекрасна и свежа, словно утренняя роза, только вот юное личико покрывала мертвенная бледность. Подойдя к гробу вплотную, герцог застыл на месте, как изваяние, вцепившись пальцами в свою роскошную огненно-рыжую шевелюру.
–Кто? –сухо спросил потрясенный герцог.
–Ее Светлость устроила бал. Утром ее нашли на балконе с раной на животе. Ее камеристка тоже пострадала: сейчас она при смерти, но пока еще жива и находится в сознании. Ваша воспитанница бесследно исчезла, –отчеканил слуга.
–Веди, – повторил герцог, но на этот раз бесстрастно.
Следуя за слугой, мужчина очутился в небольшой комнате. Хрипящая девушка лежала на дубовой кровати с изогнутыми ножками, накрытая дымчатым пледом из тонкой шерсти. Около нее хлопотали служанки, помогая лекарю: то принесут чистые бинты, то подадут нужное из множества лекарств, стоящих на табуретке около больной.
–Как она? –спросил герцог.
Лекарь поклонился своему господину, а затем тихо вымолвил.
–Ей осталось жить ровно полчаса, –он бессильно развел руками. –К сожалению, я ничем не могу помочь несчастной, кроме как снять боль и перевязать израненную грудь. Кто-то полоснул мисс ножом.
–Я хочу поговорить с ней. –Тоном, не терпящим возражений, промолвил герцог.
Все присутствующие вышли, оставив хозяина замка наедине с умирающей. Мужчина бросил на девушку короткий взгляд: ее черные кудри растрепались, некоторые из прядей налипли на влажный лоб, кожа стала полупрозрачной, некогда красные губы посинели.
–Кто здесь? –прохрипела камеристка, подняв веки.
–Твой господин, –герцог приблизился к кровати, склоняясь над девушкой. –А теперь изволь ответить: кто убил мою жену и ранил тебя?
–Я хочу пить, –последовал ответ.
Гневно поджав губы, герцог все же поспешно схватил с табуретки стакан, попутно расплескав воду, помог девушке принять сидячее положение и поднес его к губам несчастной. Та принялась жадно пить спасительную жидкость, едва не захлебываясь. Опустошенный стакан вернулся на прежнее место. Руки мужчина плотно сжали хрупкие плечи служанки.
–Я задал тебе вопрос, – степенно произнес он. –Отвечай.
–У Вашей жены был любовник, Ваша Светлость, – прошептала слабеющая камеристка. –Он весьма хорош собой и умен –я восхищалась им. Пока не узнала его истинную сущность убийцы. Он...убил ее?
–Да.
–Я бы хотела проронить хоть слезу –да не могу, –служанка тяжело вздохнула, – я втайне ненавидела Вашу супругу, господин. Впрочем, это уже неважно. Ваша воспитанница знала секрет герцогини и сказала ей об этом прямо в лицо накануне бала. Уже прошло два дня…–ее задумчивый взгляд устремился на потолок.
–Продолжай, – властно потребовал мужчина.
– Госпожа поручила мне умертвить девочку, всучив отравленную шпильку. Я боялась герцогиню, потому не могла ослушаться, – по впавшей щеке скатилась слеза. –Я уколола дитя иглой прямо в шею. За окном комнаты девочки мелькнула чья-то тень. Ила спряталась в темном углу. Окно распахнулось, и он подошел ко мне с окровавленным кинжалом в руке. Потом потребовал показать ему труп девочки, но той и след простыл…Разгневавшись, он вонзил оружие в мою плоть.
Герцог опустил умолкшую девушку на кровать –та в изнеможении откинулась на подушки…и затихла. Угрюмый мужчина еще некоторое время смотрел в изможденное лицо девушки, а затем пощупал ее пульс…
Дверь комнаты отворилась –герцог, чернее тучи, появился на пороге.
–Все кончено, доктор, –негромко объявил он, даже не глядя в сторону последнего. Затем мужчина подошел к слуге.
–У новопреставленной есть родственники? –тихо спросил его хозяин замка.
–Жених,–очи юноши подозрительно заблестели.
–Пусть заберет тело, – угрюмо бросил тот.
–Да, – слуга, пытаясь совладать с собой, судорожно проглотил застрявший в горле ком, –я могу сделать это прямо сейчас?
В глазах герцога на миг промелькнуло удивление –он молча кивнул. Юноша тотчас исчез в комнате. Собравшись уходить, мужчина все же заглянул за дверь: несчастный жених, на коленях у кровати, покрывал поцелуями тонкую кисть умершей и без конца повторял: « Я ведь даже не успел сказать ей, как я ее люблю…»
В душе герцога царил полный хаос: смятение, гнев на супругу, желание распутать всю эту паутину тайн. После того, как мужчине стала известна правда о покойной жене –всю его любовь к ней тотчас как отрезало. И в ледяном сердце не было ни к кому и толики жалости, даже к самому себе.
***
Вилара сидела в оконном проеме башни и задумчиво смотрела вдаль, на серые стволы деревьев, с которых безжалостный ветер срывал зеленые листья. Завывая, он уносил вдаль клубы пыли, вырывал с корнем молодые деревца и кусты. Словом, надвигалась буря.
Юной герцогине было невдомек, почему муж решил устроить праздник. К чему эти танцы, песни? И почему Дирт до сих пор не заберет ее сестру у деспотичного соседа?
В дверь открылась, и в помещение вошли. Девушка поспешно спрыгнула на пол и затворила ставни.
–Так я и знал, что Вы здесь, госпожа.
Вил сразу узнала гонца: насмешливые черные глаза, короткие каштановые волосы, жиденькая бороденка. Лет ему можно было дать , эдак, тридцать-тридцать три. Откинув назад капюшон, мужчина с самым, что ни на есть, серьезным видом всучил ей запечатанное письмо.
–От герцога Кассант? –Вил была не на шутку взволнованна. Уж если сам герцог пишет лично ей –следовательно, что-то случилось. Ведь никогда прежде бывший опекун не отправлял ей письма.
Разрывая в клочья конверт, Вилара увидела боковым зрением резкую перемену в настроении мужчины: он нахмурился, в глазах появилось сочувствие–что еще больше усилило ее волнение.
–Мне очень жаль, Ваша Светлость.
Герцогиня нетерпеливо пробежалась взглядом по строчкам, и лицо ее резко побледнело. Исписанный листок выпал из ослабевших пальцев. Поспешно подняв письмо, девушка опрометью бросилась вон из помещения.

Дирт беседовал с гостями, время от времени смакуя сладкое вино из своего бокала, и выдавал остроумные шутки. Присутствующие хохотали, и внимательно глядели на гостеприимного хозяина в ожидании нового анекдота. Потому никто не заметил, как в зал вошла юная герцогиня, рука которой крепко сжимала измятый клочок бумаги.
–Негодяй, –тихие слова Вилары почему-то были отлично услышаны, –десятки голов синхронно повернулись в ее сторону.
Удостоив жену своим вниманием, Дирт невольно поперхнулся очередным глотком своего изумительного вина. Извинившись перед собравшейся в его доме элитой, герцог подхватил супругу под локоть и с напускной улыбкой попытался вывести ту вон. Только Вил слышала, как муж цедит сквозь зубы проклятия.
–Ты с ума сошла? –шипел мужчина. –Что ты себе позволяешь??
–Ты обещал, –Вил глотала слезы. –Они убили мою сестру, –девушка протянула супругу письмо. –Здесь все написано. Прочитай.
–Не стану! –Дирт был не на шутку рассержен, потому лист тотчас полетел в камин.
–Мерзавец,–Вилара попросту остолбенела, а когда понемногу пришла в себя, то сама ощутила в себе прилив гнева. Потому, когда супруг попытался вытолкнуть ее за дверь, не сумела совладать с собой.
–Пусти меня! –рявкнула девушка и резко высвободившись, залепила Дирту пощечину. –Ты обманул меня. Ты забыл, что обещал! Ты забыл отнять у них мою сестру! Почему ты не занялся этим в ближайшее время после нашего разговора? Почему прошел еще месяц?
Толпа беззвучно ахнула. Дирт покрылся красно-бурыми пятнами, что не предвещало ничего хорошего. Грубо схватив супругу за предплечье и едва не вывихнув девушке руку, Дирт силой выволок ту из залы. Сознание Вилары застлала белесая пелена, герцогиня плохо помнила, как суровый муж затащил ее в одну из башен и впихнул жену внутрь. Понемногу обретя способность соображать, Вилара услышала скрип поворачиваемого ключа в замочной скважине. Злость переполняла все ее существо; не долго думая, девушка бросилась к двери и принялась молотить в нее кулаками, что есть мочи.
–Выпусти меня! –вскричала красавица. –Ты ответишь! Ты нарушил обещание!
Ответом была лишь тишина. Но Вилара, прекратив нарушать покой замка, не опустилась на пол, беспомощно обхватив руками колени; не залилась горючими слезами, как могла бы сделать прежде. Нет, так поступила бы прежняя Вилара –теперь она не та кроткая малышка, какой ее знал Дирт. Вил больше не прольет ни слезинки.
Никто после не мог объяснить, каким образом герцогиня исчезла из комнаты, как спустилась вниз, ведь расстояние от земли до окон башни составляет, не много ни мало, сто футов. Если только по дереву, росшему практически вплотную к стене этой величественной постройки. Нет, это невозможно! Да разве может нежная и тихая девочка пойти на такой риск?

Хорошо быть птицей, вольной птицей! Расправить руки-крылья навстречу ветру и уносится с ним вдаль в безумном танце…Принимать его ласковые прикосновения к коже, ощущать, как прохладный воздух забирается под одежду, охлаждая разгоряченное бегом тело. И наслаждаться желанной свободой. Стоять на берегу и вглядываться в водную гладь, и мечтать, мечтать…Грезить наяву…А затем кинуться вниз, сломя голову; почувствовать, как ледяная вода сковывает тело, которое пронзают миллионы невидимых острых иголок. Медленно идти ко дну. И в самый последний момент тебя охватывает ужас от горького осознания того, какой чудовищный и непоправимый поступок ты сотворил. Но поздно уже каяться…
 отзывы (2) 
Оценить:  +  (+1)   
05:33 13.09.11
                                                 Глава 2.

Ей снился странный сон…Бегущая девочка продирается сквозь кусты и деревья, которые безжалостно хлещут ту своими мокрыми ветвями прямо по лицу. Детские ножки изрезаны в кровь, косы расплелись, и отдельные пряди прилипли к щекам. Бедняжка мертвенно бледна…Вот она падает навзничь…
–Принцесса фей, спаси меня! Помоги! –с потрескавшихся уст несчастной срывается обреченный стон.
«Я здесь», –отвечает девушка и ловит на себе восторженный взгляд. –« Феи слышат тебя, Зовущая».
Девочка ощущает на своем лбу теплую ладонь спасительницы и на мгновенье умиротворенно опускает веки, будучи не в состоянии совладать с охватившим ее облегчением.
«Твоя кровь отравлена, детка», –тон красавицы кажется слегка удивленным. –«Но ничего. Я исцелю тебя».
Приятная теплота разливается по обессилевшему телу ребенка. Постепенно в него вливаются новые силы. Изумленная крошка открывает глаза.
«Будь здесь», –наставляет фея малышку, помогая ей сесть. –«За тобой придут добрые люди. Мне еще подвластны сердца великодушных. К сожалению, я пока сплю, потому не могу забрать тебя с собой. Я отыщу тебя».
–Да, –заворожено отвечает та.
Фея устремляет свой взор вдаль –и вот она видит невысокого бородатого мужчину в крестьянской избе. Царице хорошо видно его сердце, в котором полыхает огонь добра–вот оно, бьется в груди незнакомца, распространяя вокруг себя яркий желтый свет. Благодатное пламя… Красавица направляет к этому сердцу тонкую золотистую нить, которая сама обвивает его, и привязывает ее к ауре ребенка.
«Возьми в свой дом это дитя», –крестьянин не слышит шепота волшебницы, однако его чуткая душа буквально впитывает в себя каждое ее слово. –«Оберегай девочку, пока я не приду за ней».
Фея чувствует, что человек, сам того не ведая, дает ей обещание в точности исполнить эту просьбу. Дух Царицы, успокоившись, возвращается обратно в плоть…

–Я вернусь за тобой, –прошептала красавица, длинные ресницы которой затрепетали, словно крылья бабочки. –О нет, страна сновидений, когда ты отпустишь меня? Я хочу проснуться.
Некоторое время эльф молча наблюдал за девушкой, расположившись подле потухшего костра и подперев тонко очерченный подбородок кулаком: гибкий стан слегка вздрагивает, губы шевелятся в беззвучном монологе. Острый слух лучника отлично улавливает все ее фразы. Вот незнакомка перевернулась на бок, затем заметалась по земле. И резко распахнула глаза, красивые, светло -орехового цвета с фиалковым оттенком, в обрамлении густых ресниц. Вот она села на плаще, рассматривая лучника –во внимательном взгляде кротких очей промелькнула тень испуга, который после сменился любопытством, словно их обладательница увидела некого диковинного зверька.
–Кто ты?
Хрустальный голос, нежный, необычайно звонкий…И это детское, милое личико…Такая добрая, даже наивная…И этот взор отражает в себе лишь необыкновенную чистоту и непорочность души. Нет, эта девушка, определенно, не может быть человеком –в ней присутствует какая-то особенная, неземная прелесть…Одним словом, фея.
–Дитя леса, –красавица вплотную приблизилась к Талиану и опустилась рядом с ним на траву. –Чую в тебе его дух.
Лучник не убрал хрупких рук, трогающих его щеки, плечи, губы, остроконечные ушки, осторожно перебирающих пряди шелковистых белокурых волос. Ее веки на миг опустились, красавица глубоко и сладко втянула в себя воздух.
–Какой дивный аромат исходит от тебя, –восхищенно пробормотала Царица, глядя на эльфа с неподдельным восторгом. –Какое же ты удивительное существо! Я ни разу не встречала подобных тебе.
Талиан тоже не встречал раньше такого милого, настолько искреннего создания. Он, словно завороженный, неотрывно смотрел на нее, с виду, как обычно, оставаясь невозмутимым. Но красавица не человек –Талиан сразу об этом догадался. Фея и эльф, Дети Природы, способны понять друг друга без слов. И сейчас они идеально угадывали мысли один одного. Неожиданно девушка уткнулась лицом в его плечо. Эльф даже немного растерялся –такая открытость и доверчивость были для лучника непривычны. С одной стороны фея очень похожа на деву расы людей, с другой –совершенно иная. При ее присутствии невозможно не ощутить легкость, прилив бодрости и энергии. Все вокруг преображается, наполняется красками: мрачное и тусклое становится светлым, ярким, сказочным. Обыденные дни превращаются в сплошной праздник. Ты начинаешь радоваться всему, что тебя окружает, даже мелочам. Давно Талиан не чувствовал себя столь свободным.
–Ты мне нравишься, –просто сказала она. Существо, не знающее лжи, лицемерия, интриг. Как хорошо, что на его пути встретился этот ангел! Да, ангел –иначе не назовешь. Царица вихрем ворвалась во внутренний мир эльфа, внеся туда радость и оживление. Этот быстрый журчащий ручеек, это маленькое солнышко согрело одинокую душу –и стало так хорошо, как никогда прежде.
Талиан ласково улыбнулся в ответ.
–Скажи хоть что-нибудь, –попросила девушка, –поговори со мной.
Красавица дотронулась до маски, открывавшей лишь нижнюю половину лица незнакомца. Фея никак не могла взять в толк, как лучник видит ее, если его глаза спрятаны под куском серебра, напоминающего корону, украшенную выгравированными листьями.
–Что же Вы хотите от меня услышать, волшебное создание?
Фэ невольно заслушалась этим удивительно чистым, поистине колдовским голосом. Да-да, как ни крути, хоть причудливая маска и скрывает часть лица юноши, но определенно ясно, что он на диво прекрасен. Пленительная, атлетически сложенная фигура, каждый изгиб которой подчеркивает шелк летящих одежд белоснежного цвета. Нет, но кто же он такой?
–Я эльф, – лаконично ответил лучник, словно читая мысли красавицы, и попутно отметил, как сильно она поразилась этому факту.
–Я слышала о вашем народе в преданиях, – совершенно растерянно пробормотала девушка.
–Про фей тоже стали слагать сказки, –снисходительная улыбка коснулась его уст.
–Ты меня разоблачил, – серебристый смех прорезался сквозь лесную тишину. Затем девушка вновь обратилась к лучнику. –Ты, верно, захочешь узнать мое имя. Я – Лефэ. Сестры называют меня Фэ.
–Талиан, –эльф почтительно склонил голову, обнажив ряд жемчужных зубов.
Фэ пристально наблюдала за своим новым знакомым, поведение которого было для нее ново. Грациозный, весьма сдержанный, спокойный, бесконечно терпеливый. Эльф был для нее загадкой, манящей и удивительной. Рядом с ним фею охватывало благоговение. И по-другому быть не могло, ведь перед ней –ожившая легенда, казалось, все преклоняется перед этой величественностью.
–Почему я не вижу твои глаза, Дитя Леса? –убирая пальцы от лица Талиана, произнесла Царица. –Я очень хочу увидеть их. Какого они цвета?
–Голубые, – последовал ответ. –Я не сниму свою маску. Она –часть моего предназначения.
–Не нужно, –уголки сочного, словно ягодка, ротика поползли вверх. –Ты и так диво как хорош собой, эльф.
Наступила короткая пауза, прежде чем фея решилась ее прервать.
–Я поняла, –еле слышно вымолвила Фэ, –твоя маска…Это какая-то неизвестная мне тайна, которую мне пока не раскроют. Ведь так, Талиан?
–Да, это тайна, – усмехнулся эльф, накрывая плечи Царицы теплыми ладонями. – Я не скажу Вам ее, пока не узнаю Вашу.
– Как же? –недоуменно проговорила Фэ. –Мне нечего скрывать от тебя, эльф.
–Вы и не скрываете. Но я ничего о Вас не знаю.
–И то правда, – Бдящая призадумалась, –однако не забудь, Дитя Леса, что мы с тобой прошли Единение Душ –подарок от нашей общей Матери-Природы. Помни, ее верный сын, что мы с тобой почти семья. Мы – общее семя от единого плода.
–Я помню, –степенно отозвался лучник, – Вы чувствуете то же, что и я. Потому Вы осознаете, Дочь Цветов, что мне доверять можно. Ни один эльф еще не стал предателем.
–Знаю, –прозвучал ее кроткий голосок , –потому и верю. И тебе практически все известно обо мне, ведь так?
Талиан не ответил. «Да, что ни говори», –повторил лучник про себя, –«фея не обычная девушка. Это существо обладает врожденным тонким чутьем, а если это еще и одна из шести Сестер-Цариц…»
–Обычные феи не ездят верхом на единорогах, –мягко заметил Талиан, – обычные феи имеют крылышки. Обычные феи не Спят. Ты одна из Сестер-Цариц, повелительниц сказочного народа.
–Обычные эльфы не знают столько о необычных феях, –весело улыбнулась девушка, – и уж тем более о Спящих. А также о Сестрах -Царицах. Видимо, ты избранный, так как Матушка много открыла тебе.
«И все же что-то заставило Вас проснуться», –внутренне усмехнулся лучник, –« я непременно узнаю, что это.»

                                           ***
Ила очнулась в маленькой избушке, на печке, укрытая шкурой животного. Девочке стало невероятно душно, потому «одеяло» вмиг очутилось на полу. К печи подошла старушка в голубом платочке, одетая в широкую холщевую коричневую юбку весьма простого покроя и белую льняную рубаху с короткими рукавами до локтя, на концах которых красовались оборки. Ноги старушки были обуты в веревочные лапти цвета шоколада. Шнурки перевивали черные онучи из такого же материала, что и юбка, поверх которой был надет белоснежный передник с причудливым орнаментом. Заметив сброшенную наземь шкуру, крестьянка всплеснула руками.
–Проснулось наше дитятко!
Некоторое время Ила тупо смотрела в потолок, силясь вспомнить последние события. Ребенок явно помнил свою спасительницу, исцелившую его от губительного яда. А дальше лишь пустота…
Ила ощутила, как чья-то широкая ладонь легла на ее лобик, ласково погладив по голове.
–Ну что, девочка, тебе уже, вижу, лучше, –Ила увидела над собой добродушное лицо молодого мужчины, лет так тридцати пяти. Малышка улыбнулась в ответ.
–Это Вы спасли меня, да?
–Я нашел тебя в лесу, кроха. Ты лежала без сознания, вся насквозь промокшая и смертельно бледная, аж синяя , –крестьянин тяжело вздохнул, –я уж было подумал, что ты померла. Да, к счастью, ошибся.
–Спасибо, –тихо ответила девочка. Она была искренне благодарна этому замечательному человеку и…его матери, вероятно?
–Моя матушка выходила тебя, деточка, –словно в подтверждение мыслей Илы, произнес мужчина. –Мое имя Натит. А как тебя зовут?
–Ила, –охрипшим голосом ответила малышка.
–Сынок, я уже супчик налила в миску. Снимай девчушку с печки, –обратилась к сыну старушка.
Ила не успела и опомниться, как оказалась за грубо сколоченным дубовым столом, на жестком табурете. Прямо у нее под носом находилась деревянная миса с варевом, от которого исходил соблазнительный аромат. Рядом, на такой же доске, лежали свежеиспеченные пирожки. Девочка не заметила, как содержимое миски оказалось у нее в животике, в котором наконец-то перестало бурчать.
–Ай да умница! –бабулька на радостях смачно расцеловала обе порозовевшие щечки малышки. –Хороший аппетит –признак выздоровления!
Далее Илу напоили превкусным вишневым компотом –в перерыве между глотками девочка откусывала небольшие кусочки от поджаренного ржаного хлеба, намазанного тонким слоем масла и присыпанного сахаром. Конечно, в замке ее кормили значительно лучше, но, как говорится, голод не тетка. Потому даже сия скромная пища казалась Иле поистине королевской едой.
–Ну что, женщины, – Натит лукаво подмигнул Иле, –пойду я в лес по дрова. Не скучайте тут.
–Ступай, сынок, ступай, –бабушка ласково улыбнулась ему, всучив котомку с обедом.
Усмехнувшись, Натит нахлобучил на голову широкополую соломенную шляпу и вышел за дверь.
– Спасибо, бабушка, –Ила вышла из-за стола и подошла к женщине, которая принялась взбивать в маслобойке масло.
–На здоровье, родненькая, –просияла старушка. У этой добродушной крестьянки была на редкость чудесная улыбка, от которой, казалось, даже морщин на состарившемся лице становилось меньше.
Ила опустилась на длинную скамейку, стоявшую вдоль стены, и стала молча наблюдать за частыми движениями бабушки. Ее мысли витали где-то далеко, пока, спустившись с небес на землю, девочка вновь не обратилась к крестьянке.
–Бабушка, а Вы когда-нибудь слышали что-либо про фей?
Старушка удивленно вскинула голову, на миг оторвавшись от своего трудоемкого занятия, но затем ровным тоном ответила:
–А как же, внученька, я много баек про этот народец-то знаю.
–Расскажите мне о нем.
Женщина усмехнулась и, склонившись над маслобойкой, принялась за свой рассказ…

Феи…Потрясающий сказочный народ, не знающий ни зла, ни интриг, ни коварства…Милые добрые создания, обычный рост которых не более двенадцати-пятнадцати дюймов. Вопреки всем законам природы феи могут уменьшаться и увеличиваться в размерах по собственному желанию. Их способны видеть только звери и птицы, а люди –лишь на короткий миг, коли фея зазевалась и не исчезла вовремя. Говорят, что легче всего увидеть этих существ в ночь накануне летнего солнцестояния, когда те водят хороводы при свете луны. Однако в последнее время они очень осторожны и не показываются никому, особенно людям, к которым утратили всяческое доверие.
Феи очень любят танцевать и устраивать веселые балы. Но не все время они проводят в танцах: быстрота, тонкость и красота их ткачества, пряжи и шитья поражает своей неповторимостью. Их искусные руки, гласит предание, производили и шапочки -невидимки, и тонкие сорочки, защищающие тело лучше всякой кольчуги, которыми феи часто одаривали своих любимцев.
А все началось с того, что прекрасная Тан насмерть влюбилась в обычного смертного, великого воина и правителя. Он страсть как любил охотиться, и фея часто наблюдала за ним. Высокий, статный, грациозный…Тан не могла оторвать от него глаз.
Фея часто любила гулять по лесу, увеличив свой рост до роста человеческой девушки – иначе говоря, в обличие прекрасной девы. Все было в ней восхитительно: и фигурка, и утонченные черты, и, самое главное, душа. И вот однажды тот юноша заприметил незнакомую красавицу, когда она, увлекшись своими раздумьями и прогулкой, тихонько напевала какую-то песню. Правитель спрятался за широким стволом одного древнего дерева, а затем вышел из его тени. Тан поначалу растерялась, но потом, быстро взяв себя в руки, ничем не выдала свою истинную сущность. Очарованный воин назначил красавице свидание на этом же месте, затем еще одно, и еще…
И все же возлюбленный феи не был глупцом, потому ему не составило труда прознать о тайне любимой. Гамор, так его звали, поклялся, что не причинит вреда фее, так как любит ее –и Тан поверила. Чем и поплатилась: возлюбленный нарушил клятву –бедняжка погибла от его рук.

–Не понимаю, –воскликнула Ила, –ведь феи видят сердце каждого из нас! Неужели она не заподозрила подвоха?
–Погоди, –бабушка снисходительно улыбнулась, –Тан действительно знала, что это за человек. Поначалу воин был великодушен и добр. Но власть сгубила Гамора: он и сам не подозревал, насколько жаждет могущества. А когда выяснилось, каким особым даром обладает его возлюбленная, король не устоял перед искушением. Доброе сердце заполнила тьма, вытеснив из него все чувства –и оно стало камнем.
–Что это был за дар? –торопливо вымолвила девочка.
–Любой, кто сумеет убить обычную фею, заполучает ее силу. Убив Тан, Гамор стал непобедимым : кроме того, что у юноши появилась поистине титаническая сила, на его теле моментально затягивались свежеполученные раны. И все же он был повергнут.
–Кем? –нетерпеливо спросила Ила.
–Стражем Троп, –улыбка не покидала губ крестьянки, –эльфом. Никто до конца не знает, что он собой представляет и где находится. Одно могу сказать точно: сама природа избрала его, неизвестно лишь, для какой цели.
–Но ведь Гамора невозможно было убить!
–Конечно, –согласилась бабушка, –а вот Страж Троп смог. И, тем не менее, вся эта трагедия окутана тайной. Мало кто знает даже толику того, что я тебе рассказала. Таким вот образом негодяй поплатился и за предательство, и за то, что рассорил нас с эльфами, пойдя на тех войной. Теперь люди –их заклятые враги.
–Ужасно, –опешившая Ила покачала головой. –Но откуда Вам об этом известно?
–В очень далеком прошлом в замке Гамора жила служанка –моя бабка. Она была свидетельницей этих событий. Но разглашение тайны находится под строжайшим запретом –настали смутные времена, за малейшее упоминание о Тан можно поплатиться головой.
–Это ужасно, – Ила поморщилась.
–Что же делать, детка, –вздохнула женщина, –у нечестивца осталось много последователей. Да и…сам он, кажись, скоро объявиться. Вернее, его дух, который, скорее всего, вселится в чужое тело.
Девочка заерзала на скамье, устраиваясь поудобнее. Умолкнув, старушка вновь вернулась к своему занятию. Толкач интенсивно ходил вверх-вниз в деревянной кадушке, постепенно превращая свежие сливки в плотный желтый комок. В избе воцарилась тишина: слышно было даже жужжание мухи, которая имела неосторожность приземлиться к хозяйке на щеку –и тут же ее тельце, обмякшее под широкой ладонью крестьянки, упало на доски пола. Ила равнодушно взглянула на убитое насекомое, затем на бабушку: лицо той ровным счетом не выражало никаких эмоций, лишь время от времени напрягалось, словно женщину терзали тяжкие думы. Наконец ком в маслобойке обрел нужную консистенцию –тогда хозяйка сняла фартук, вытерла рукавом пот со лба и присела на лавочку рядом с девочкой.
– У нас рядом гора есть. Там лес –красивый-красивый, –начало фразы крайне заинтриговало Илу, – как говорили и говорят старики, там раньше жили феи.
–Покажете мне ее, бабушка? –ребенок заметно оживился.
–А куда ж я денусь, внученька? – женщина весело рассмеялась. –Ты ж теперь от меня нипочем не отвяжешься.

                                                            ***
Мин бежала, спотыкаясь, не обращая ни малейшего внимания ни на сильный ветер, ни на ливень –она во что бы то ни стало должна добежать до мрачного замка, виднеющегося вдали. Небо было затянуто серыми тучами, по которому плыла кроваво-красная луна, заливая все вокруг ярким алым светом. Черные остовы деревьев, с голых макушек которых, то и дело, с отвратительным карканьем стаями срывались вороны, внушали прохожему человеку тихий ужас. Потому все старались обходить этот жуткий лес стороной. Казалось, вот-вот, и сдвинутся с места эти древесные скелеты, протянут к неосторожному путнику ветви -крючья и заключат жертву в свои удушливые объятия, либо разорвут того в клочья. И все же девушке было глубоко наплевать на все эти глупые суеверия: человеческое воображение всегда обладало способностью исказить действительность. Одно сейчас Мин знала точно: если она не достигнет той величественно-пугающей постройки, преследователи быстро покончат с ней. А вот это уже на самом деле будет реальностью.
Несмотря на усталость, беглянка сумела добежать до ворот, которые, как ни странно, оказались открытыми, ровно, как и сами двери. Остановилась девушка лишь тогда, когда очутилась в невероятно просторной зале, в которой царил полумрак. Тусклый свет факелов, горящих на серых стенах, слабо освещал помещение, что придавало общей картине нечто мистическое. В душу Мин прокрался неприятный холодок страха, по коже побежали мурашки. Девушка точно не знала, сколько простояла среди пустой залы, однако все это время ее не покидало смутное ощущение, что со стороны за ней следит зоркий глаз хищника. Неожиданно где-то в глубине помещения послышались слабые стоны. Красавица, не долго думая, поспешила на звуки. Прямо в центре ничком лежала молодая девушка с порванным боком, из которого сочилась кровь –какого цвета, Мин так и не сумела толком разглядеть. Перевернув незнакомку на спину, она, разорвав одежду раненой и оторвав от своего шелкового платья несколько лоскутов, перевязала рану. Сняв с пояса флягу, Мин поднесла ее к губам девушки и влила последней воду в рот. Пострадавшая , похоже, потихоньку стала приходить в себя . С тяжелым вздохом она подняла веки, что заставило Мин выронить флягу: на нее смотрели красные глаза с вертикальным черным зрачком. Затем они сомкнулись.
Тело Мин била мелкая дрожь. Она бессильно опустила руки, находясь в полном замешательстве: кто эта странная девушка, и что, в конце - концов, с нею теперь делать? Ясно одно: незнакомка не человек, да и благородство не позволит Мин бросить несчастную на холодном каменном полу. Но чем Мин поможет ей, если и не знает то толком, куда идти?
Из темноты послышался угрожающий рык, девушка ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Чутье подсказывало Мин, что на нее сейчас произойдет нападение . Нужно было срочно что-либо придумать, найти что-нибудь для самообороны. Судорожно ища средство самозащиты, взор девушки вдруг уткнулся в посох, лежащий неподалеку. Мин, резво вскочив, в два счета оказалась рядом с тростью и наклонилась, протянув к ней руку.
Внезапно рычание повторилось, и из мрака выскочил огромный черный волк с горящими глазами, из оскаленной пасти которого текла мутная слюна. Девушку передернуло от отвращения и ужаса, когда на нее дыхнуло отвратительной вонью полусгнившего трупа. И хоть монстр находился на значительном расстоянии от Мин, этот гадкий запах ощущался прекрасно.
Оттолкнувшись от пола задними лапами, волк выгнулся дугой в прыжке, зависнув в воздухе на мгновение. Опешившая Мин чисто машинально схватила трость и, широко замахнувшись, из всех сил двинула ею мерзкую тварь по морде. Казалось, с перепуга силы девушки буквально удесятерились, о чем теперь свидетельствовала обмякшая туша зверя, распростершегося на полу. Потрясений бедняжке за последние дни хватило, потому замок стал последней каплей: Мин не помнила, в какой момент время для нее остановилось, и поблекшее сознание окутала чернота.

–Тихо, не шуми, разбудишь, –послышался звонкий девичий голос.
–Она и так не спит, – вероятнее всего, это был юноша, – да и с каких пор ты встала на сторону…–в интонации появились нотки негодования, последнее слово он произнес с жесточайшей ненавистью–, людей?
–Одна из них, –спокойно возразила девушка, –спасла мне жизнь. –Чуть помедлив, она добавила, – от него…
–Он?? –незнакомец был потрясен. –Здесь??
–Да, –упрямо вымолвила его собеседница. –Когда вы все покинули замок и ушли на охоту, мерзавец объявился. Он едва не убил меня. А если бы не эта девочка, вы хоронили бы уже свою сестру.
– Странно, – юноша призадумался. –Человек спас тебе жизнь…Но как такое возможно? Люди –наши заклятые враги!
«Заклятые враги?» – внутри Мин все похолодело. Заклятые враги…У людей их было лишь двое: оборотни и эльфы. Неужели…Что ж, ей едва ли повезло –из огня да в полымя. Значит, та раненая девушка, которую Мин спасла, оборотень? Остается лишь надеяться, что чувство долга и благодарности не чуждо и этим существам.
Веки открылись сами собой, и беглянка увидела, что находится в полутемной комнате. Перед Мин предстала та самая незнакомка и еще синеглазый юноша с черными, как смоль, короткими курчавыми волосами. Зрачок у этого молодого человека, как ни странно, был самый, что ни на есть, человеческий, а именно, круглый.
–С пробуждением, – спасенная красавица ласково улыбнулась. –Я рада, что с тобой все хорошо.
Мин, не торопясь, села на кровати, положив ладони на блестящую шелковую простыню дымчатого цвета. Девушка старалась не замечать незнакомца, который все это время неотрывно смотрел на нее.
–Я не стала тебя раздевать, –усмехнулась оборотень, тронув коричневую накидку Мин, в которую та была закутана с головы до пяток, оставив неприкрытым лишь пол-лица. –Вначале я хотела так сделать, но потом подумала: может, ты не хочешь, чтобы тебя увидели?
Мин кивнула в знак признательности. И вправду, в ее краях женщине запрещено открыто демонстрировать свое лицо, однако обычаи вполне допускают полупрозрачную чадру. Но девушка скрывалась, потому в ее же интересах было ничем не выдать свою личность.
–У тебя очень красивые глаза, –продолжала незнакомка с доброй улыбкой. –Кстати, меня зовут Роре. А как твое имя?
Слова девушки больно укололи Мин в самое сердце. Ах, как бы она хотела ответить на этот вопрос! Какое бы счастье она испытала! Но она не могла…немые не могут издать и звука…
Роре терпеливо выжидала, пока Мин соизволит удостоить ее своим ответом. Однако девушка только подняла на нее взор. Не будь у Роре тонкого чутья, не получилась бы из нее настоящая Охотница. Все чувства спасительницы были у оборотня как на ладони: смятение, боль, тревога, даже страх. Значит, есть что-то, чего оборотень не знает, и это что-то доставляет этой девочке страдания.
–Ладно, потом скажешь, если захочешь, –Охотница ловко разрядила напряженную обстановку, пихнув локтем своего спутника.
«Прекращай глазеть», – телепатия стала обычным явлением среди оборотней. – «Прекращай глазеть, Охотник. Прибереги пока свои эмоции на потом. Человек ничего тебе плохого не сделала», –Ар хорошо уловил суровый тон подруги.
«Она –враг», –после очередного тычка Роре юноша понял, что начинает тихо рычать, в прямом смысле этого слова.
«Она спасла мне жизнь. Ты не тронешь ее и пальцем!»
«Я не собираюсь прикасаться к девчонке. В конце концов, я выше этих гнусных убийц и не желаю уподобляться им. Можешь забирать ее со всеми потрохами», –глаза оборотня полыхнули красным огнем, отчего Мин резко передернуло.
«Помолчи, умник».
–Следуй за мной, безымянная, – шутливо промолвила Роре и направилась к двери. Мин, повиновавшись, устремилась за ней.
Минуя сеть темных коридоров, напоминающую лабиринт, Мин оказалась в весьма просторной мало освещенной зале, правда, гораздо меньше той, где она подверглась нападению оборотня. Посредине стоял большой круглый стол из камня, за которым, на таких же стульях, сидели люди в черных плащах. Заслышав шаги, присутствующие почтительно встали. И все же Мин сумела рассмотреть лица незнакомцев :красивые, слишком красивые лица юношей с пылающими очами. И лишь одно осталось для взгляда красавицы сокрытым, который остановился на черной пугающей маске, изображающей оскал яростного зверя, отдаленно напоминающего волка – ее владелец величественно восседал во главе стола.
Роре, не обращая ни малейшего внимания на собратьев, глядевших на нее испытующе ,бережно обняла свою спасительницу за плечи и усадила ту на один из каменных стульев, сама же села рядом.
–Приветствую Вас, господин, –девушка кивнула повелителю, а затем обратилась к остальным. –Приветствую вас, братья.
Юноши синхронно откинули назад широкие капюшоны. Один из них, голубоглазый блондин, демонстративно повел носом, звучно принюхиваясь.
–Что среди нас делает …человек? –не без удивления спросил он, вперив пронзительный взор в Мин, под которым девушка невольно съежилась.
–Это наша гостья, –тоном, не терпящим возражений, вымолвила Роре. –Она…
–Вот как? –насмешливо промолвил незнакомец. В голосе зазвучали нотки ярости. –Ты привела в наш дом человека? Люди –наши враги!
–Много ты понимаешь, Корр! –вспылила Охотница.
–Они, – указательный палец оборотня обвинительно уткнулся в Мин, – убили моих родителей.
«Моих тоже!» –хотела прокричать девушка, но ее прелестный ротик не смог издать ни звука. Мин стало не по себе, когда головы оборотней синхронно повернулись в ее сторону.
–Твоих? –переспросил удивленный Корр, после чего до девушки дошло, что ее мысли были прочтены всеми собравшимися в этом мрачном помещении.
Мин кивнула.
–Может, назовешь свое имя? –подал голос Ар. –Лучше было бы, конечно, если бы ты открыла нам свое лицо, человек. Или ты боишься, плутовка?
Все они, включая того самого Ара, взирали на нее, как на врага; мерзость, которую необходимо вырвать с корнем и сжечь, дабы не портила вид этого необычайного мира. Все, кроме Роре…
–Заткнись, Ар! –воскликнула Охотница. –Или я лично откушу твой гадкий язык! Не забывай, что я говорила тебе!
Лицо юноши исказилось гневом. Охотник открыл было рот, чтобы ответить, однако громкий стук тяжеленного кулака повелителя по столу заставил всех замолчать. От неожиданности Мин так и обмерла, испуганно уставившись на таинственного незнакомца. Роре взглянула на лидера, будто бы слушая то, что он ей говорит, хотя оборотень при этом не проронил ни слова. Так продолжалось некоторое время, пока девушка, наконец, не удостоила вниманием свою спасительницу.
–Господин просит тебя показать свое лицо, – тихо шепнула ей Охотница на ушко.
Мин вновь кивнула. Маленькие изящные смуглые пальчики сжали плотную ткань накидки, и через мгновение та оказалась на полу. Девушка сняла дымчатую чадру из тонкого прозрачного шифона, и в зале послышались потрясенные вздохи. Роре заметила, как восторженные взоры юношей, особенно Ара и Корра, намертво приковались красавице с кроткой улыбкой, и усмехнулась. И вправду, посмотреть было на что: мягкие темно-каштановые кудри ниспадали на узкие плечи, бархатные шоколадные глаза окаймляли пушистые черные ресницы. Казалось, лишь один повелитель сохраняет полное спокойствие и абсолютное хладнокровие. Но было ли оно так на самом деле?
Мин невольно смутилась, стараясь в упор не замечать, как двое оборотней откровенно пожирают ее взглядами. Девушка поспешно надела чадру –и то не помогло, ведь легкий платок лишь подчеркивал необыкновенную красоту Мин, но вовсе не скрывал ее.
–Ну хватит, –не выдержала Роре, –ей вы, двое! Хватит пялиться! Смутили совсем девушку.
Ар чуть заметно покраснел от столь едкого замечания Охотницы, но нескромно глазеть на Мин перестал, ровно как и Корр.
–Господин просит тебя назвать свое имя, –Охотница обратилась к своей спасительнице.
Мин подняла свои чудесные очи на повелителя, пристально изучающего ее. Уста красавицы беззвучно вымолвили одно единственное слово «Мин».
–Красивое имя, –Роре дружелюбно улыбнулась. –Что же, ты, стало быть, нема?
«Да», –вновь пошевелились ее губы . –«С самого рождения у меня был отнят голос.»
–Печально, –вымолвил Корр. –Как же ты очутилась здесь? Откуда ты?
«Я скрываюсь от преследователей. Меня хотят убить», –девушка погрустнела.
–Мин спасла меня, –внезапно произнесла Роре, –от него...
Эта новость была для обитателей замка громом среди ясного неба. Присутствующие ошарашено переглянулись.
–Как? –охнул Корр. –Он? Когда?
–Когда все ушли на охоту, он объявился, –отчеканила Охотница. –Мне пришлось с ним сражаться. Зверь стал еще более безумным. Он едва не разрушил статую Владыки. Человек ударила его Посохом.
Воцарилось полное молчание. Судя по тому, с каким изумлением время от времени на Мин глядели оборотни, девушке почудилось, что за этими событиями стоит некая тайна, в центре которой ненароком очутилась она сама.
Повелитель медленно поднялся из-за стола, его примеру последовали и остальные. Все учтиво поклонились друг другу, сложив ладони лодочкой, а затем Роре вывела растерянную Мин из залы.
–Я покажу тебе твою комнату, –попутно бросила она, крепко ухватившись за локоть красавицы. –Полагаю, ты у нас застрянешь надолго.
Мин пожала плечами: в принципе, оборотень права. Кто знает, сколько она здесь пробудет, в этом мрачном замке с лишенной красок местностью?
                                                             ***
Дадид напряженно всматривался вдаль. Все это время в окрестностях Алла без конца лил дождь –никогда еще прежде жители этого небольшого городка не видали таких ливней. Под ногами хлюпает вода, развезенные дороги превратились в настоящее болото, полное грязной топкой жижи. Зато какая потом вырастет трава! Зеленая, сочная, высокая. А какой отменный корм для скота! Странно, что Алл до сих пор не превратился в столицу. Хотя, он и так стал средоточием бурной торговой деятельности.
Воин поправил меч, висевший на поясе, убрал с лица слипшиеся пряди волос. Да, с такой-то роскошной шевелюрой мужчине порой туго приходится. Оно-то красиво, да и на барышень производит должное впечатление. Ну, а если обладателя такой шикарной гривы вдруг в пути застал дождь? Одна морока, да и только.
Черные тучи постепенно рассеялись, открыв взгляду прелестное голубое небо, а также яркий луч теплого летнего солнца, пробившийся сквозь плотную завесу облаков. Капли дождевой воды, словно утренняя роса, заискрились на широких листьях деревьев, на каждой травинке. Через речку, будто мост, перекинулась радуга, являя взору свою особую прелесть и красоту. Дадид с наслаждением вдохнул полной грудью свежий воздух и невольно улыбнулся. Как хорошо все-таки оказаться под теплым летним ливнем после столь изнурительного путешествия по пыльным дорогам! Блаженство…
Мелкие пичуги довольно защебетали, срываясь с веток низкорослого кустарника и , то и дело, перелетая с одного места на другое. Деревья качали своими пышными кронами под порывами внезапно набежавшего ветра –казалось, утомившаяся от изнурительного солнцепека природа несказанно обрадовалась возможности отдохнуть, освежиться.
Внезапно что-то привлекло внимание Дадида. Поспешно подняв глаза, воин понял, что это: далеко, на горизонте, виднелись две одиноких силуэта. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что более высокая фигура принадлежала эльфу, а второй, необыкновенно тонкой и изящной, оказалась юная очаровательная девушка в легком серебристом платье и черной накидке. Это было крохотное, хрупкое создание с необыкновенно чарующими очами голубого цвета, обрамленными невероятно пышными черными ресницами. Пепельные кудри до пояса выглядели ничуть не хуже. Огромной силой воли Дадид приказал себе оторваться от нескромного созерцания этого чуда и устремить свой взор на эльфа.
–Рад видеть тебя, друг мой, –произнес Талиан, обращаясь к мужчине.
–Я тоже, как хорошо, что наши пути вновь пересеклись! –Дадид горячо обнял друга.
–Личина получилась куда хуже, чем истинный облик,–вымолвил тот, сбрасывая мокрый капюшон. Красавица последовала примеру спутника.
На лице мужчины отразилось неподдельное изумление.
–Ты шутишь.
––Ничуть, –Талиан, как и положено эльфам, оставался серьезным, сдержанным и спокойным. –Но так и было задумано –никто не должен распознать в милой человеческой девушке фею.
–Милой, –воин сверкнул белозубой улыбкой, переведя взгляд на тихую незнакомку, внимательно наблюдающую за их разговором, –да она же ослепительна, Талиан! Боюсь, без присмотра красавицу ни на секунду нельзя будет оставить. Мужчины станут за ней табуном ходить.
Талиан, видимо, представив себе такую ситуацию, весело усмехнулся.
–Что ж, Дадид, я сделал все, что мог. Другая личина, похуже, вряд ли получится.
–Мне остается лишь молиться, –усмехнулся воин, –чтобы я никогда не увидел настоящую внешность твоей спутницы, –затем он обратился к девушке. –Так как Вас зовут, прекрасная незнакомка?
–Фэ, –кроткая улыбка еще больше преобразило нежное лицо. Девушка и не думала смущаться. Фея, она и есть фея –открытое, живое создание.
–Дадид, –мужчина церемонно поцеловал маленькую ручку.
–Вверяю ее твоим заботам, друг мой, – сказал Талиан. –Помни наш уговор. И еще: никто не должен знать, что мы с тобой виделись.
–Я помню, Талиан, не беспокойся. Я буду беречь твое сокровище, как зеницу ока,–воин согласно кивнул.
–Что ж, –уголки губ эльфа поползли вверх, –я знаю, что могу на тебя полностью положиться.
–Встретимся ли мы с тобой еще? –вдруг спросила Фэ, отчего сердце мужчины ушло в пятки. Дивный, потрясающий голос! Ничуть не хуже эльфийского!
–Конечно, –ласково вымолвил тот с какой-то особой нежностью. –И еще не раз.
–Это хорошо, –Девушка облегченно вздохнула.
–Берегите себя, –произнес Талиан и, отвернувшись зашагал прочь, обратно к лесу.
Дадид еще долго глядел ему вслед, а затем, встрепенувшись, обратил свой взгляд на Бдящую.
–Что ж, Фэ. Пойдем.
–Идем, –открытая улыбка стала еще шире.
Путники пошли по лугу, прислушиваясь к шелесту листвы да пению птиц. Они шли вместе, еще не ведая, что теперь провидение скрепило их судьбы навеки –судьбы феи, эльфа и человека.
 отзывы (4) 
Оценить:  +  (0)   
17:50 25.05.11
Глава 3.

За два дня пути в город Алл Фэ узнала для себя много нового. Во-первых, рыбу можно есть и, причем, эта пища довольно вкусна. Теперь девушка точно знала, что навеки пристрастилась к рыбе. Она обожала все: и уху, и жаренного окуня, и остальное, что было связано с данным продуктом. Во-вторых, чтобы не привлекать к себе особого внимания, Фэ должна выучиться пользоваться ножом, вилкой и ложкой. Впрочем, последний из перечисленных столовых приборов Бдящая по дороге успешно освоила. В-третьих, красавица не должна никому рассказывать о своем происхождении и доверять. Но…почему? Что случилось за время ее Сна? Нехорошее предчувствие холодком прокралось в душу Царицы.
В начале третьего дня, как только забрезжил рассвет, фея увидела бежевые стены города. Как оказалось, он был полностью построен из самого лучшего камня империи Айнд.
Да, за время пребывания Фэ в стране сновидений мир сильно изменился, особенно мир людей…
На улицах Алла царило оживление: туда-сюда сновали прохожие, в город въезжали целые караваны с многочисленными товарами. Фэ старалась не отставать от Дадида, хотя с трудом обтекала тесную людскую толпу.
Миновав рыночную площадь, фея оказалась на Площади Рабов, как именовали это место горожане. Девушка собиралась было пройти мимо, как вдруг ее слуха коснулась долгая брань да яростный свист хлыста. Около самого центра этого ужасного места собралось много зевак, потому Царице пришлось буквально продираться сквозь скопление народа, чтобы узнать, что происходит. Устремив свой взор на высокий деревянный столб бурого цвета , Бдящая уткнулась в невидящие глаза невероятно прекрасного юноши, и…медленно сползла вниз.
Очнувшись, Фэ обнаружила, что лежит на плаще, а над нею склонились Дадид и незнакомая дева с ясными голубыми глазами да остроконечными ушками. Та шептала непонятные слова и водила ладонями перед лицом феи.
–Вам уже лучше, –незнакомка мягко улыбнулась, –я очень рада.
Как и в случае с Талианом, Фэ буквально заслушалась этим поистине ангельским голосом.
–Аэли! –неожиданно послышался рев не на шутку разозленного мужчины. –Где ты, мерзкая девка?!
–Прошу простить меня, –красавица выпрямилась, –мой разгневанный хозяин зовет меня.
Она весьма спокойно и грациозно удалилась прочь. Ветер развевал летящие голубые одежды из шелка, трепал длинные белокурые волосы. Дадид проводил изящную фигурку незнакомки восторженным взглядом, а затем, обернувшись к Царице, благоговейно выдохнул:
–Эльфийка...
–Что случилось, Дадид? –спросила Фэ, когда мужчина помог ей подняться и, встряхнув свой плащ, накинул его на себя.
–Все в порядке, Фэ. Раба больше не бьют. Ты испугалась, увидев его окровавленную спину, и попросту упала в обморок, – как ни в чем не бывало, вымолвил воин.
–Это ужасно, Дадид, –тихо промолвила та.
–Да, ужасно, –согласился мужчина, –а теперь следуй за мной.
Взор девушки остановился на страдальце, привязанном к позорному столбу. Люди давно разошлись, и теперь несчастный стоял в полном одиночестве. Его потрясающе красивое лицо не выражало никаких эмоций, кроме спокойствия и терпения. Казалось, весь облик юноши исполнен могущества, величественности и благородства. В незнакомце улавливалось нечто схожее с Талианом, и в то же время абсолютно другое, что-то более таинственное и одновременно пугающее. Фэ и сама не могла понять, почему ее так влекло к нему: Царица сразу ощутила, что она и этот красавец прошли Единение Душ, однако в этом случае чувствовалась попросту неразрывная связь с этим эльфом. Будто они –одна плоть и кровь.
–За что его так, Дадид? –горестно спросила фея, впервые столкнувшись с проявлением подобной жестокости.
–Как мне сказали, –промолвил воин, –этот раб не оказал должного почтения своему господину. Он не коснулся своими устами стоп своего хозяина.
У Бдящей отнялся дар речи. С минуту она стояла, как вкопанная, и глядела на воина широко распахнутыми глазами. Потом девушка вдруг встрепенулась и обратилась к Дадиду с неожиданной просьбой:
–Купи мне его, Дадид.
–Что? –мужчина поперхнулся и удивленно уставился на фею. Даже эльф повернул свою голову в сторону девушки, так как все прекрасно слышал.
–Купи мне его, Дадид, –повторила Фэ. –Эти люди –звери. Я уверена, что они будут и дальше измываться над ним. Я не прощу себе, если оставлю беззащитного без своей помощи.
Мужчина вздохнул: Бдящая попала в точку. Слепой эльф, тем более связанный по рукам и ногам заклятьем Вечного рабства, действительно был беспомощен.
–Но у меня недостаточно денег, –растерянно пробормотал Дадид, –я, конечно, не беден, но…
–Я дам тебе их, –кротко возразила девушка.
Мужчина не ответил. Ему ли не знать, что перед ним –могущественная фея? Да не просто фея…
–У того человека еще два пленных эльфа. Вернее, эльф и эльфийка. Последнюю ты уже видела.
–Значит, купи мне всех.
–Хорошо, – согласился Дадид, –я выполню твою просьбу. Пойдем.
Фэ незаметно коснулась кончиками пальцев кошелька мужчины, висевшего на поясе.
–В нем, –девушка указала на мешочек для монет, –будет нужная сумма.
Ошарашенный воин кивнул. И то не диво, ведь ему впервые пришлось столкнуться с волшебством одной из представительниц сказочного народа.

–Добрый день, проходите, проходите, –гостеприимный хозяин оказался толстячком лет этак сорока пяти, разодетый в бархат и серебро. Видно было сразу, что этот человек –богатый и влиятельный купец, и денег у него немеряно. И дом его был роскошный. Мужчина, лично проводив посетителей в гостиную, предложил тем присесть на удобный диван, обитый светло-серым шениллом, очень теплым и приятным на ощупь. Стены покрывали шелковые льдисто-розовые обои, на которых были вышиты золотистой нитью диковинные цветы. Под ногами лежали удивительно мягкие, бежевые ковры из велюра с солнечно-желтым оттенком. На карнизах висели тюлевые шторы льдисто-голубого цвета.
Конечно, все убранство гостиной было красиво, исполнено некой пикантности, но вот где выдавалась алчность мужчины: узоры кремового лепного потолка были выполнены кусочками рубинов.
–Итак, зачем же вы пожаловали ко мне, дорогие гости? –прямо спросил купец, расположившись в удобном кресле напротив Фэ и Дадида.
–Моя госпожа, –начал воин, –желает купить у Вас Ваших рабов.
Повисла пауза, после чего толстячок утробно расхохотался, умильно вытирая проступившие слезы. Дадид нахмурился –нет, ему определенно не нравился этой человек. Отсмеявшись, тот широко улыбнулся.
–Извините мне мою невежественность, не сдержался, –он перевел взгляд на девушку и на мгновенье застыл, пожирая ее глазами. –Прошу прощения, –купец вновь обратился к воину, –а кто по титулу Ваша госпожа?
–Это к делу не относиться, –отрезал мужчина, –могу сказать Вам одно: перед Вами представительница одного старинного и весьма влиятельного рода.
Фраза Дадида содержала в себе толику правды: в самом деле, не говорить же купцу, что он видит перед собой одну из Владычиц фей.
Похоже, слова мужчины задели хозяина за живое. Неловко откашлявшись, купец заерзал на кресле.
–Сколько вы хотите, чтобы мы заплатили? –настаивал на своем Дадид, переведя тему беседы в иное русло, чтобы тот не вздумал приставать с расспросами, сгорая от любопытства. А заинтригованный купец вполне мог попытаться выведать, кем является таинственная леди…
Толстячок призадумался, видимо, он в самом деле отвлекся от Фэ, прикидывая в уме, как бы получше обобрать знатную особу. Затем он вынес свой вердикт:
–Имейте в виду: я высоко ценю своих рабов. Где же я еще возьму столь быстрых, чутких, зорких и сильных слуг? –Потом, чуть помедлив, мужчина добавил. –Два мешка золота.
Дадид беспомощно оглянулся на Фэ – девушка по-прежнему оставалась невозмутима.
–Желаете чаю? –вдруг спросил хозяин у Царицы.
–Можно, – отозвалась девушка, после чего купец выкатил глаза: голосок красавицы ничем не уступал ее внешности. Придя в себя, он окликнул рабыню:
–Аэли! Принеси нам три чашки горячего чая!
Купец прекрасно знал, насколько острым слухом и быстротой обладают эльфы. Не прошло и пяти минут, как эльфийка поставила чашки с вишневым чаем на хрустальный столик с изогнутыми ножками. Узнав посетителей, Аэли устремила на хозяина удивленно-вопросительный взгляд.
–Госпожа хочет купить вас у меня, –осклабился купец, словно прочитав мысли рабыни.
Недоуменная эльфийка удивилась еще больше, но промолчала и собиралась было удалиться, однако толстячок остановил ее.
–Погоди.
Аэли повиновалась и осталась стоять около кресла.
– Так что же? –усмехнулся купец, в упор глядя на Фэ. –Или же такие расходы госпоже не по карману?
–Дадид, –внезапно вымолвила Фэ. –Выйди, позови.
Воин ошарашено посмотрел на нее.
«Просто выйди. Потом зайдешь обратно в дом», –отчеканила принцесса, обратившись к сердцу воина. Дадид, так и не поняв, что с ним происходит, как и в случае с крестьянином, спасшим Илу, бессознательно выполнил просьбу феи.
Когда он вышел из дома, Царица сказала хозяину эльфов:
–Сейчас Вы получите свое золото.
И вправду, не прошло и десяти минут, как в гостиную вошли двое высоких, крепких мужчин во главе с Дадидом и сложили золото у стены. Купец подавился чаем, и изумленно воззрился на громоздкие мешки.
–Вы свободны, ребята, –ухмыльнулся воин. Безмолвные работники тотчас удалились восвояси.
–Так что же, господин, мы можем забрать рабов? –насмешливо поинтересовался спутник Фэ у купца, который ответил лишь слабым кивком.
–Аэли, –вымолвил Дадид, –вы можете собираться. Через полчаса мы ждем вас на Главной Площади, у «Всадников». Тех, кто опоздает, попрошу явиться в трактир «Жемчужное солнце».
–Хорошо, – тихо ответила эльфийка, оглушенная неожиданной новостью.

–Ты довольна? –усмехнулся Дадид, держа Фэ чуть выше правого локтя, чтобы та не потерялась.
–Конечно, –девушка вернула мужчине дружелюбную улыбку.
–Ловко же мы провели мерзавца, –воин довольно потер ладони. –Кстати, –Дадид понизил тон, –а откуда взялись те ребята с золотом?
–Волшебство, –Фэ таинственно улыбнулась , – я создала этих существ из дорожной пыли. Теперь они туда же и вернулись.
–Ого! –воскликнул воин. –Надеюсь, ты была аккуратна?
–Никто не мог видеть того, –ответила Фэ. –В момент рождения, моих временных слуг покрывала защитная оболочка, делающая их невидимыми глазу человека.
–Увлекательно, –только и произнес Дадид. –А что теперь мне делать со своим кошельком?
–Оставь себе, –вымолвила принцесса, –пусть это будет твоей проверкой на стойкость к жадности. Если ты не пройдешь испытание, я расколдую твой мешочек с монетами.
–Хорошо, –губы мужчины растянулись в усмешке, –хоть будет с чем совершать подаяние нищим.
Девушка блеснула жемчужной улыбкой, но ничего не ответила. Она не замечала, как восторженно на нее смотрят прохожие, что, однако, не ускользало от внимания ее спутника.
«Да, тяжеловато придется малышке с такой-то необыкновенной, ни на что не похожей красотой», –подумалось Дадиду, когда он в очередной раз сурово перехватил взгляд некого юнца и заставил последнего мучительно покраснеть и опустить глаза в землю.
– Совсем забыл. Мне нужно навестить одного очень хорошего друга, потому я буду вынужден ненадолго тебя оставить, как только эльфы сюда придут. – Вымолвил мужчина после недолгого молчания.
–Хорошо, – дружелюбно улыбнулась красавица.
Они остановились у невероятно красивого мраморного фонтана: в самом центре необъятного бассейна треугольной формы, на круглом помосте, откуда вырывались потоки чистейшей голубой воды, располагались три скульптуры, изображающие отважных всадников, вооруженных мечами, на строптивых конях с роскошными шелковистыми гривами и такими же хвостами. Мрамор, как и вода, искрились в лучах солнца, что придавало общей картине своеобразную прелесть и очарование. Фэ окинула взором площадь, размеры которой были весьма внушительными: над широкими чистыми дорогами, вымощенными кирпичом красного цвета, возвышались кремовые двухэтажные дома с такими же летними резными балкончиками.
Эльфийка не заставила себя долго ждать: меньше чем за двадцать минут она была на месте. Стоило фее залюбоваться сказочным фонтаном и погрузиться в собственные мысли, как ее тотчас окликнул воин.
–Фэ! Обернись.
–Да, Дадид? –девушка не спеша обернулась– перед Царицей предстала выкупленная ею рабыня.
– Меня зовут Лефэ, –Бдящая заговорила первой.
–Позвольте представиться, –промолвила эльфийка, – мое имя Аэли. Моих друзей зовут Эдир и Анариэль. Они немного задерживаются.
–Мое имя Дадид, –воин не остался в долгу. –Хорошо. А теперь я попрошу идти за мной.
Эльфийка исполнила просьбу мужчины. Вскоре они вошли в один из самых лучших трактиров и встали у стойки в ожидании его хозяина.
–Чем могу служить? –осведомился трактирщик, невысокий коренастый мужичок с густой черной бородой.
–Нам нужно три комнаты, – вымолвил Дадид, –а также сегодняшнее меню с доставкой в номер.
И не говоря ни слова, воин выложил на стойку пять золотых момент.
–Надеюсь, этого хватит?
–Конечно, –глаза трактирщика изумленно расширились. –Все будет сделано в наилучшем виде! Только подождите, пожалуйста, десять минут.
Дадид молча кивнул.
–Три? –осведомилась принцесса, когда суетящийся трактирщик поспешил подготовить нужные комнаты.
–Отдельная для меня, отдельная для тебя и Аэли, отдельная для Анариэля и Эдира, –пояснил Дадид. Затем он обратился к рабыне. –Надеюсь, никто не будет против?
–Нет, –ответила эльфийка.
Воин усмехнулся и, тронув Фэ за плечи, тихо произнес:
–Что ж, Фэ, я, пожалуй, пойду. Не волнуйся, я ненадолго.
–Конечно, – фея не стала возражать.
Дадид поспешно покинул трактир, оставив девушку наедине с ее рабыней. Некоторое время они безмолвствовали, пока Аэли не решилась заговорить с Фэ.
–Госпожа, могу ли я задать Вам вопрос?
–Зови меня просто Фэ, – ласково ответила красавица, –и не называй меня ни госпожой, ни хозяйкой. Хорошо?
–Как скажете, Фэ, – эльфийка вернула девушке дружелюбную улыбку. –Как ваше самочувствие?
–Спасибо, уже лучше.
–Прошу простить мою бестактность, но неужели вы раньше не видели наказания хлыстом? –мудрый взгляд эльфийки, казалось, проникал прямо в душу.
Фэ, вспомнив сцену у позорного столба, ощутила к слепому красавцу безмерную жалость.
–Я никогда прежде ни видела подобного зверства и жестокости, –тихо и горестно ответила фея.
Увлеченная беседой, Фэ не замечала, какими глазами смотрят на нее постояльцы трактира, в большинстве своем представители сильного пола. Двое из них, совсем пьяные, некоторое время нескромно глазели на красавицу, не обращавшую на них никакого внимания. Видимо, решив познакомиться поближе, мужчины, шатаясь, приковыляли к девушке , ничего не подозревающей о гнусных намерениях негодяев.
Глаза Аэли застыли над головой Царицы, которая была ей по плечо: рост феи составлял примерно пять футов. Внезапно Фэ ощутила на своем хрупком плече чью-то тяжелую ладонь и, обернувшись, едва не скривилась от отвращения: признаться, запах спиртного, которым разило от мужчины, был не из приятных.
–Идем ко мне, красавица, – еле выговаривая слова, произнес крепкий мужчина с бритой головой. Его собутыльник, стоя чуть позади, с живым интересом наблюдал за происходящим.
Опешившая Фэ отшатнулась, пытаясь высвободить дрожащими пальцами плечо –да не тут-то было. Грубые руки нахала обвили тонкую талию красавицы, прижавшего растерянную Царицу к своему телу. Мерзавец готов был уже впиться своим слюнявым ртом в нежные губки Фэ, как в ту же секунду некая неведомая сила рывком отшвырнула того прочь. Слабый стон пострадавшего дал понять, насколько болезненным оказалось его соприкосновение с каменной стеной. В это время товарищ наглеца медленно пятился от грозного эльфа в белоснежных одеждах.
–Чтоб и духу вашего здесь больше не было, –спокойно вымолвил красавец, после чего моментально протрезвевший мужчина, подхватив под руки стонущего друга, со всех ног бросился за дверь.
–Они Вас ничем не обидели? –испуганная Фэ услышала над собой певучий голос ,напомнивший ей звон горного хрусталя. Девушка, подняв голову, сразу узнала того самого слепого страдальца. На мгновенье сердце Бдящей затопила безмерная жалость к нему, сменившись изумлением и восхищением: никогда прежде фея не видела такой поистине титанической силы, такого восхитительного гибкого тела. Да, разумеется, этот эльф гораздо красивее Талиана: его фигура выше, изящнее –это ясно уже с первого взгляда, даже если бы последний и снял маску.
–Они больше не тронут Вас, –заверил завороженную девушку эльф, которой теперь только и оставалось, что пребывать в эйфории от этого дивного голоса, жадно впитывать каждое слово, срывающееся с этих манящих уст.
–Ну наконец-то, –облегченно вздохнула Аэли. –Почему так долго, Анариэль?
Анариэль, прекрасный спаситель Фэ в упеленде цвета снега со стоячим воротником, был лаконичен:
–Я исцелялся. Эдир помогал мне.
Его спутник, облаченный в кремовый шелк, подошел к Фэ и мягко ей улыбнулся.
–Полагаю, теперь Вы наша новая хозяйка?
Фэ открыла рот, чтобы ответить, но в следующую минуту послышались твердые шаги. Обернувшись, девушка увидела Дадида, пребывающего в самом радужном расположении духа. Он неторопливо подошел к стойке, как раз вовремя –трактирщик, который и не подозревал, что здесь произошло пару минут назад, наконец-то вернулся и почти сразу обратился к мужчине:
–Ваши комнаты готовы, господин. Позвольте показать вам их.
–Оперативно же вы работаете, –усмехнулся воин, уловив на себе пристальный взгляд рабыни. –Благодарю. Конечно, будьте добры проводить нас.
Все устремились за хозяином, поднимаясь по витиеватой лестнице из орехового дерева.
Трактирщик любезно предложил гостям осмотреть свои комнаты и, довольный их положительными отзывами, отправился восвояси. Аэли лично разъяснила друзьям, что Фэ теперь их новая госпожа, а также то, что ночевать они будут в одной комнате, после чего те, поблагодарив Бдящую и Дадида, скрылись в своем номере. Царица, воин и эльфийка, в свою очередь, последовали их примеру.

Задумчивый Анариэль стоял у распахнутого настежь окна, подставив лицо теплому летнему ветерку, вглядываясь вдаль, будто его слепые глаза не утратили свою зоркость. Эдир находился рядом, окидывая взором цветущие луга, покрытые буйной зеленью. Отсюда открывался поистине красочный вид: на бескрайних равнинах, плавно переходящих в пологие склоны холмов, произрастали восхитительные цветы, источающие тонкий аромат, который ощущался даже здесь. И всюду –ни единого деревца, лишь мелкие кустарники с пышной листвой.
Вежливый стук в дверь прервал размышления эльфа, также заставив его друга оторваться от созерцания природы.
–Войдите, –промолвил Анариэль.
Эдир обернулся. Дверь отворилась, и в комнату вошла восхитительной танцующей походкой их хозяйка. Определенно, девушка обладает поистине уникальной для своей расы внешностью, и не только: складывается впечатление, что красавица вовсе не человек, а некое сказочное создание.
Анариэль сразу ощутил во всем своим существом легкое сладостное волнение, подобное трепыханию мягких крыльев бабочки, отлично улавливая состояние Бдящей. Говорят, у слепцов обострены все чувства –и Анариэль тому доказательство. А если ты еще и эльф?
Он почувствовал тепло и искренность, исходящее от кроткой улыбки принцессы. С ее появлением мир вокруг преобразился, воздух наполнился оживлением и радостью, что поневоле передалось и ему самому.
Красавец блеснул белозубой улыбкой, и сердце феи сладостно замерло, а затем забилось с удвоенной силой, ведь и без того чудесное лицо эльфа стало еще прекраснее.
–Я всего лишь хотела узнать, как ваши раны, –ее робкие слова прозвучали волшебной музыкой, которую хотелось слушать вечность.
– Благодарю Вас, госпожа, они затянулись, – ответил Анариэль.
Фэ затаила дыхание…Голос…Голос, подобный журчанию быстрого ручейка, песне ветра…На лице девушки застыла маска неподдельного восхищения, что не ускользнуло от взгляда Эдира. Впрочем, Царица и не собиралась ничего скрывать.
–Правда? И все же я беспокоюсь, потому мне хотелось бы взглянуть на них, –недоверчиво вымолвила красавица.
Анариэль усмехнулся и молча стянул упеленд. Минуту ошарашенная Фэ стояла на месте, как вкопанная, отказываясь верить в то, что видит: упругая кожа спины страдальца была младенчески чиста! Воспоминания вновь взяли в cвою власть разум девушки, и эльфа вдруг с головы до ног окатило пронзительной жалостью и нежностью, которые сейчас испытывала Фэ, сменившись изумлением, однако он ни единым жестом не выдал себя.
– Я рада, –выдавила из себя фея, когда красавец оделся.
–Мы хотели поблагодарить Вас за проявленную к нам доброту, госпожа, – в диалог вмешался Эдир, все это время наблюдавший за происходящим.
–Что ты, какая я вам госпожа! –весело отозвалась фея, беззвучно смеясь. –Меня зовут Лефэ. Для друзей просто Фэ. А ваши имена я уже знаю.
–Фэ…–Анариэль на миг посерьезнел, но затем вновь принял беззаботный вид. –Красивое звучит... И все же Вы теперь наша хозяйка.
–Ну, это несусветная глупость, –отмахнулась девушка.
–Люди считают нас ценной покупкой, – пояснил Эдир. –В их владениях мы рабы.
–Это не люди, а звери, –печально произнесла фея, –жестокое зверство. Я ценю верных друзей, а не покупки. Мне не нужны слуги, которые будут меня тихо ненавидеть.
Ошеломленный Эдир умолк. Все больше и больше ему казалось, что не человек сейчас разговаривает с ним. Уж очень милое это создание.
–Я очень надеюсь, что мы с вами сдружимся, – наивно предположила Фэ. –И, кстати, я же не поблагодарила вас зато, что вы защитили меня от тех мужчин. Ну вот, теперь мы с вами в расчете. И что вы мне чем-то обязаны, я тоже не считаю.
–Вы можете с нами пообедать, –предложил удивленный Эдир, попутно отметив, как восторженно заблестели эти добрые глаза, –если хотите, конечно.
–Конечно, хочу! –радостно воскликнула фея. –Только Аэли позову. А вот Дадид опять убежал по каким-то своим делам.
Девушка мягко выскользнула за дверь и аккуратно ее закрыла. Воцарилась тишина. Анариэль уловил себя на мысли, что все еще улыбается –то же самое заметил за собой и его друг.
–Забавное дитя, –сорвалось с губ Эдира, растянувшихся в усмешке. –Она мне определенно нравится.
Анариэль не сказал ни слова. Его вдумчивый взор вновь направился в сторону окна, словно там, за пределами города, он получит ответы на все свои вопросы.
Фэ не заставила себя долго ждать: через пятнадцать минут веселая Царица явилась в покои эльфов, держа под руку недоуменную Аэли. Помимо кровати и небольшого стола, в номере было также несколько стульев на изогнутых ножках, да кресло, потому обедать стоя никому не пришлось.
– Вы поставили Вашего спутника в известность, что на Вас произошло…нападение? – осведомилась Аэли, обратившись к Фэ.
–Нет, я не сказала ему, –Бдящая отрицательно покачала головой. –Просто…он, по сути, не виноват. Он был вынужден покинуть меня –так сложились обстоятельства.
–Пожалуй, Вы правы отчасти, – согласилась эльфийка. –Но рассказать ему все же стоит, чтобы в будущем был бдительнее и ответственнее.
Фея призадумалась, но промолчала.
Через десять минут принесли обед, состоящий из рыбьей ухи, картофельных оладий со сметаной и свежего молока. К немалому удивлению хозяина, гости не пожелали ничего мясного, а ведь здешнее жаркое славилось чуть ли не на весь город!
Отправив в свой очаровательный ротик ложку супа, принцесса блаженно зажмурилась: ммм…рыба…А вот молоко было для нее в новинку, и, как оказалось, ничуть не хуже этой самой рыбы.
Краем глаза девушка заметила на шее Аэли стальной обруч, и только теперь девушка сообразила, что такие же обручи надеты и на других эльфов. Перехватив взгляд Царицы, Эдир снисходительно улыбнулся.
–Да, это обруч рабов. На него наложено заклятие Вечного Рабства.
От такой новости фея едва не пролила суп на свое платье. Он была слишком ошеломлена, потому вначале тупо смотрела на эльфа, силясь понять такую человеческую чудовищность. Сломить живое существо, подчинить своей воле его разум, лишить свободы… Ужасно, бесчеловечно!
–Но ведь это можно как-то снять? –с надеждой вымолвила Фэ. Каждая клеточка ее существа давала открыто понять, насколько глубоко эта удивительная девушка озабочена судьбой эльфов, как сильно она радеет за них. И то не было ложью –будучи эмпатами, друзья прекрасно знали, что Фэ искренне переживает за них.
–Можно, – согласился Эдир, – однако это весьма трудоемкий процесс. Вы, наша хозяйка, можете помочь нам вновь стать свободными. Чтобы нейтрализовать заклятие, для начала необходимо вернуться в то место, где оно было наложено.
–Где это место? –фея заметно оживилась.
– Весенний Лес, – отозвалась Аэли, –это граница между эльфийскими владениями и землями людей.
Внезапно Фэ осенило: это ведь тот самый лес, где она встретила Талиана!
–Я была там! –воскликнула Бдящая. –Но ведь отсюда туда нужно идти целых две недели!
Аэли и Эдир переглянулись.
–Мы будем Вам крайне признательны, сели вы решите освободить нас, – вымолвила эльфийка.
–Разумеется, я хочу это сделать, –спокойно согласилась фея.
–Почему? –спросила рабыня.
–Потому что вам нужна моя помощь, –Фэ пожала плечами. –Это мой долг. Если я считаю себя настоящей…человеком, то просто обязана помочь тому, кто во мне нуждается.
–Спасибо, – тихо ответила эльфийка. –Эльфы умеют быть благодарными, поверьте.
–Я верю–,улыбка не покидала лица красавицы, –в вас не чувствуется ни тени лукавства.

Вечер наступил почти незаметно: постепенно сгущался сумрак, укрывая под своим пологом одинокие кустарники, цветущие луговые равнины, да и тех, кто населял город Алл. Из-за облаков выплыла желтая луна, залив окрестности бледным светом. Несчетные россыпи ярких звезд, подобно бриллиантам, украсили ночное небо.
Анариэль любил покидать свое жилище и выходить на улицу, чтобы полюбоваться на эти огоньки, мерцающие там, в вышине. Он любил ощущать на своем лице ласку легкого ветерка, любил наслаждаться таинственной тишиной – что стало для него традицией. Вот и теперь эльф бесшумно вышел из своей комнаты на балкон.
Да, Анариэль сразу почувствовал ее присутствие. А он и не знал, что их номера находятся совсем рядом. Похоже девушка заметила эльфа –в следующее мгновение до его необыкновенно острого слуха донесся шепот: «Анариэль!»
Губы эльфа растянулись в веселой улыбке. Недолго думая, эльф с ловкостью и грацией дикой кошки лихо перемахнул через балкон и, перекувыркнувшись в воздухе, спрыгнул рядом с Царицей.
–Ух ты! –эльф ненароком произвел на Бдящую впечатление. –Впервые вижу такую ловкость.
–Вы тоже любите смотреть на ночное небо? –спросил он.
–Да, – зачарованно прошептала девушка. –Оно всегда влекло меня к себе... – Она осеклась, придя в полное замешательство. –Погоди. Но как ты…ты же…
–Не совсем, –снисходительно улыбнулся он. –Я вижу лишь размытое изображение чего-либо. Но звезды я вижу до сих пор отчетливо и ясно. А вот Ваше лицо я, к сожалению, остается для меня сокрытым.
–Но ты ведь можешь ощущать, –возразила Фэ. –Если хочешь, можешь изучить его пальцами. Если честно, мне бы очень хотелось, чтобы ты знал в лицо того, с кем сейчас разговариваешь.
Принцесса говорила с полной серьезностью, но в силу своей юности и неопытности, она и предположить не могла, чем станут для нее эти прикосновения. Бесценные, блаженные минуты…Тонкие пальцы касались ее бархатной кожи легко, ласково, стараясь не причинить девушки неудобства…Веки опустились сами собой, наслаждаясь этими мгновениями…
–Вероятно, у Вас голубые глаза, – предположил Анариэль, убирая руки.
–И пепельные волосы, –приходя в себя, добавила принцесса. Ну кто, кто мог предвидеть, что дотрагиваясь до лица феи, эльф ненароком заставит так трепетать все ее существо?
–Вы очень красивы, – неожиданно выдал он, улыбаясь. –Слишком красивы для человека.
–Правда? –девушка и не думала смущаться. –Признаться, мне очень приятно слышать от тебя такие речи. –Вдруг она встрепенулась. –А можно я потрогаю твои глаза? Мне просто очень любопытно. Такое ощущение, что я заглядываю в два зеркала, в которых отражаюсь не только я, но и целый мир.
Эльф тихо рассмеялся и кивнул. Эта девушка поражала его все больше и больше, но в тоже время ей нельзя было не умиляться: до чего невинное создание! И вот маленькие пальчики феи лишь на мгновенье коснулись век Анариэля –во всем теле появилась необычайная легкость. Казалось, вот-вот, и он сейчас взлетит, как гордая птица. Однако того не произошло. И все же чутье подсказывало эльфу: с этой минуты все координально изменится. Но что?
–Что ж, Анариэль, скажи-ка мне: мы ведь подружимся, правда? –в неповторимом девичьем голосе звучало столько надежды…
–Конечно. С Вами по-другому нельзя. –Немного удивленно ответил он –и то было самой настоящей правдой. Эльфы не умеют лгать, тем более, друзьям.
–Это хорошо. Как чудесно звучит: друг… –она незаметно обвила своими ручонками предплечье Анариэля, прислонившись к нему головкой.
Так они и остались стоять, сократив между собой расстояние. Их взгляды были направлены в поднебесье, с которого нечаянно сорвалась самая яркая звезда, прочертив на нем узкую светящуюся линию. Затем все угасло.
–Я пойду, – вдруг сказала Фэ, отпуская Анариэля. –Дадид говорит, что нам завтра лучше пораньше встать.
–Конечно, доброй ночи, Фэ.
–Спокойной ночи, Анариэль.
Красавица упорхнула в свою комнату. Обождав немного, эльф последовал примеру девушки.
 отзывы (1) 
Оценить:  +  (0)   
14:38 15.06.11
                                                 Глава 4.

Вода оказалась на удивление теплой. Быстрым движением руки, сбросив с себя накидку, завернутая в простыню Мин шагнула в озеро.
Уже достаточно долгое время девушка жила в замке, тесно сдружившись с его обитателями. По утрам они с Роре гуляли, Мин изучала окрестности. И вот это лесное озеро, в котором подруги вместе купались по вечерам, больно полюбилось красавице. Потому втайне от всех Мин каждую ночь приходила на это место.
Наслаждаясь приятной расслабленностью, разлившейся по всему телу, девушка неторопливо плыла, рассекая водную гладь. Мин совершенно не приходило в голову, что сейчас за ней со стороны может следить чей-то зоркий глаз.
Вот она вышла на берег, освещенная лунным светом, струящимся на лесную поляну; сквозь мокрую ткань хорошо видны плавные, дивные изгибы восхитительного тела. Струи воды стекают с блестящих, великолепных шелковистых волос... Красавица напоминала загадочную нимфу, пред чарами который едва ли способен устоять любой мужчина. Интересно, а она сама догадывается об этом?
Тонкая рука взметнулась вверх, поправляя на виске непослушный завиток. Нечто неуловимо прекрасное, невинное отразилось в этом жесте. Такая хрупкая, такая нежная…Нюх волка ощутил ее обворожительный, пьянящий запах, туманящий разум, сводящий его с ума.
Предательская ветка хрустнула под массивной лапой. Девушка принялась испуганно озираться по сторонам. Кажется, она его заметила. Восхитительные очи широко распахнулись, красавица медленно попятилась обратно в воду. Оборотень не сразу догадался, что его выдали собственные горящие глаза, хорошо светящиеся в темноте.
Волк застыл на месте –меньше всего он хотел спугнуть это чудесное создание. Но «чудесное создание» вдруг сорвалось с места, подхватив с земли плащ, и на удивление проворно убежало прочь. Хищник досадливо зарычал: вот ведь поганство, где ж ему теперь выследить красавицу? Но не стоит отчаиваться –дурманящий аромат девушки с этого момента запомнился ему навеки.
Мин, не помня себя, прибежала обратно в замок, успешно преодолела препятствия в виде череды ступенек и коридоров, и очутилась в своей комнате. Теперь она в безопасности –девушка облегченно вздохнула. Кем мог быть тот зверь? Стоило красавице увидеть его, как страшная картина вновь всплыла в ее памяти: раненая Роре, оскал безумного волка. Тихий ужас затопил все существо Мин –она опрометью бросилась подальше от озера. Наглухо затворив ставни, девушка устало опустилась на подушку, и сон сиюминутно овладел ей…
Ее разбудила Роре –Охотница пообещала, что покажет священную статую их клана. Поужинав –уже наступил вечер– девушки направились к святилищу –им оказалась та самая зала, где Мин обнаружила истекающую кровью Роре.
«Честно признаться, здесь мне становится страшно», –безмолвно шевельнулись уста Мин.
–Меня тоже, –Роре тяжело вздохнула, –ох, Мин. Если бы не ты…Я не хочу и думать, что могло быть дальше. Что бы братья делали без меня? Ведь я –единственная Охотница, одна из лучших, практически мастер. Но принять бой от этого безумца в одиночку опасно, даже самому отъявленному воину.
Красавица догадалась, о ком идет речь. Поспешно отогнав от себя дурные мысли, Мин застыла, подобно тому изваянию, которое высилось над мраморным пьедесталом. Воющий волк, белоснежный красавец-волк, стоял на задних лапах, высоко задрав голову. Его веки были плотно сомкнуты –у Мин возникло ощущение, что зверь, представленный ей, вовсе не зверь, а певец, чья песня льется из самых потаенных уголков души.
–Красиво, правда? –усмехнулась Роре.
«Кто это?»
–Это наш Владыка, –ответила девушка, –почти божество… –Защитник и покровитель оборотней..Он самый сильный из нас, мы чтим его память. –В голосе Роре послышались нотки грусти. –Хочешь услышать эту историю?
Мин кивнула. Конечно, ведь ей необходимо разобраться в произошедших событиях…

Их было двое: могущественные оборотни, настоящие друзья –они наводили страх на своих врагов и ничто, казалось, не могло их разлучить. Владыка расы оборотней –Рандэр доверял Эру, который ненамного уступал ему в силе и отваге, как самому себе. Нередко последний слышал в свой адрес похвалу от Владыки.
Но беда не преминула случиться: в сердце преданного слуги и друга росла и крепчала зависть к своему венценосному товарищу. Как и в случае с Гамором, Эр возжелал стать великим. Жажда власти опьянила оборотня, и он решился на предательство: обезумевший волк попытался убить Владыку –и потерпел поражение. Скрываясь от Охоты, начавшейся на него, оборотень отправился в земли людей и обратился к их королю. Вместе союзники уничтожили самый влиятельный и древний клан оборотней, большинство из которых отказалось подчиниться Эру –клан Зимней Луны, и, отчаявшись извести Рандэра, негодяи заточили того при помощи Посоха в камень. И повелитель людей прибрал земли оборотней к своим загребущим рукам.
После гибели приспешника Эра, некоторые из Охотников сами стали добычей кровожадного монстра. Теперь каждое полнолуние оставшиеся в живых выходят на Охоту, чтобы стереть с лица Адалина даже имя предателя.
Уцелевшие кланы рассеялись по всему миру, в поисках убежища, потеряв со своими сородичами всякую связь.
–Теперь значительная часть земель оборотней принадлежат лишь Охотникам, – печально продолжала Роре.
Обратившись в камень, упрямый Владыка все же не собирался умирать. Помня слова Гамора, что стоит Рандэру попасть в каменную ловушку, как тот мгновенно станет уязвимым, Эр много раз пытался покончить с бывшим соратником. Но все попытки оказались тщетными. Разъяренный волк готов был скорее откусить собственную лапу, но не сдаться.
–Эр обратился за помощью к одной колдунье, которая, читая информацию по рунам, дала ответы на все интересующие его вопросы, – продолжала Охотница. –Зверь полагал, что встретит безобразную старуху, а навстречу к нему вышла красавица…Впрочем, это не важно. Колдунья поставила волка в известность, что Рандэр неуязвим даже в виде статуи. Эр, взревев, разорвал ту на части, не дослушав до конца. И теперь, окончательно потеряв голову, безумец всякий раз возвращается сюда в бесплодных попытках убить Владыку.
“ Гамор обманул Эра?»
–Скорее всего, правитель ошибся, –заметила оборотень. –Однако и я знаю все не до конца.
Охотница умолкла. Мин мельком взглянула на статую: ей все еще не верилось, что в этом камне томится живое существо.
–Да, он слышит нас, –словно читая мысли красавицы, подтвердила оборотень. –И то, о чем ты думаешь, тоже.
–Роре! –неожиданно прозвучал голос Ара.
–Сегодня полнолуние, – задумчиво вымолвила оборотень. –Все Охотники покидают замок и отправляются на очередную Охоту. Я оставлю тебе серебряный нож, на случай…
«Оборотни не боятся серебра?» –удивилась Мин.
–Охотники не боятся серебра, – поправила девушку Роре. –На нас благословение Владыки –эта лучшая защита от смертельного для оборотня металла. И еще мой тебе совет: запрись лучше в своей комнате и никуда не выходи. Хотя…– Охотница призадумалась. –Не хочу тебя пугать, но для него замки не помеха. Помни об этом.
Мин кивнула. Да, она боялась, боялась ужасно. Но что страх, что он даст ей, чем поможет?
«Не беспокойся за меня, Роре», –пронеслось в мыслях девушки, – « я сумею постоять за себя».

Они вышли на охоту. Потрясающие, грациозные, великолепные животные…Роре обратилась последней: разбежавшись, девушка подпрыгнула высоко в воздух, серебристое сияние на миг окутало гибкое тело –и приземлилась на землю всеми четырьмя лапами. Вот багровый лунный диск показался из-за облаков –Охотники, синхронно задрав морды кверху, издали протяжный вой, а затем скрылись в непроглядной тьме.
Прижав кинжал к груди, Мин опустилась на кровать. Теперь она одна-одинешенька в замке. Сердце отчего-то неистово колотилось в груди, да так, что красавица отчетливо слышала его громкие стуки. Неожиданно к ним прибавился еще один странный звук: что-то ударилось о ставни с такой силой, что те задрожали –губы Мин мгновенно посинели, а лицо стало белее мрамора статуи Владыки, к которой девушку помимо воли почему-то принесли собственные ноги. Лишь когда красавица ощутила холод ночного ветра, ее разум окончательно протрезвел, обретя утраченную, на короткое время, способность рассуждать здраво.
«Что я здесь делаю?» –испугалась Мин, до боли в пальцах сжимая рукоять своего оружия. –«Роре ведь предупреждала…»
Было поздно. Раздались чьи-то голоса, слуха красавицы коснулись звуки приближающихся шагов, что заставило ее быстро скрыться в тени статуи.
–Говорю тебе: я видел девчонку, –говорил первый, –здесь она. Скорее всего, где-то прячется.
–Наш волчонок не солгал, –от зловещего хохота девушку бросило в дрожь, –не понимаю: почему он сам не покончил с ней?
–Она его одолела, –ответил первый, –скорее всего, Эр ее боится…
Последние слова незнакомца ввели Мин в ступор: сейчас она вообще ничего не понимала.
–Что будем с ней делать? –переменил тему второй. –Говорят, девица довольно хороша собой…
–Аи приказал убить ее, –вымолвил первый.
–Жалко, если краса даром пропадет, –возразил первый. –Неискушенная, невинная, прекрасная…Неужто тебе не хочется отведать юной прелести?
Кровь застыла в жилах девушки –ногти пальцев, судорожно сжимая кинжал, остро впились в ладони.
–Можешь сам с ней развлечься, эстет, –хмыкнул второй, – я предоставлю тебе такую возможность, прежде чем мой клинок вонзится в ее горло…Если честно, мне нет никакого дела до каких-то там смазливых девчонок.
Шаги затихли –Мин насторожилась. Что-то пошло не так. Чутье не подвело красавицу –яркий свет факела на миг ослепил ее, заставив зажмуриться. Когда девушка снова открыла глаза, на нее с изумлением взирали двое рослых мужчин, крепких, широкоплечих. Не то, чтобы красавцы, однако вполне приятной наружности: оба бородатые, смуглолицые и черноокие.
–Пожалуй, –произнес самый высокий, первым придя в себя, –я беру свои слова обратно: на такую девчонку мне не наплевать.
Бесстыжие взгляды преследователей скользили по стройной фигурке перепуганной Мин –беглянка невольно отступила назад, прижимаясь к стене. Оружие задрожало в тонкой руке, что не укрылось от внимания наглецов.
События происходили стремительно. Девушка ощутила на своем предплечье стальную ладонь, сдавившую его, словно клещами. Горячее дыхание насильника обожгло нежную шею… Рефлексы сработали сами собой –кинжал взметнулся вверх и полоснул врага по лицу. Мужчина вскрикнул и выпустил свою жертву, схватившись за щеку. Мин бросилась прочь, слыша, как товарищ пострадавшего побежал за ней.
–Дрянь! –резкая боль пронзила головку девушки, в глазах потемнело. Кинжал со звоном отлетел в сторону. Мин отчаянно цеплялась за остатки угасающего сознания, что давалось ей нечеловеческими усилиями. И все же красавица прекрасно осознавала: не поднимись она сию минуту на ноги и не убеги вон из замка –жизнь оборвется, как тонкая нить…
На белоснежном мраморе заалели кровавые пятна…
Она была подобна ночному ветру, на котором сейчас развевались выбившиеся из-под платка волосы, а также жалкие клочки разодранной одежды, свидетельствующие о недавней борьбе. Темнота, укрывавшая беглянку от взоров преследователей, была ей другом. Но тщетно…Клинок настиг цель –холодная сталь погрузилась в мягкую плоть. Обмякшее тело бесшумно упало в мягкую траву, напитав землю свежей кровью…

Обоняние Роре прекрасно улавливало запах мерзкого предателя, вновь осмелившегося ступить на их территорию. Странно, почему-то сейчас этот запах не был омерзительным, как в прошлый раз, когда безумец напал на нее –он был приятным…
«Это точно Эр?» –прорычала недоуменная Роре, обращаясь к Ару.
«Безусловно. Я не могу ошибиться, ведь много раз дрался с ним. К счастью, мне везло –я получал раны, но все еще жив».
Раскаты грома огласили окрестность –спустя мгновенье хлынул дождь, заглушив все запахи.
«Проклятье!» –выругалась Роре. –«Мы опять упустили предателя!»
Ар сочувствующе взглянул на огорченную Охотницу, которая вдруг напряглась, насторожилась.
«Чую запах крови…» –объяснение волчицы было лаконично.
Молниеносная догадка промелькнула в мыслях Охотницы, которая стрелой помчалась в направлении замка, опередив всех. И немудрено: Роре бегала быстрее остальных.
Внезапно до ушей волков донесся пронзительный вой их сестры, равнозначный истошному крику человека, от которого шерсть на спинах оборотней встала дыбом.
Ар добрался до Роре первым и остолбенел, не в силах двинуться с места: вой Охотницы, прижимающей к своей груди бездыханную Мин, перешел в рыдания. Рядом лежал окровавленный нож.
Корр, на бегу приняв человеческий облик, бросился к девушке, приставив к ее горлу два пальца.
–Роре, –юноша тронул сестру за плечо, –пульс есть.
Эти слова стали спасительным бальзамом для души Охотницы. Пульс есть…Значит, еще есть надежда, что девушку можно спасти…
–В замок! –скомандовал очнувшийся Ар.– Живо!
                                           ***

                                                                   ***
Пронзительный женский крик прорезался сквозь тишину таинственного Весеннего Леса...Эльф невольно вскинул голову, вглядываясь вдаль. Его лицо вдруг окаменело, глаза изумленно расширились. Ничто не нарушало покой леса, ничто –до этой минуты. Никто не имеет права тревожить колыбель Матери, и все знают об этом –нарушители непременно должны понести наказание за дерзость...
Один из воинов, грубо схватив девушку за волосы, швырнул ее на корни деревьев. Наложница императора отдаленно услышала собственный испуганный вскрик, падая в траву. Она обратила умоляющий взор на своего палача, не ведающего милосердия...Эти мгновения казались ей вечностью –до той поры, пока внезапный свист летящей стрелы не прервал ее страдания – воин, не успев издать и звука, упал наземь, как подкошенный. Товарищ негодяя извлек свой меч из ножен, опасливо озираясь по сторонам ,однако кроме шелеста листвы ничего не было слышно.
– Выходи! –отчаянно взревел мужчина, обращаясь к невидимому противнику. –Я все равно достану тебя!
Эа поднялась на ноги, цепляясь омертвевшими пальцами за кору дуба-великана. Испуг наполнил собой каждую ее клеточку –нет, даже мысль о предстоящей гибели не страшила девушку так сильно, как нежданный спаситель...Вопрос в том, кем в действительности он является: избавителем или новой угрозой.
Обезумевший воин принялся рассекать мечом воздух, издавая при этом звериные вопли –да так и замер с открытым ртом, когда очередная стрела вонзилась в его грудь. Эа поспешно подобрала выпавший меч, который, как ни странно, пришелся ей по руке.
Кусты медленно раздвинулись, и на берег лесного ручья вышел незнакомец, держа в руках великолепный белоснежный костяной лук; изящная рука натянула тетиву…
На голову лучника был наброшен широкий капюшон зеленого плаща, потому наложница могла разглядеть лишь подбородок юноши. Не отдавая себе полного отчета в том, что делает, Эа набросилась с мечом на своего спасителя. Сознание девушки упустило тот момент, когда ее ладонь, сжимающая крестообразную рукоять, ослабела под напором более проворной ладони; когда, значительно уступая незнакомцу в ловкости и силе, девушка упала на спину…
Униженная, ошарашенная, растерянная, Эа никак не могла рассмотреть своего противника, как ни силилась она заглянуть под капюшон.
Теперь она пленница, да. Но девушке не привыкать –и не из таких передряг находили выход. В конце концов, это все же лучше, чем быть наложницей императора и терпеть издевательства его слуг…
Эа шла за лучником, сгорая от любопытства и страха перед будущем: что будет дальше? С этими мыслями девушка также ложилась спать у пылающего костра, держа в памяти кинжал, который она спрятала в складках платья, забрав оружие у одного из мертвецов.
Наложница внимательно следила за своим спутником, и когда тот расположился на своей лежанке, она, убедившись, что лучник спит, тихонько подкралась к нему и занесла кинжал…Непонятно каким образом красавица оказалась прижата к земле, цепкие пальцы юноши стальным капканом зафиксировали тонкие запястья. Оружие выпало из ее крохотной ручки. Эа беззвучно ахнула, уткнувшись взглядом в золотистую маску и гневно сжатые губы…Лучника обдало волной тихого ужаса, исходящего от красавицы…
–Эльф…– чужим, враз севшим голосом промолвила она.
Талиан не ответил, но опешившую девушку отпустил, подобрав клинок. Отползя к дереву, стоящему неподалеку, наложница поднялась с травы. Он не хотел пугать незнакомку – она, явно, и без того получила массу страданий. К чему новые потрясения?
–Что хотели от Вас эти люди?– хрустальный голос достигнул слуха девушки, разлившись на сердце сладким медом, чем заставил трепетать все ее существо.
–То же, что хочешь и ты, – трясясь, как осиновый лист, выдавила Эа.
–Я избавил Вас от угрозы –они тоже хотели от чего-то защитить Вас? – строго спросил лучник.
–Нет, убить, – вздохнула она, осторожно вернувшись на свое место. –Прости, ты спас меня, эльф, а повела себя по-свински. Я подумала, что ты причинишь мне зло, ведь мы с тобой враги. –Наложница виновато опустила глаза.
–Эльфы не воюют с женщинами и детьми, –возразил Талиан. –Мы не враги им.
Эа задумалась: может, эльфы совсем не то, что о них говорят? С детства ей твердили, что этих существ стоит опасаться –они коварны и жестоки…Но вот один представитель этой расы сидит напротив нее , и, как ни странно, она чувствует себя с ним в безопасности.
–Ваши речи не заронили в мое сердце семя обиды, –губы лучника дрогнули в мягкой улыбке. –Впредь будьте осторожны в своих действиях и словах.
–Я учту твое замечание, –промолвила красавица. –Как я могу обращаться к тебе, эльф? Меня зовут Эа.
–Талиан, –вежливо представился лучник, слегка склонив голову в знак уважения.
–Красивое имя, –наложница улыбнулась. Но затем приняла серьезный вид. – Скажи, что ты будешь со мной делать?
–Я готов помочь Вам, –промолвил он. –Единственное, что я хочу узнать: каким образом я могу это сделать.
Девушка устало кивнула. Да, за последнее время она сильно вымоталась, что уже давало о себе знать: веки красавицы слипались, голова наливалась свинцом. Талиан бросил на измученную наложницу короткий взгляд и вынес свой вердикт:
–Пока ложитесь спать и ни о чем не тревожьтесь. Все вопросы подождут до завтра.
Эа кивнула и едва только успела принять лежачее положение, как ею сиюминутно овладел крепкий сон…
… Она была свободной птицей, которая, расправив крылья, летела высоко над землей, минуя луга с его шелковистой сочной травой, поля с их благоухающими цветами…Чарующий, божественный аромат...Губы Эа растянулись в блаженной улыбке – давно ей не было так хорошо, так уютно. Девушка ощущает чьи-то сильные ласковые руки; грудь, к которой они прижимают ее хрупкое тело…
Веки поднялись сами собой –взор девушки уперся в красивое лицо невозмутимого эльфа, спасшего ей жизнь. Нет, она не изведала полета –это он нес ее на руках. Смущение и удивление наполнили душу красавицы, нежный румянец покрыл ее щеки.
– Вы проспали трое суток, –сообщил Талиан, не сбавляя ходу. – Вас не тревожит никакая болезнь?
– Только потрясения, – тихо ответила Эа. –Если захочешь, я расскажу тебе об этом.
            – Возможно, чуть позже, –вымолвил он. – Вам необходимо набраться сил, а также хорошенько поесть. Вы совершенно измождены.
Неожиданная забота еще больше смутила наложницу.
–Ты прав, –лаконично промолвила она, пытаясь завуалировать свою растерянность.
       Впрочем, учитывая внимательность эльфа, ей вряд ли удалось добиться этого, однако лучник не подал виду.Остановившись, Талиан усадил ее на свой плащ, предварительно расстелив его на земле.
            – В этом лесу вы в безопасности, –заверил Эа Талиан, –вас никто не тронет, не бойтесь. Люди опасаются этих мест. Здесь недалеко течет речка –можете искупаться, если хотите. Течение достаточно сильное, но у берегов мелко, и вода там спокойная.
       Девушка кивнула. Убедившись, что с ней все в порядке, лучник скрылся в чаще.
       Эа огляделась –только сейчас она стала замечать, насколько красивы эти густые кроны поистине исполинских деревьев, качающиеся от дуновения теплого ветра. Вокруг порхали бабочки, туда-сюда стремительно носились стрекозы. Каждая травинка искрилась в солнечных лучах, которые едва пробивались сквозь плотный лиственный полог. Каждый древесный ствол буквально утопал в таинственной зеленой дымке… Неподалеку слышался шум быстрой лесной реки, несущей свои воды через горы, которые постепенно переходили в равнины. Мелодичная трель птиц звенела в необъятном море листьев, лаская слух…Эа словно очутилась в сказке, все глубже и глубже погружаясь в сладостную смесь приятных запахов, звуков и оттенков…
Река оказалась не менее прекрасной, чем лес – необыкновенно чистые водные потоки с голубым оттенком, серебрясь, устремлялись вдаль.
Шелковое молочное платье с синим оттенком мгновенно оказалось на траве, ровно как и матерчатые сапожки цвета слоновой кости и шпильки. Оставшись в одной сорочке, девушка погрузилась в воду, которая мгновенно расслабляла и успокаивала. Вдоволь наплававшись и поплескавшись, Эа вышла на берег и, предварительно одевшись, еще минуту постояла , глубоко втягивая витавшие в воздухе ароматы, а затем направилась к тому месту, где должен был лежать плащ ее спасителя.
             От зоркого ока эльфа не ускользнуло то, как девушка наслаждалась купанием. Вот она выпрямилась –Талиан отвел глаза в сторону. Когда платье вновь оказалось на гибком теле наложницы, лучник обвел ее вдумчивым взором. Никто не знал наверняка, какие мысли сейчас его заботят, одно ясно точно –это «что-то» имеет для эльфа особую ценность.
       –Вода великолепна, – красавица подарила Талиану лучезарную улыбку. Затем она добавила. – И лес тоже. Счастливы Вы, что сохранили такую красоту. –Девушка посерьезнела.– Люди загубили этот дар природы.      
            –Хаос наполняет наш мир, –последовал ответ.
            –Так тоскливо, как на родине, мне никогда не было, – нежное личико омрачилось. –Странно, но здесь я себя чувствую, как дома…Как жаль, ведь мне придется вернуться…
            Лучник вскинул на Эа взгляд, в котором промелькнуло мимолетное удивление.
–Вы хотели бы здесь остаться?
Наложница невесело рассмеялась.
–Да, но в любом случае это невозможно, ведь люди эльфам враги.
–Мы всегда рады друзьям и принимаем их в своем доме с большим почетом, –вымолвил лучник. –Бывали случаи, когда некоторые из людей жили среди нас очень долго.
Девушка тяжело вздохнула, но ничего не сказала. Она молча наблюдала, как Талиан извлек из мешочка, висевшего на поясе, крохотный ломоть белоснежного хлеба и протянул его ей.
–Эльфийский хлеб, –пояснил лучник.¬¬–Довольно приятен на вкус и насыщает лучше любого каравая.
Отломив небольшой кусочек, Эа отправила его в рот…Девушка готова была поклясться, что ничего вкуснее в жизни не пробовала. Это, поистине, чудо напоминало на вкус пирог, пропитанный медом. Проглотив хлеб, она вдруг поняла, что голод отступил.
–Это…изумительно, – Эа восхищенно взглянула на лучника. –Какой же вы удивительный народ! –Невольно вырвалось у наложницы.
– Для Вас здесь все ново,–снисходительно улыбнулся Талиан. –Мне доставляет удовольствие, хоть чем-то кому-нибудь сделать приятное. Нести радость.
–Хорошая черта характера, –заметила Эа. –Очень. Среди людей я еще такого не встречала. Только…–в очах красавицы проскользнула тень боли, –зло…
Она умолкла, не в силах более продолжать. Талиан не настаивал. Он убрал еду в мешочек, а затем поднялся на ноги.
–Я не стану просить, чтобы Вы сиюминутно рассказали мне свою историю. Одно мне известно точно: Вам угрожает некая опасность. Потому я отведу Вас в наш город, где Вам дадут пристанище.
–Зачем ты это делаешь? –тихо ахнула Эа, никак не ожидая такого поворота событий. –Я–человек, враг вашей расы. Я тебе никто…
–Вы нуждаетесь в моей помощи, защите. Разве я имею право отказать Вам в этом? –эльф проницательно взглянул на девушку. – Кто убережет Вас от зла, если не я?
            Красавица не спеша встала и вплотную подошла к лучнику, и, нежно взяв его за ладонь, припала к ней губами.
       –Спасибо…
                                                 ***
Утро. Замечательно солнечное утро. Юная прелестница сладко потянулась, а затем, проворно спрыгнув с кровати, подбежала к окну и распахнула его: девушку обдало потоком теплого ветра, донеся до нее аромат цветущей сирени.
Жизнь в городе била ключом: то туда то сюда сновали прохожие, на рыночной площади торговцы так расхваливали свой товар, что их громкие возгласы, вероятно, можно было расслышать за версту. К аромату сирени примешался запах жареной рыбы, отчего желудок Фэ радостно заворчал, едва не прыгая в ее чудесном плоском животике. Вернувшись к кровати, девушка выскользнула из ночной сорочки, которую ей любезно преподнес вчера Дадид, и надела на себя дорожное платье мышиного цвета –добрый воин решил, что одного с феи будет недостаточно.
–А вдруг ты запачкаешься? –сказал он ей. –Допустим в лесу. Постираешь свою одежду и будешь сидеть нагишом на холодной земле, ожидая, пока она высохнет?
В этом он оказался прав: разумеется, Фэ не стала бы выставлять напоказ свои прелести, прибегнув к чарам, но ведь она должна оставаться в тени…Волшебство феи опознать нетрудно, особенно Темным Силам.
Умывшись и наскоро расчесав свои мягкие волосы, девушка готова уже была выйти из комнаты, как вдруг в дверь постучали.
–Войдите, –ответила красавица.
–Доброе утро, –в комнату вошел Дадид. –Ты уже проснулась?
–Да, –кротко улыбнулась девушка. –Я не привыкла спать до полудня.
–Это хорошо, –усмехнулся мужчина. –Надеюсь, ты не забыла, что сегодня днем мы выдвигаемся в путь?
–Я помню, –отозвалась фея, –не беспокойся, Дадид.
–Я еще зайду к тебе, –вымолвил воин. –А пока побегу по делам. Завтрак я тебе уже заказал.
–Спасибо.
Кивнув, мужчина удалился.
Завтрак не заставил себя долго ждать: довольная Фэ до отказа набила свой желудок тушеной рыбой с помидорами и, запив все это добро кружкой прохладного кваса, вышла из номера.
И все-таки девушка прибегла к маленькой хитрости, дабы от нее не разило рыбой – Бдящая использовала чару-невидимку с такой ничтожно малой силой, что даже самый прожженный демон не мог ее ощутить: так называемое «Фруктовое дыхание». Фэ коснулась кончиками пальцев губ, и ее ротовую полость тотчас наполнил вкус плодов и ягод.
Фея ступала по мягкому ковру, с огромным интересом рассматривая картины, украшающие стены длинного узкого коридора, да так загляделась, что не заметила, как столкнулась лбом с чей-то грудью. Поспешно подняв глаза на незнакомца, Фэ узнала Анариэля. Уголки сочного ротика девушки поползли вверх – красавица прыснула со смеху, тем самым невольно заставив эльфа, а так же его спутника весело улыбнуться.
– Доброе утро, – отозвалась Фэ, отойдя от Анариэля на несколько шагов назад. –А куда это вы направляетесь?
–Мы хотели прогуляться по городу, –ответил Эдир. И, словно прочитав мысли своей госпожи, добавил. –Аэли ожидает нас внизу.
–А можно и мне с вами? –Фэ заметно оживилась. –Я ужасно хочу посмотреть город, а Дадид опять ушел по каким-то своим делам. А одной мне боязно.
Эдир вопросительно взглянул на Анариэля, словно слово последнего было для него непреложным законом.
–Разумеется, –произнес тот. –Кому, как не Вам, мы обязаны своим избавлением?
– Ой, как хорошо! –пролепетала обрадованная девушка. –Спасибо!
Анариэль учтивым жестом уступил девушке дорогу. Та, легко и стремительно сбежав по ступенькам, упорхнула на улицу, не видя, как в ее сторону синхронно повернулись головы постояльцев харчевни. Однако было достаточно одного только вида величественного Анариэля, спускающегося по лестнице, что напрочь отбивало у последних охоту познакомиться с красавицей поближе. Эдир не смог удержаться от тихого умилительного смеха, глядя на это «чудо природы».
Прекрасная эльфийка устремила свой проницательный взор вдаль, но, заслышав шаги, сразу узнала Фэ. На дивном лице изобразилась ласковая улыбка. Да, Аэли всегда радовалась появлению девушки – и так будет всегда, ведь эльфы верны своим чувствам и убеждениям.
–Вы уже проснулись, –почти прошептала эльфийка, и ее голос прозвучал так нежно, так чарующе, что у феи защемило сердце от открывшейся ей красоты. А очи, эти голубые очи отражали в себе столько чистоты, столько мудрости…Царица обняла бывшую невольницу.
–Ах, Аэли, как чудно, что я встретила вас, –промолвила она.
Эльфийка слегка удивилась, не ожидая такого порыва. Но она не убрала тонких рук, обвивших ее предплечья, не отстранилась –втайне, с самого первого момента, ей хотелось поступить так же, как это сделала сейчас Фэ. Но природная сдержанность одержала верх.
–Я согласна с Вами, –прозвучал ответ. – Я рассказала Дадиду о случившемся, так как вчера такой возможности у Вас не было, а рано утром Вы еще спали.
–Я благодарна тебе, –улыбнулась фея, выпуская эльфийку из своих объятий.
–Пойдемте, –послышался голос Эдира.
Аэли и Фэ последовали за эльфами. Миновав несколько таверн и пройдя узкую улочку, они оказались на Главной Площади. Подойдя к фонтану «Всадники», друзья осмотрелись: всюду царила кристальная чистота и, как ни странно, тишина: слышен был лишь шум воды фонтанов, находящихся друг от друга на незначительном расстоянии.
– Красиво, –восхитилась фея, вперив взгляд в соседний фонтан, располагающийся в самом центре площади, источающий тонкий аромат. Его воды, в которых плавали свежие лепестки белых роз, искрились в солнечных лучах, принимая всевозможные оттенки, исключая лишь мрачные тона. Также была слышная тихая, но торжественная музыка, словно в том необъятном овальном чане, обвитом переплетающимися между собой алыми розами, засели невидимые музыканты, спрятавшись за высокую статую, изображавшую распускающуюся лилию,.
–И каждый фонтан имеет свою историю, –заключила Аэли. –Допустим, вот этот, который называется «Королева Лилий», соорудили по случаю совершеннолетия принцессы Алла…Это было еще задолго до того, пока самый влиятельный король не объединил самые крупные королевства в единую империю Айнд…
Фэ напряглась: нет, когда она уснула, не было и в помине никакой империи! Это ж сколько веков-то прошло!
–Музей фонтанов, –подытожил Эдир.
–Какое великолепие…–благоговейно прошептала Фэ.
–…и не обошлось без помощи эльфов, –потряс девушку Анариэль. –До сих пор здесь ощущаются остатки нашей магии. Видите те лепестки роз, плавающие в фонтане, Фэ? –красавица кивнула. –Им более, чем тысяча лет, однако они до сих пор свежи, потому что зачарованы.
–Аромат тоже…из-за ваших чар? –осведомилась Бдящая.
–Да, –кивнул Анариэль. –Именно так.
–За рыночной площадью находится музей колодцев, –сообщила эльфийка. –Люди верят, что если бросить в один из них монетку – исполнится любое желание. В них вода золотится.
–Я непременно должна их увидеть! –в глазах Царицы вспыхнул детский азарт.
–Конечно, –усмехнулся Анариэль. –Мы покажем Вам музей.
–Не понимаю, –недоуменно произнесла фея, когда они уже свернули в очередной переулок, –почему Алл не превратился в столицу? Он настолько роскошен, что мог бы ею стать.
–Он был ей, –опять удивил Фэ Анариэль. –Однако благодаря капризу императорской супруги, рожденной в провинциальном городе Индин, Алл потерял свой статус, уступив лидерство последнему. Впрочем, Индин вряд ли сравнится в устройстве с Аллом –в нем больше алчности, нежели искусства.
–Жаль, –сочувственно произнесла красавица.
Пройдя очередную улочку, путники вышли на следующую площадь, которая, правда, по размерам была вдвое меньше Главной. Изумленная Фэ окинула взглядом ровную череду мраморных колодцев, вода в которых и впрямь была золотая.
–Эльфы, –лаконично сказал Анариэль в ответ на вопросительный взор Бдящей.
–Изумительно, –выдохнула фея, находясь под глубоким впечатлением от увиденного. Подбежав к ближнему колодцу, девушка зачерпнула своими крохотными ладошками воду, выплеснула ее вверху и весело рассмеялась, когда брызги, повинуясь закону притяжения, попали на ее нежную кожу. Эльфы ласково улыбнулись – рядом с таким жизнерадостным существом оставаться серьезными было просто невозможно.
Но улыбка так же легко сошла с лица Анариэля , как и появилась –острый слух эльфа уловил леденящие душу вопли некого хищного существа, напоминавшего скорее демона, или злобного духа, нежели зверя. Фэ заметно забеспокоилась – Анариэль идеально чувствовал ее волнение…
Фея все своим нутром ощутила веяние темной энергии. Зло пронизывающим холодом жгло все ее тело, заставив внутренне содрогнуться – никогда прежде Царице не являлся такой мощный поток ненависти…
–Бежим, –неожиданно сказал Анариэль. –Нужно скорее возвращаться в трактир…
–Что слу…–начала Аэли и осеклась, повернув голову в сторону южных городских ворот.
Анариэль сгреб в охапку опешившую Фэ и через мгновенье вместе со своими спутниками оказался в дверях «Жемчужного солнца».
Как оказалось, их уже ждали. Четверо незнакомцев в темных плащах, сидящих в самом дальнем углу харчевни, синхронно поднялись со своих мест и, обнажив клинки, направились к эльфам. Анариэль отодвинул растерянную Фэ к себе за спину и застыл, словно вкопанный. Его лицо, ровным счетом, не выражало никаких эмоций.
–Вы следуете за нами, –отчеканил один из незнакомцев, по всей видимости, их капитан.
–Кто вы? –холодно спросил Анариэль.
–Твое дело повиноваться, а не спрашивать, раб, – грубо отрезал тот.
–В таком случае, всего хорошего, – спокойно ответил эльф с таким видом, словно перед ним не вооруженные острыми мечами воины, а так, мелочь, мелюзга. И то не диво: мысли Анариэля сейчас больше занимала опасность, наступающая ему на пятки, чем эта временная преграда на его пути, которую не составит особого труда устранить.
–Мы попросили бы вас очистить дорогу, – все так же промолвил Анариэль и ощутил, как кончик стали впился ему в горло. В следующую минуту оружие упало на пол, а невежливый собеседник вылетел на улицу, как пробка. Оставшиеся трое, подобно дикому зверью, ринулись на эльфа, и секундой позже с легкой руки последнего распластались по стене…
Аэли наскоро собрала два узелка вместе с одеждой, едой и питьем, один из которых вручила Фэ. Эдир о чем-то толковал с трактирщиком –тот все время покорно и утвердительно кивал.
–У нас нет лошадей, – промолвил Анариэль, когда они покинули «Жемчужное солнце». –Придется идти пешком.
Набросив капюшоны, путники сравнительно быстро оказались у северных ворот. Обычно в такой час, около полудня, стражники выпускали всех желающих выйти из города. Присоединившись к потоку людей, друзья оказались за пределами Алла, успев вместе с другими отойти от него на приличное расстояние.
– Кто нас преследует? – робко поинтересовалась Фэ у Анариэля, держащего девушку под локоть.
–Не могу сказать точно, –рассеянно ответил тот, прислушиваясь. –Но от этих тварей лучше всего держаться подальше. В живых нас вряд ли оставят.
Звук усиливался – люди из толпы начали оглядываться по сторонам.
–Они здесь, –едва успела прошептать эльфийка, как в тот же миг раздался душераздирающий вопль то ли птицы, то ли зверя – большая тень заслонила собой солнце. Кто-то из толпы истошно закричал – кровь разорванного на части острыми когтями виверны мужчины закапала на головы и лица людей. Этот крик подхватили другие – все ринулись обратно к воротам, которые, правда, уже закрыли, и открывать не собирались, не принимая во внимание никакие увещевания или даже угрозы…Кровожадные монстры продолжали свой безумный танец, выхватывая из толпы все больше и больше жертв, вырывая из последних внутренности и бросая их вниз…
–Бегите, – бросил Анариэль Эдиру . –Я задержу их. Дойдете до леса– продолжайте путь без меня. Эдир, – ладонь эльфа легла на плечо друга, – мы должны сделать это во что бы то ни стало. Я полагаюсь на тебя.
Во взгляде Эдира промелькнула грусть, но он, кивнув, подхватил Фэ на руки, и они вместе с Аэли, подобно двум ветрам, умчались вдаль.
Анариэль остался стоять в открытом поле, готовясь встретиться с опасностью лицом к лицу. Налетел неожиданно сильный ветер, силясь сорвать с одинокого путника плащ, черные тучи затянули небо так, что стало темно как ночью. Не было сомнения, что все это проделки Темной магии. Эльф видел лишь расплывчатые очертания неизвестных противников, однако чувствовал их присутствие превосходно.
Всадники в черных одеждах, горделиво восседающие на своих свирепых вивернах, окружили свою жертву. Они шипели, подобно змеям, и переговаривались на неведомом эльфу языке. Когда они умолкли, Анариэль вдруг ощутил во всем своем теле нестерпимое жжение, которое истощало силы. Опустив веки, он сосредоточился – необходимо создать вокруг себя защитную сферу, чтобы, по-крайней мере, суметь оказывать сопротивление нападению злых духов.
–Кто вы? –спросил он, помимо воли упав на колени. –Что вам нужно?
«Ты…»– одновременно прошипели духи. –«Девчонка…»
«Фэ?» –удивился Анариэль, что, впрочем, не слишком его потрясло: в самом деле, девушка слишком необычна для своей расы…
«Мы знаем, ты прячешь ее», –не унимались духи. –«Мы знаем, кто ты…»
Защита надежно укрыла эльфа, что не могли не заметить враги. Виверна одного из них предприняла попытку укусить Анариэля, за что и поплатилась – массивная туша вместе с хозяином, наткнувшись на неосязаемую преграду, рассыпалась пеплом.
Свирепо зарычав, враги набросились на безоружного, но сопротивление и сила последнего были слишком велики –духи явно недооценили свою жертву. То был настоящий магический поединок между Добром и Злом, эльфийской магией и магией Темных: переплетались между собой тонкие нити Светы и Тьмы, образовывая единый клубок, который, будучи не в состоянии выдержать яростное противостояние Древних Сил, разрывался на мелкие кусочки – и возникал новый.
С вивернами было проще – растения, повинуясь велению эльфа, устремляли свои побеги к конечностям последних, плотно опутывали тех так, что они падали с большой высоты на землю, подминая под себя своих всадников. А корни малочисленных многовековых деревьев, растущих неподалеку, рвали виверн в клочья. Один дух попытался ранить Анариэля своим отравленным мечом и потерпел позорное поражение – магия эльфа буквально смела того с ног. Неожиданно из невидящих очей Анариэля вырвалось нежно-голубое свечение, что привело противников в полное замешательство – виверны, преграждающие Анариэлю путь, пали замертво от мгновенного удушья. С губ мага срывались слова новых заклинаний, изящные руки, подобно крыльям птицы, то на миг зависали в воздухе, то опускались вниз, то вновь взмывали ввысь или устремлялись в сторону противников…Все движения эльфа напоминали чарующий танец, грациозный и неповторимый, завораживающий своей красотой. Уцелевшие Темные вскоре поняли, что этот бой им не за что не выиграть и, струсив, повернули назад, откуда и прилетели. Отлетев достаточно далеко, они вдруг обернулись стаей ворон, которые с противным карканьем скрылись за горизонтом. Унялся ураган, тучи разошлись, вновь ярко засветило солнце, озарив пропитанную кровью невинных, а также кровью виверн почву. Анариэль, повернувшись спиной к остолбеневшей толпе, которых духи не посчитали нужным более трогать, и городу, зашагал вперед. Преодолев большое расстояние, маг вынужден был остановиться, так как неожиданно на него кто-то налетел и, не дав опомниться, крепко прижался к нему, обняв чуть выше живота. На миг эльф оторопело замер на месте с разведенными в стороны руками, пока его не окликнул знакомый голос.
–Я думала, они тебя убьют, – пробормотала Фэ, сжимая мага в своих объятиях. Эльф, справившись со своей минутной растерянностью, снисходительно улыбнулся ее порыву.
– Фэ попросила нас обождать хоть секунду, – принялся разъяснять Эдир Анариэлю на эльфийском. –Откровенно говоря, мы не могли не исполнить просьбу госпожи, тем более, что нас не преследовали. Однако мы решили не вмешиваться, чтобы не мешать Вам.
–Разумно, –одобрил тот, – конечно, приказ вы не до конца исполнили, и все же я не корю вас, Эдир. Но впредь постарайтесь выполнить все в точности, а не частично.
–Простите, – эльф покаянно опустил взгляд.
–Я ни в коем разе не отчитываю Вас, дорогой мой друг, –на лице Анариэля появилась примирительная улыбка, – просто впредь будьте осторожнее.
–Да, мой господин, – ответил Эдир. –Я постараюсь.
– Мне нравится твой ответ. Весьма опрометчиво было бы с твоей стороны уверять, что все будет исполнено безукоризненно, – вымолвил эльф. – Зачастую случаются непредвиденные обстоятельства, потому я не виню вас ни в чем.
– Господин, я тоже виновата, – промолвила Аэли, как только эльф умолк. – Не только мой супруг…
–Я прощаю и тебя,– ответил Анариэль.
Он тепло улыбнулся девушке, которая, отпустив его, с живым интересом прислушивалась к необычному, мелодичному языку.
–Нет, они не сумели одолеть меня, – обратился эльф к фее.
–Ты хорошо владеешь своей магией, – заметила та.
–Пришлось выучиться, –последовал уклончивый ответ.
Вдали мирно шумел непроходимый лес, над которым возвышались заснеженные горные пики.
–За теми горами начинаются владения гномов, – загадочно вымолвил Эдир. –Как мы далеко от дома…
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (+1)   
11:42 08.07.11
Глава 5.
Нет, никогда Дирт не сможет забыть ее. Никогда – это выше его сил…Он потерял свою Вил навсегда…Горечь утраты железным обручем сдавливала грудь герцога – становилось трудно дышать, особенно тогда, когда чудовищными усилиями приходилось глушить выступающие слезы…
Первое время все думали, что Дирт сошел с ума. Как только обнаружилось исчезновение молодой герцогини, он бегал по замку, словно помешанный; рвал на себе волосы, отчаянно кричал, зовя жену – и в ответом была лишь тишина…
–Ваша Светлость, –в кабинет вошел друг и верный слуга Дирта, отважный воин, а также талантливый командир, прервав размышления герцога.
–Да, Тумантос, что ты хотел?
– Император требует Вас немедленно к себе, – юноша почтительно склонил голову в знак приветствия – то же самое проделал и Дирт.
–И чем же на этот раз я заслужил столь высокую благосклонность Его Высочества? – равнодушно отозвался герцог. –Помнится, в прошлый раз он предлагал мне расширить мои владения, если я женюсь на его племяннице…
– …и вы взяли в жены бедную родственницу герцога Кассант, – закончил фразу командир. – И тем самым весьма огорчили императора. –Тумантос вынул из-за пазухи небольшой сверток папируса, перевязанный шелковой золотистой нитью. – Послание от императора.
Не спеша развернув сверток, герцог наскоро пробежался взглядом по строчкам и почти сразу швырнул письмо в камин. Огненные языки тотчас слизали бумагу, оставив за собой горстку пепла…
– Ястребу так не терпится завладеть моими землями? – Дирт негромко рассмеялся, покачав головой. – Кто бы мог подумать, что мерзавец зайдет так далеко? Ему мало тех королевств, которые он взял под свое начало?
–Господин, вы владеете тремя самыми крупными городами, – возразил Тумантос. – Через Онс пролегают важнейшие торговые тракты.
– Он не так далеко от Алла, – задумчиво промолвил воин, –который мерзавец уже давно прибрал к своим рукам…
–Это произошло еще до вашего появления. –Отметил граф.
–Зажился, старик. Интересно, как он выглядит? Небось, рухлядь, не способная без посторонней помощи пошевелить и пальцем!
–О нет, Ваша Светлость! – командир поправил пояс с ножнами. –Вы глубоко ошибаетесь. Конечно, я лично не видел императора, никто не видел – он тщательно прячет свое лицо. Однако поговаривают, что Его Высочество заключил сделку с демонами, которые даровали ему бессмертие…
–Не удивлюсь, если так оно и окажется, – пожал плечами мужчина. – Но если это правда – всем нам придется худо, ведь, в таком случае, и наших потомков вынудят терпеть тирана.
Тумантос не ответил. Он еще раз склонился перед своим господином и, перед тем, как удалиться, вновь обратился к Дирту.
– Письмо я Вам передал – моя совесть перед нашим правителем чиста. Что делать – решайте сами. Но прошу вас, мой господин: будьте благоразумны. Не раздражайте его по пустякам, чтобы не полетела Ваша ясная голова с плеч.
Дирт остановил взгляд на закрывшейся за графом двери. «Мне безразлично, что со мной будет!» –хотелось прокричать Дирту вслед другу. –« Ее больше нет…Зачем жить без нее? Я бы и рад отправится в мир иной, где меня окружат лишь тишина и покой…Но не могу, ведь ее все равно не будет рядом. Никогда…»
Рутина воспоминаний опять увлекла могучего воина в свой водоворот.

В пяти милях от замка герцога Вингерда, располагающемся недалеко от утеса, среди лесного массива находится Озеро Слез. Испокон веков на его берегах произрастали высокие, по колено, сочные травы с бледным голубым оттенком; цвели пышные белоснежные цветы, источающие необыкновенный аромат, нежных лепестков которых никогда не покидали буйные капли росы. Длинные, гибкие веточки деревьев с крупными листьями буквально устилали собой землю, большей частью опускаясь в воду, не замерзающую и в самые лютые холода. Здесь всегда, в любую погоду, царила легкая туманность, даже в жару.
Хоть местность, окружавшая озеро, обладала необычайной красотой, местные жители побаивались его. Все хорошо помнили предание, согласно которому в Озере Слез находили утешение оскорбленные и униженные, без вины виноватые, чистые сердцем люди. А хозяйка, Озерная Фея, строго наказывала тех, кто стремился нарушить их покой. Злые испытывали перед нею ужас, добрые – священное благоговение. И никто не хотел лишний раз беспокоить фею.
Ничто не успокаивало Дирта. Всякий раз он срывался с места, вскакивал на гнедого жеребца и уносился вдаль… Вот и в тот день он, наплевав на все запреты, явился на Озеро Слез, дабы проверить рассказы местных жителей села Мельницы о нимфах, поселившихся в нем, а точнее, о наядах. Один из крестьянских юношей, видевший их, утверждал, что из озерных красавиц особенно выделялась необыкновенно прекрасная девушка с длинными русыми волосами. Ее наготу едва прикрывала тонкая прозрачная ткань широкого платья, скорее напоминавшего ночную рубашку. Услыхав это, на Дирта нахлынула непонятная тревога, после чего, не в силах сдерживать волнение, герцог принял решение отправиться туда.
Было раннее утро, только-только занимался рассвет, и Дирт, спрятавшись за одним из древесных стволов, замер в ожидании чуда. Кто бы мог подумать, что надежды мужчины оправдаются? Вдруг послышался серебристый девичий смех, доносящийся со всех сторон– в воде появились юные девы, поражающие своей красой, чьи гибкие тела практически не скрывали полупрозрачные мерцающие рубашки до пят. Волосы красавиц, как и кожа, блестели, очи лучились задором и беззаботностью. На головках нимф красовались венки. Дирт затаил дыхание…
Когда среди девушек появилась она, перед глазами у мужчины все поплыло…С трудом он подавил в себе безумное желание заключить Вил в крепкие объятия. Никогда еще его супруга не была так восхитительна, так трогательна, как сейчас; никогда прежде Дирт не хотел так сильно припасть своими губами к ее манящим устам…Не выдержав, герцог вышел из тени дерева и окликнул жену.
Наяды застыли, не сводя ошеломленных взглядов с непрошенного гостя. «Мужчина…»–пронесся тихий шепот.
–Что надобно тебе, смертный? – донесся до слуха Дирта дивный бархатный голос. Толпа дев расступилась, и перед воином предстала миниатюрная фигурка нежной зеленоглазой красавицы с локонами цвета опала, достигающими щиколоток, в воздушной голубой тунике. Осиную талию незнакомки опоясывал такой же пояс, кожа девы была практически прозрачна.
–Что надобно тебе, смертный? – повторила она, приведя оцепеневшего воина в чувство. –Зачем ты потревожил покой Озера?
–Кто ты? – выдохнул воин.
–Вы зовете меня Озерной Феей, – мягко улыбнулась та. – Теперь же ответь на мой вопрос.
– Мое имя– Дирт, – вымолвил герцог. – Я пришел забрать свою жену. Свою Вилару.
Воцарилась тишина. Вилара, ощутив на себе потрясенные взоры подруг, устремила свой взгляд на незнакомца, отчетливо увидев, как его красивое лицо исказилось болью. Озерная Фея мягко тронула кончиками пальцев плечо девушки.
–Знаешь его? – обратилась Фея к Вил. – Это твой муж.
– Нет, – почему-то испугалась растерявшаяся Вил. – У меня нет супруга.
Эти слова нанесли мужчине сильный удар . Отшатнувшись, он едва не упал, но подоспевшие нимфы поддержали его. Обмякший герцог поник, опустив голову, и внезапно ощутил на своих щеках теплые ладони Озерной Феи.
– Ты поступил с ней негоже, я все знаю, все видела, – тихо и грустно промолвила хозяйка Озера, но воин будто не слышал ее.
– Говорят, в твоих владениях невинно пострадавшие находят приют, – его голос звучал безжизненно, – отчего здесь только девушки? Как Вил попала к тебе?
– Те, кого я встречала, в основном женщины, искали покоя, потому их души отправились на небеса, , – ответила Фея. – Вилара спрыгнула со скалы в море, и погибла. Но по милости Вышнего душа твоей супруги вернулась в тело…Она не искала покоя, но забвения, потому позабыла свою прежнюю жизнь…
–Верни мне ее, прошу, – обессилевший герцог упал на колени перед Феей, обвив ее щиколотки руками и прижавшись к ним головой. Хозяйка присела рядом и стала гладить его по волосам, пытаясь утешить.
– Ты получишь Вил обратно, если изменишься. Я не могу отдать тебе ее пока, потому что совесть и сердце твое не чисты. Темная сторона твоей натуры порабощает тебя. Но если ты очистишься, тогда Вил вспомнит все, кроме плохого, и вернется к тебе. Я даю слово, которое еще никогда не нарушала. В противном случае, Вил станет одной из нимф, живительных и плодородных Сил природы. Она уже не будет принадлежать даже мне, но Владычице.
Его жестокий взгляд готов был сжечь Фею заживо. Удивленная красавица отшатнулась, убрав руки.
– Я убью тебя, – припечатал мужчина. – И заберу Вил обратно.
–Ты неисправим, –опечалилась Фея.
Воин поднялся на ноги и пошел прочь, цедя проклятия и хозяйке, и самому Озеру.
–Берегись, – предостерегла его Фея, – как бы ни понести тебе наказания за свои поступки и речи.
Дирт проигнорировал это замечание. Забравшись в седло, он воротился в опостылевший ему замок, потеряв последнюю надежду обрести счастье с любимой женщиной…

Воин встал со стула и неспешно прошелся по комнате. Отворив ставни, герцог вгляделся вдаль –прямо перед ним лежали бескрайние просторы равнин, переходящих в величественные холмы, за которыми простиралась степь…
Найти командира не составило особого труда, который помогал чистить конюшню. Дирт внутренне усмехнулся – нечасто увидишь такую колоритную картину: граф Руф в кожаных ботфортах да холщовых брюках, закатав рукава, орудует вилами, выгребая из стойла навоз. Сквозь разрез рубашки видна мускулистая грудь, мышцы играют на крепких руках. Высокий, подтянутый зеленоглазый красавец с соломенными светлыми курчавыми волосами до плеч. Юное лицо, казалось, вовсе не знало бритвенного станка. Сейчас он показался герцогу совсем еще мальчиком, хоть родился позднее самого Дирта всего года на три. Но то было обманчивым впечатлением – в боях этот юноша блистал талантом мечника, с которым едва ли могли сравниться самые опытные воины. Уловив на себе пристальный взгляд господина, командир выпрямился.
–Седлай коней, Тумантос, – спокойно отдал приказ герцог. – Мы отправляемся в Индин. Путь очень дальний, потому запасись необходимой провизией, одеждой и, что самое важное, водой. В степи нам не будет пощады от солнца.
–Мы едем вдвоем? – осведомился тот.
–Возьми с собой трех лучших воинов, – немного поразмыслив, добавил герцог.
Командир кивнул и, бросив вилы, отправился выполнять поручение господина.

***
Высокий человек в черной маске, с каймой острых шипов по краям, неотрывно смотрел в хрустальную пирамиду, стоящую на каменном постаменте. Мрачность и серость окружали колдуна: дневной свет едва проникал сквозь узкую щелочку, попадая в нее случайно. Лишь однажды взглянув на могучую фигуру незнакомца, можно было с уверенностью сказать, что этот атлет – бывалый воин, обладающий недюжинной силой и опытом. Впрочем, магией он владел отнюдь не хуже, чем мечом и копьем. Да и стратег из него вышел блестящий – недаром ведь почти все королевства подчинились воле первого в мировой истории императора, который впрочем, не собирался останавливаться на достигнутом. Захватить весь Сэавэлл – вот настоящая цель будущего Властителя.
Морос стоял в самом центре круга, выполненного горящими красными свечами. Его губы шевелились в беззвучном монологе – обращении к ужасной богине…
– Тэнэбрис… Я жду твоего ответа.
– Я слышу твой зов, – послышалось змеиное шипение. – Зачем ты потревожил мой покой?
– Дай мне могущество и власть! – горячо воскликнул император.–И если Сэавелл станет моим, я передам его в твои руки!
– Властолюбец…– иронично отозвалась богиня. – Мне нужен не мир, а души его обитателей…
Правитель усмехнулся:
– Насколько ты помнишь, я заключил сделку с Тисом – повелителем демоном, и он даровал мне бессмертие…
Богиня рассмеялась:
–Хочешь заполучить Сэавэлл?
Император нахмурился. Нет, он был дураком, потому понимал, что шутки со Злом опасны, и ничто не мешает ему попросту использовать Мороса, обмануть, а затем за ненадобностью уничтожить. Но если Тьма будет нуждаться в нем? Что, если он станет самым уникальным ее орудием, сможет переплюнуть даже легендарного Гамора? Нет, император не глупец и не откажется от подобных перспектив…В конце концов, Морос не тугодум, он сумеет добиться своего…
– Тэнэбрис…– колдун склонился в почтительном поклоне перед невидимой богиней. – Приказывай…
– Очнулась от векового сна Древняя Сила. Ее разбудила Зовущая…
– Зовущая?– ахнул Морос, не веря своим ушам.
–Найди девчонку и встань под начало Гамора, –прошипела богиня. Черный свет легким паром окутал пирамиду, превратив ее в небольшое облачко, которое, разросшись, поглотило стоявшего рядом правителя. Изумленный колдун словно бы унесся в некое астральное пространство, а затем, кружа, как перышко, вдруг узрел перед собой расплывчатые очертания высокого мужчины в черной мантии.
–Гамор…– потрясенно прошептал Морос и почему-то вздрогнул, когда незнакомец в плаще обернулся, в упор сверля того горящими глазами без зрачка.
– Я помогу тебе, – суровый голос, от которого все волосы в одночасье вставали дыбом, коснулся слуха императора. – Мне нужно новое тело…Ты поможешь мне, а я помогу тебе…
И, прежде чем Морос успел что-либо ответить, перед ним неожиданно предстала маленькая девочка с русыми волосами, похожая на ангела…
«Найди Зовущую…»– промолвила богиня. – «С ее помощью я смогу навсегда истребить народ фей, мешающих исполнению моих замыслов…»
Образ сменился другим: император ясно увидел четыре фигуры, одной из которых была необыкновенно красивая девушка, второй – прекрасная эльфийка, которых сопровождали два эльфа.
«И этих тоже…Зовущая взаимосвязана с ними…Они отмечены Светом…Используй свое влияние...»
–Я сделаю это, Тэнэбрис, – покорно произнес Морос, и, когда магический предмет принял прежние очертания, вылетел из потайной комнаты, словно ошпаренный, предварительно набросив на него красную бархатную ткань.
Оказавшись в очередной комнате, про которую знал лишь он да некоторые доверенные лица, император величественно опустился мягкие подушки, обитые шелком и расшитые золотом, и принял у себя Тэмпу – лидера тайной организации своих самых лучших шпионов, которую создал он же сам, примчавшегося сюда по первому же приказу господина. По легкому взмаху кисти Мороса шпиону явилась картина двух эльфов, эльфийки и незнакомой красавицы, находящихся в пределах города Алла.
–Достать из-под земли, – небрежно бросил император. –Не справишься – твоя смерть будет мучительной.
Ошарашенный Тэмпа кивнул – никогда прежде он не видел Мороса столь жестоким. Откланявшись, шпион поторопился выполнить приказ владыки.

***
Он чуял ее дурманящий запах, такой желанный, такой сладкий… Запах юного тела, который он желал вдыхать вновь и вновь, наслаждаться, упиваться им без конца. И, наконец, заключить красавицу в свои объятия, прижаться к ней, провести губами по нежной щеке, припасть ими к ее невинным устам… И сейчас он намерен достигнуть намеченной цели, которая, впрочем, располагается не так уж и далеко: вот они, окна мрачного замка, которые так хорошо видны из зарослей густого папоротника…А именно, ее покоев, куда отнесли девушку его сородичи…Бывшие сородичи…Эти существа решили устроить на него охоту. Ха! Неизвестно только, кто выступит на этот раз в роли жертвы…
Он ясно видел тех негодяев, которые хотели сотворить с нею мерзкие вещи, а затем безжалостно расправиться с беззащитной…Вероятно, именно в эти минуты что-то шевельнулось в его душе, вынудив взбешенного волка, не задумываясь, наброситься на негодяев, разорвать тех в клочья…Нет, она, определенно, не догадывается об этом. Да и как такое, в принципе, возможно, если красавица на тот момент обессилено упала на землю, как подкошенная, истекая кровью? Он хотел поспешить к ней на помощь, однако чутье и в этот раз не подвело: рефлексы сработали идеально –оборотень ушел в тень. Одна из Охотников протяжно завыла, выражая тем самым вселенскую скорбь. Волк затаил дыхание, которое восстановилось лишь тогда, когда он услышал, что девушка жива…Теперь настал его час.
Он сможет исцелить ее. Он оставит ее себе. Она станет его женщиной. Никто не отберет ее у него.
Листья шумно зашелестели под сильным порывом ветра. Скоро хлынет ливень –нужно действовать. Миновав расстояние от окраины леса до замка, оборотень, совершив поистине ловкий, грациозный прыжок в высоту, оказался в комнате, освещенной слабым лунным светом. Помимо него самого, в спальне явно был кто-то еще –волк сразу учуял запах Охотника, который яростно вцепился ему в горло. Завязалась неравная борьба. Он оказался гораздо сильнее –напавший был отброшен к стене, как щепка. Противник, упав на пол, затих, что означало лишь одно: он вышел победителем из этой схватки. Самодовольно зарычав, оборотень устремил свой горящий взор на хрупкую фигурку раненой красавицы, от беспомощного вида которой у него защемило сердце…Аромат…Сводящий с ума…Потянув носом, волк будто загипнотизированный, направился к кровати, попутно выпрямляясь…Мужчина в темном плаще склонился над девушкой, прислушиваясь к ее ровному дыханию…Спит. Пора…
Выпрыгивая из окна, он прижал к себе беспомощное тельце, легкое, как пушинка, ощутив пьянящую близость. «Моя женщина», – ¬никогда прежде волк не чувствовал себя таким окрыленным, полным тихого ликования. Никогда…до этой поры.
Несколько раз он замедлял бег, прислушиваясь к посторонним звукам, шорохам. Но нет, погони не было. Тем лучше.
Остановившись в очередной раз, оборотень, свободной рукой вытащив из скрытого нагрудного кармана пригоршню прозрачных кристаллов, подбросил их вверх. Почти коснувшись земли, кристаллы сгруппировались, образовав ромбовидную фигуру, из центра которой вырвался поток света, на миг ослепив похитителя. Тот шагнул в образовавшуюся нишу, а затем все исчезло.
Возвратившись в свое логово, оборотень бережно опустил свою драгоценную ношу на постель –голова девушки бессильно откинулась на подушки. Прекрасная, божественная…Он даже забыл, что она –человек…Это существа тупоумные, трусливые и слабые. Но было в ней нечто иное, что отличало ее от остальных представителей этой расы, завораживало, притягивало. Неужели кровожадный убийца влюбился? Нет, глупости , просто он так устал от одиночества, истосковался... Даже монстр хочет любви…Или же он все-таки обманывает сам себя? Ведь все так очевидно: он не может без красавицы, нуждается в ее обществе, как больной в лекарстве…
Как только нежная рука соскользнула с его плеча, оборотень неожиданно для себя ощутил некую досаду. Он не хочет выпускать ее из своих объятий ни на секунду. Интересно, как же все-таки она отреагирует, когда очнется в незнакомом месте? Узнает ли его?
На девушке была лишь белоснежная простыня, с которой дивная кожа красавицы практически сливалась. О нет, он отлично помнит, что она смуглая. Похоже, малышка серьезно ранена, необходимо осмотреть ее и начать лечение. Медлить нельзя! Освободив тело незнакомки от простыни, оборотень внимательно осмотрел рану чуть ниже правой груди, которая и в самом деле оказалась глубокой. Похоже, ее попытались залечить, что почти удалось. По - крайней мере девушка не стонала и не извивалась от боли, но могла мирно спать – хоть чем-то Охотники облегчили ее страдания, но не более. Он правильно поступил, что забрал малышку из замка: еще несколько дней, и ей можно было бы выкапывать могилу. Но он этого не допустит! Проведя пальцами по краям раны, оборотень сфокусировал на ней свой взгляд, концентрируясь на внутренних ощущениях. Кровь закипела в жилах, казалось, бурлящий поток энергии вот-вот вырвется наружу. И вправду, рана девушки стала затягиваться, и вскоре от нее не осталось ни следа. Теперь жизни его женщины ничто не угрожает. Довольный оборотень заботливо укрыл незнакомку теплым одеялом и вышел из своей опочивальни. Она проснется не раньше, чем утром, если не позже, так как ранение сильно истощило ее силы. И вот тогда ему выпадет шанс познакомиться с предметом своего вожделения поближе, а пока все подождет. Ему нет нужды торопиться.

Тоттера была в ярости: какая-то девчонка сумела затмить ее, сумела прокрасться в сердце господина. Человек…Она достойна смерти! Вот только Тоттера доберется до нее, а там она с наслаждением будет упиваться минутами страданий негодяйки, отгрызая от ее тела по маленькому кусочку…
Преисполненная гнева, оборотень бросилась вон из своей комнаты, в огромный коридор. Она едва успела миновать величественную Залу Собраний, где хозяин обычно собирал своих слуг для вынесения своих решений, как тут же столкнулась с им самим. Волна бессильной злобы вновь накатила на пантеру, отразившись в черных глазах.
– Господин, –оборотень и сама не заметила, как вместо привычных человеческих звуков из ее горла вырвалось рычание. –Ты приютил в своей опочивальне женщину??
Эра сопровождал его советник Дэймор, который испуганно отпрянул назад, к дверям роскошной Залы, ошарашено глядя на Тоттеру. Но после ее последних слов вдруг заметно оживился, с неподдельным интересом взирая на своего короля.
– Почему тебя не было на собрании? – в свой черед поинтересовался нахмурившийся оборотень.
– Ты разрешил мне не посещать его, когда мне не захочется туда идти, не так ли? – язвительно уточнила девушка.
– Насколько я помню, я позволил тебе посещать их не так часто, как их проводят. Допустим, из пяти три, не так ли?¬– в такой же манере осведомился Эр.
Губы пантеры искривились в насмешливой усмешке.
– Скажи честно, господин, ¬– вымолвила она. – Ты просто нашел себе очередную игрушку для постели, не так ли? Проще говоря, наложницу.
Очи оборотня лихорадочно засверкали. Тоттера испуганно вскрикнула, когда железные пальцы сдавили ее горло, сжимаясь стальным капканом. Судорожно ловя ртом воздух, она, в тщетной попытке высвободиться, не почувствовала острой боли в затылке, когда оказалась прижата к стене так, что ее носки едва касались пола.
–Господин! –воскликнул Дэймор, схватив Эра за руку. – Не делайте этого! Господин, Тоттера –редкость! Она уникальна, неужели Вы убьете свое опасное оружие?
Эр прислушался к своему советнику –кулак разжался и девушка, пытаясь восстановить дыхание, рухнула вниз.
–Неблагодарная, – угрюмо заметил Эр. –Я приютил тебя, избавил от смерти – так вот, значит, какова твоя плата?
–Я помню, – прошипела пантера. А затем подняла налитые кровью глаза на своего хозяина –глаза зверя. От этого взора у советника мороз пошел по коже. – Я убью ее.
–Пожалуй, я пока сохраню тебе жизнь, –задумчиво произнес Эр. –Ты нужна мне. Но если хоть один волос упадет с ее головы – я задушу тебя.
–Это будет для меня желанной гибелью господин, – ответила преданная пантера. –Я в любом случае в выигрышном положении.
Дэймор покачал головой: нет, эта сумасшедшая неисправима! Почему-то к ней советник испытывал глубокое сочувствие: нелегко быть влюбленной в своего хозяина…Жестокого хозяина…Который предпочел сильному, удивительно гибкому телу…жалкие кости…Хотя…рано пока судить – Дэймор не видел ту женщину , так как Эр прячет ее, потому что она больна.
Господин одарил Тоттеру презрительным взглядом.
–Без меня ты никто, – медленно и четко произнес он. – Я спас тебя. Теперь ты – моя собственность. Не забывайся, оборотень.
–Я помню, –прошипела она.
Эр молча удалился прочь. Дэймор, чуть помедлив, устремился за ним. Тоттера еле поднялась на ноги и тут же скривилась от боли в спине и затылке. Девушку начало мутить, закружилась голова. Тоттера не помнила, как она добралась до своей комнаты, находящейся в другом конце замка, и бессильно упала на постель. Теперь пантере было все равно, что с нею будет – господин отверг ее любовь. Место Тоттеры заняла теперь другая женщина ненавистной ей расы. Ничтожество…Оборотень знала точно, что им двоим в доме Эра ни за что не ужиться… Любовница Эра заслуживает смерти.

Обитатели замка пришли в замешательство: хозяин привел в их логово человека – врага оборотней. Мало того, на всеобщем собрании он ясно дал всем понять, что девушка – его возлюбленная и находится под его защитой. Злить хозяина не решался никто, ибо в гневе он был страшен. Что же делать слугам –поневоле им придется выказывать свое почтение и уважение врагу? И как такое возможно, если кроме ненависти они ничего не способны чувствовать к наложнице господина?
То, что Эр влюбился, ошарашило его подданных, ведь он, в первую очередь, славился своей бесчувственностью, жестокостью и кровожадностью. Оборотни были уверены, что последний полностью отдался во власть тьмы. Теперь никто не мог предугадать дальнейшее развитие событий.
И вот сегодня, в очередной дождливый день, хозяину заблагорассудилось устроить ужин в честь грядущего обряда Связывания, который практически лишал жертву властолюбивого оборотня свободы. На палец девушки надевалась тонкая цепочка в виде кольца, которая не снималась. Любовница не могла начать отношения с другим мужчиной, потому что последний неизменно погибал при загадочных обстоятельствах; не могла сбежать, потому что ее местоположение было известно Хозяину. Зачарованное Кольцо было намного сильнее заклинания Вечного Рабства: если девушке все же удавалось изменить Хозяину с другим, она умирала в муках –Кольцо медленно сжигало ее плоть, причем без огня. Процесс казни занимал неделю. И если у людей предусматривалось снятие заклятие Вечного Рабства у людей снять, даже когда хозяин раба продавал его другому, то в данном случае освободить девушку мог только тот, кто надел Кольцо на ее перст. А основоположником такого обряда, изобретенного в далекой древности, был никто иной, как сам Эр.

Мин очнулась от резкого холода. Завязав на груди края простыни, девушка села на кровати и изумленно обвела взглядом незнакомые, воистину, шикарные апартаменты: пол устилали мягкие вишневые ковры, и всюду –шелка…Где она находится? Определенно опочивальня не является ее комнатой. Похоже, Мин что-то упустила, и, как показалось ей на первый взгляд, что-то очень важное.
Напрягая память, красавицаа вспомнила последние события: она бежит по сырой земле, дождь хлещет ее по лицу…Она обернулась, чтобы убедиться, что преследователи не нагоняют ее, и в этот момент острая боль пронзает ее под ребром…И темнота…
Мин так увлеклась воспоминаниями, что не услышала, как дверь открылась, и в спальню вошли. Девушка обратила свой взор на вошедшего – и перед ней предстал потрясающе красивый, высокий шатен в черном колете с красной вышивкой, который искуссно подчеркивал статную фигуру незнакомца. Волнистые волосы, чернее ночи, достигали пояса, прекрасно оттеняя мраморную кожу лица с утонченными чертами.
–Моя красавица проснулась? – мягкий баритон, казалось, готов был обласкать Мин с макушки до пяток...
Мин нежно улыбнулась, и, подняв на красавца очи, невольно содрогнулась под плотоядным взглядом пронзительно синих, но в то же время, холодных глаз – глаз хищника…
Что-то заставило красавицу подняться с кровати и медленно попятиться назад, когда юноша стал к ней приближаться. Сердце девушки бешено колотилось в груди, от страха спирало дыхание, путались мысли. Словно загнанный зверек, Мин беспомощно озиралась по сторонам, ища убежища от надвигающейся опасности – девушка нутром чуяла веющую от незнакомца угрозу. Вдруг она нечаянно оступилась и едва не упала, однако сильная рука юноши обвилась вокруг ее тонкой талии и удержала от падения.
– Чего же ты так испугалась, голубка? – ласково пропел незнакомец. – Думаешь, обижу?
Словно во сне беззащитная красавица ощущала на своей лебединой шее обжигающее дыхание; чувствовала близость тела юноши, когда он плотно прижимал ее к своей груди; его мягкие губы, дарящие сладкие поцелуи…Когда незнакомец почему-то встряхнул ее за плечи, Мин с трудом подняла вмиг отяжелевшие веки и, встретившись с его взором, наконец отчетливо вспомнила того самого волка, наблюдавшего за ней у озера. Девушка поразилась неожиданному сходству и сразу поняла, что не так в этом юноше, что ее встревожило – незнакомец неземной красоты оказался оборотнем… Вопрос лишь в том, на чьей он стороне и зачем ему нужна Мин…
Она пока не думала сопротивляться – в данной ситуации это глупо и бесполезно, потому что силы оборотню было не занимать. В сравнении с ним Мин казалась слепым котенком. Объятия становились все крепче, поцелуи – настойчивее. Красавица понимала, что если сейчас ничего не предпримет, то юноша может зайти в своих ласках слишком далеко. Невероятным усилием ей все же удалось вырваться – Мин бросилась к двери, но и не успела и опомниться, как оказалась прижата к постели…Теперь оборотень вел себя не нежно, но как безумный зверь…На Мин нахлынула волна омерзения, вызвав позыв нестерпимой тошноты. Чудом высвободив запястье, девушка в мгновение ока вытащила из своих волос тонкий серебряный стержень, который помещался в специальный чехол и, таким образом, отлично маскировался под шпильку – таких стержней было всего четыре, замысловато, достаточно быстро и легко соединяющихся между собой и, расширяясь в размерах, образовывающих нож. Сталь плавно погрузилась в грудь красавца, заставив того глухо вскрикнуть и отпрянуть от Мин. Серебро постепенно убивало оборотня: вот он упал на одной колено, опершись ладонью о пол и вытащив свободной рукой стержень из глубокой раны…Девушка облегченно вздохнула, как тут же сквозь тишину прорезался смех...
– Серебро – остроумно! –смеясь, незнакомец поднялся с ковра и, как ни в чем ни бывало, отбросил оружие в сторону. – Все верно: откуда тебе знать, что меня этим металлом не убить?
Оборотень вновь направился в сторону опешившей девушки. Он все еще улыбался, но Мин прекрасно знала, что означает такая улыбка – бедняжке доводилось сталкиваться с подобными усмешками прежде. По мере приближения к красавице выражение лица юноши постепенно менялось, пока не приобрело угрожающе-бесстрастный вид: теперь на нее глядел кровожадный монстр, хладнокровный убийца…
Окаменевшая ручка Мин непроизвольно взметнулась к сочному ротику, накрыв его дрожащей ладошкой. Чаша потрясений переполнялась: еще чуть-чуть, и девушка попросту потеряет сознание. Где-то вдалеке обиженно звякнул стержень – разум Мин туманился.
Она вжалась спиной в стену – отступать больше было некуда. Приближающиеся шаги затихли – пальцы незнакомца скользнули по ее нежной щеке, добираясь до горла. Мин в ужасе истошно закричала – но лишь мысленно; ногти девушки впились в руку оборотня, пытаясь оторвать ее от себя. К немалому удивлению Мин, юноша не стал душить ее, как показалось девушке изначально, и сразу же убрал свои ладони.
– Тише, тише, что же ты так страшишься меня? – его медовый голос, как ни странно, успокаивал, помогая красавице придти в себя. Но она больше не могла противиться этим чарам, не могла больше смотреть на незнакомца. Ножки Мин подкосились; силясь не лишиться чувств, она, не отдавая себе полного отчета в том, что делает, вцепилась в его одежды.
– Оденься, приведи себя в порядок и выходи из опочивальни. Снаружи тебя будут ждать, – усадив обмякшую девушку на постель, произнес Эр. Затем он удалился из спальни, бросив напоследок. – Только прошу: не заставляй меня долго ждать.
Мин осталась одна. Пелена, застилавшая глаза, рассеялась; размытые очертания комнаты вновь стали четкими. Ладошка девушки нечаянно дотронулась до мягкого алого бархата восхитительного платья с небольшим декольте, обитым пепельной опушкой, чуть спущенными плечами и длинными облегающими рукавами. Рядом лежал широкий серебристый пояс из тонко выделанной кожи и такие же башмачки на невысоком каблучке. На туалетном столике стояла склянка с изысканными духами, лежала щетка для волос, а также золотые заколка, цепочка и сережки. В нежных ушках красавицы вновь прозвучали последние слова оборотня –и девушка не рискнула поступать наперекор его воле. Умывшись в медном чане с теплой душистой водой и приведя в себя в порядок, Мин оделась, зашнуровала корсет и вышла из спальни.
За дверями опочивальни царил полумрак –едва ли возможно было различить пальцы на собственной руке. Девушка в растерянности остановилась: оборотень сказал, что ее подождут здесь. Однако Мин никого не увидела –она находилась одна в пустом мрачном коридоре…Она не заметила в темноте, справа от себя, одинокую фигуру, принадлежащую высокому юноше, который восхищенно рассматривал ее.
–Вероятно, Вы и есть та самая дама, которая полностью завладела думами господина? – неожиданно раздавшийся со стороны голос испугал девушку. Юноша вышел из тени и чуть поклонился Мин , восторженно улыбнувшись.
Удивленная красавица не ответила. Она продолжала молча изучать незнакомца.
– Позвольте представиться: мое имя Дэймор. Я являюсь советником Первого, а также его другом и опорой.
«Мин», – мысленно произнесла девушка.
–Чудесное имя, – доброжелательно вымолвил Дэймор, еще больше удивив девушку.
«Вы читаете мои мысли?»
– Это отличительная черта оборотней, – усмехнулся советник. – Но разве Вы не знали?
Мин пожала своими хрупкими плечами и после учтивого жеста Дэймора последовала за ним. Миновав, как показалось девушке, хитроумный лабиринт коридоров, они оказались в достаточно просторном помещении. Прямо перед ними высились исполинские золотые двери.
–Зала Собраний, – пояснил Дэймор. – Вас там ждут.
«Кто?» – не успела спросить девушка, как двери медленно раскрылись…Мин, машинально подставив локоть Дэймору по его же просьбе, шла вперед, будто в трансе…Все вокруг сверкало и искрилось в отсвете огней тысячи свечей, размещавшихся во всех углах на подсвечниках. Мин не видела, как десятки взоров присутствующих здесь намертво приковались к ней; как смешались в них ненависть и восхищение…
Посреди залы стоял длинный прямоугольный стол с многочисленными яствами, укрытый кремовой скатертью, во главе которого восседал сам Первый. Мин, обуреваемая противоречивыми чувствами, невольно смутилась: с одной стороны, этот красавец ей очень понравился, но с другой –было в нем нечто такое, что отталкивало девушку от него. И все-таки она нашла в себе силы улыбнуться, когда он почтительно встал и подал ей свою ладонь.
Присутствующие тоже поднялись со своих мест. Когда же их господин со своей любовницей опустились на стулья, оборотни последовали примеру своего лидера.
По ленивому взмаху кисти Первого его подданные пригубили кубки с крепким красным вином. Затем послышались первые ноты дивной музыки…
– Чудесно, как и ты сама, – шепнул девушке на ушко Эр. Его рука сжала под столом ее холодные пальцы.
«Ты похитил меня», – гневно подумала красавица, направляя поток мыслей на Эра. –« Я ничего о тебе не знаю. Я не понимаю, что происходит, и что тебе от меня нужно…»
– Любовь, – прошептал Эр. – Не беспокойся, душа моя, скоро ты все поймешь. Я влюбился в тебя, моя голубка, с первого взгляда…Я хочу твоей взаимности.
«Ты ведешь себя как дикарь», – не унималась красавица. – «Хочешь моей любви? Так почему ты не попытался заинтересовать меня, почему не стал ухаживать за мной? Почему, в конце концов, не познакомился со мной, но хочешь заставить меня силой тебя полюбить?»
Губы оборотня тронула усмешка.
– Ты такая наивная, душа моя. Кто сказал тебе, что я использую добрые, честные средства для достижения своих целей? Уж такова моя натура. Ты привыкнешь ко мне и полюбишь меня.
«Ты слишком самонадеян».
Мин слегка побледнела от боли, когда Эр с силой стиснул ее ручку.
– Не дразни меня, девчонка, – почти прошипел оборотень. – Ты не ведаешь моей мощи. Уж лучше тебе покориться моей воле.
«А ты сверни мне шею», – Мин нежно улыбнулась.
– Дурочка, – мягко заметил Эр. – Ты станешь моей: желаешь того или нет.
Ласка в его голосе таила в себе опасность. Потому Мин прекратила с ним телепатическое общение, и теперь лишь не спеша пила мелкими глотками вино и кушала маленькими кусочками запеченную с травами курицу, отлично улавливая на себе чей-то обжигающий взгляд, готовый испепелить ее заживо. Одной ей еще не было известно, какой смысл таит в себе этот праздничный ужин.
– Ты привел ее сюда, Дэймор? –тихо прошипела Тоттера, время от время бросая на соперницу исподлобья яростный взор.
– Да, – Дэймор пригубил кубок. Похоже, он начинал привыкать к необычному характеру хищницы.
– Красивая, – будто говоря с самой собой, констатировала пантера. Злоба злобой, однако она все же не могла не признаться самой себе, что женщина на диво хороша собой, даже прекрасна –и этот факт еще сильнее разъярял Тоттеру. Она наконец осознала, насколько уязвима…
– Согласен, – ответил советник. – Я был бы не прочь иметь при себе такую наложницу.
– Идиот, – презрительно фыркнула пантера. – Только об этом и думаешь.
– Ровно так же, как и ты о своей мести, – невозмутимо ответил советник. – Твой хозяин, по-моему, ясно дал понять, какова будет расплата за убийство.
– Плевать я хотела, – хмыкнула пантера. – Я не боюсь смерти.
– Жаль, такая отважная, сильная, красивая...Но…безрассудная, – с сожалением покачал головой Дэймор. – И ты согласна поплатиться жизнью за какую-то девчонку?
– Я хочу ощутить запах ее невинной крови, – ухмыльнулась Тоттера. – Поверь: я не отступлюсь от своих замыслов.
–Истинная хищница, – усмехнулся Дэймор. –Жаль, только, что ума в тебе ни на йоту нет.
Тоттера пропустила мимо ушей едкое замечание оборотня. Сейчас в ее голове зрел коварный план…
Праздник основательно вступил в свою силу. Захмелевшие оборотни шутили, веселились и требовали еще вина…В основном, это были мужчины – женщины вели себя гораздо скромнее.
– Господин, – один из них, изрядно выпивший и достаточно влиятельный, нахально устремил свой плотоядный взгляд на Мин, отчего та вжалась в стул. – Мы уже выпили прилично вина. Становится скучно. Не устроить ли нам небольшой Спектакль?
Мин не знала, что означало в устах хищника слово «Спектакль», однако сердце ей подсказывало недоброе.
– Слушаю твои предложения, – ответил Эр, поднося кубок ко рту. Все его жесты были необыкновенно мягкие и грациозные, отчего у Мин невольно захватывало дух. Могущественный, величественный, волевой…Среди людей вряд ли встретишь такого мужчину – уж все в нем больно разилось от привычного человеческого.
– Зачем тебе человеческая самка? – нагло заявил нахал. – Если уж на то пошло, что девчонка, как ты сказал, пройдет обряд посвящения в твои любовницы, то пусть хотя бы заслужит это звание. Будет за что ее хоть чуточку любить. Слабым не место среди оборотней – пусть сразиться с одной из нас!
На лице Тоттеры изобразилась ликующая улыбка: молодец, каков молодец этот глупец! Вот он, ее звездный час!
«Любовница?» – Мин не поверила в то, что слышит. До нее начинало доходить, куда она все-таки угодила. Этот негодяй ловко расставляет свои сети, чтобы опутать беспомощную Мин и использовать, а затем выбросить уже ненужную игрушку.
Эр невозмутимо отпил вина, а затем резко поставил кубок на стол, попутно расплескав его содержимое. Мин буквально подпрыгнула на месте. Красное пятно моментально расползлось по скатерти, завладевая все большей территорией, и теперь походило на кровь…
Взор Эра, направленный на смельчака, мог превратить того в кусок льда. Гости притихли.
– Хочешь Спектакля? – спокойно осведомился Эр. – Будет тебе Спектакль. Ты сразишься со мной. Это приказ.
Оборотень, казалось, онемел после последней фразы короля. Эр медленно поднялся на со стула и, направившись прямо к трясущемуся, как осиновый лист, подданному, буквально выволок того из-за стола за шкирку, как нашкодившего щенка.
– Вот уж не думал, что в рядах мои верных слуг имеются трусы, – презрительно выплюнул Эр прямо в лицо перепуганному оборотню. Затем он отпустил того. – Сражайся, наглец!
Никто и не думал вмешиваться, так как каждый боялся за свою жизнь: уж коли попадешь Господину под горячую руку –не миновать тебе мучительной гибели. А несчастный оборотень, похоже, ненароком не на шутку разгневал предводителя.
Послышалось утробное рычание – слуга широко распахнул глаза. Рык все усиливался, пока Эр открыто не зарычал на опешившего оборотня во всю глотку, обнажив длинные, острые клыки. Мин непроизвольно сжала кулаки, впиваясь ногтями в нежную кожу – не каждый день приходилось наблюдать за превращением человека в зверя. Но Эр и не думал принимать образ волка. Он просто рванулся вперед, мгновенно разорвав свою жертву на части, не успевшую даже опомниться…Тягучая алая жижа растеклась по полу, всюду валялись отдельные части плоти, куски мяса. Мин с тяжелым вздохом прикрыла веки –от этого жуткого зрелища ей едва не стало дурно…Но еще хуже было осознание того, в чьи лапы она угодила –лапы убийцы, не знающего пощады.
Эр отдал очередной приказ убрать останки погибшего и вернулся на свое место. Когда Мин вновь ощутила его близость, ее накрыло волной тихого ужаса, от которого волосы вставали дыбом. Что же ей теперь делать? От былой симпатии не осталось и следа…Сейчас ей хотелось лишь одного –бежать, причем куда подальше.
Оборотни, впрочем, продолжили пировать, как ни в чем не бывало. Или хотя бы напускали на себя такой вид.
Весь вечер Мин кусок в горло не лез –и все это время Тоттера внимательно следила за девушкой. Уже далеко за полночь гости начали расходиться, а Эр повел испуганную Мин в свои покои. Но стоило им выйти за двери Залы Собраний, как в эту же секунду Тоттера преградила им путь.
– Погоди, Хозяин!
– В чем дело, Тоттера? – ответил за нахмурившегося предводителя Дэймор, опасаясь за сохранность конечностей последней.
– Что же, ты нарушил наши вековые традиции, господин? – усмехнулась пантера. – Я могла бы вступить в Спектакль с твоей любимой, не тронув ее и когтем. Зря ты убил того несчастного.
–Знаю я, чем оканчиваются твои Спектакли, – угрюмо отмахнулся Эр. – Прочь с дороги, рабыня! Не зли меня понапрасну.
Рассерженная пантера отошла в сторону. Но стоило предводителю и Мин сделать пару шагов вперед, как в ту же секунду позади них раздался угрожающий рык. Дэймор успел отскочить влево, увлекая за собой девушку ¬.
– Что же ты так подло поступаешь, хозяин? – прорычала удивительно красивая огромная пантера с блестящей шелковистой шерстью. –Готов убить своих ради человеческой самки! Я не собираюсь мириться с твоими глупыми прихотями!
Бешено зарычав, Эр набросился на Тоттеру, попутно трансформируя свое тело в волка. И вот тот самый зверь, которого Мин встретила у озера, сцепился с пантерой в смертельной схватке. Летели в стороны клочья шерсти, куски вырываемой плоти, кровь…Пантера полоснула волка по морде, оставив глубокие царапины и едва не выцарапав ему глаза – тот взвыл от нестерпимой боли. И, покуда он тер морду лапами, она в два прыжка оказалась рядом с Мин и вцепилась в ее нежное горло…Челюсти Тоттеры еще не успели сомкнуться , как в тот же миг Дэймор, перекинувшись, рывком отбросил пантеру назад, ухватив ее за шкирку, и тут же пострадал от острых клыков – Тоттера почти отхватила ему правый бок. Теперь он лежа наблюдал за исходом поединка, не в силах подняться на лапы.
В очередной раз укусив Хозяина, Тоттера вновь предприняла попытку свести счеты с беззащитной девушкой…Увечить своего господина не входило в ее планы – целью оборотня была ненавистная человеческая самка…Однако Эр помешал этому – пантера, замешкавшись, не заметила очередного выпада хитрого волка, что чуть не стало для нее последним мгновением жизни: массивные челюсти Эра, схватившего ее поперек туловища, едва не переломили хребет пантере, отшвырнув ту к стене. Больно ударившись об нее, Тоттера жалобно мяукнула, и ее обмякшее тело сползло на пол, оставив за собой широкий кровавый след.
– Эр…–прорычала смертельно раненая пантера, силясь что-то произнести. –Эр…
«Эр?» – мысленно ахнула Мин, не удержавшись от такого известия на ногах, и упала на колени. –«Не может быть…»
–Похоже, девчонка в курсе, что представляет из себя кровожадный монстр Эр? – насмешливо заявила пантера.
–Молчи!!
«Нет!» – Мин, словно ошпаренная, подскочила и накрыла собой туловище Тоттеры, прежде, чем мощная лапа волка опустилась на голову последней…
«Не смей! Только через мой труп!»
Ошарашенный Эр застыл на месте, не в силах пошевелиться; изумленный Дэймор даже сумел подняться с пола…
Король, трансформировавшись обратно в человека, опустил руку.
– Можешь встать. Я не трону эту тварь и пальцем.
Мин не спеша сползла с потрясенной пантеры и подошла к Эру, вся перепачканная в чужую кровь.
– Дэймор, отведи ее в мою опочивальню. Я попозже присоединюсь к вам, – вымолвил Эр, не оборачиваясь на друга. Советник, тоже приняв облик юноши, обнял девушку за плечи:
–Пойдем, Мин. Он не тронет ее, не бойся.
Мин нехотя повиновалась. Дэймор довел красавицу до спальни и остановился.
–Иди внутрь, Мин, – неожиданно ласково для самого себя попросил советник. После поступка девушки в нем вдруг проснулось уважение к ее персоне, причем не наигранное, как было до этого. Когда красавица исполнила его просьбу, оборотень, зажав ладонью кровоточащую рану, отправился восвояси.
Войдя в опочивальню, Мин никак не удавалось успокоиться и придти в себя от последних событий. Эр…Тот самый Эр, предатель своей расы…Нужно бежать, и как можно быстрее! Но как?
Недолго пробыв наедине со своими мыслями, девушка пулей выбежала из покоев…Миновав несколько коридоров, Мин остановилась возле тех самых злополучных дверей…Стоило ночи опуститься на землю, как сырой воздух проник во все уголки замка, отчего Мин колотило.
Пантера лежала так же, как и несколько часов тому назад. Грудь зверя тяжко вздымалась, из пасти вырывался хрип. Мин присела рядом, поглаживая зверя по спине.
«Моя бедная», –думалось девушке. –«Что за глупости? Зачем так рисковать ради врага вашей расы?»
Мин не представлялось, чем она может помочь раненой. Разорвав подол своего роскошного платья, девушка перевязала той раны, местами накладывая жгут, что позволило остановить кровотечение. Красавице казалось, что Тоттера без сознания, потому она смело прикасалась к ней без всяких опасений.
–Вот ты где! – послышался голос Дэймора. –Господин наказал мне присматривать за тобой.
«А где он сам?»
–Наедине со своими думами, –ответ был лаконичен.
«Помоги ей, пожалуйста», – Мин кивнула в сторону Тоттеры. – «Она может умереть».
Дэймор задумчиво окинул взором разорванное платье возлюбленной Первого и саму пострадавшую.
–У нее нет сил, чтобы врачевать себя самой. Вряд ли я смогу чем-то помочь…Если господин узнает…
«Он добивается ее смерти? Я вылечу ее, но мне нужны кое-какие травы. А также, чтобы ее перенесли в комнату.»
– Ты –целитель? – оборотень удивился еще больше. – Вот так сюрприз! –Немного поразмыслив, он изрек. – Ты знаешь, я тоже хочу, чтобы Тоттера жила. Предводителю сейчас не до таких мелочей, как, по его мнению, смерть этой пантеры. Я перенесу ее в свои покои и предоставлю необходимые травы, только скажи, какие. По последним сведениям, Эр еще долго пробудет один на один с самим собой, а у тебя как раз будет время помочь Тоттере миновать кризис.
«Мне нужна Рассветная Сныть и подорожник», – подумала девушка. – «А также спирт.»
– Все будет сделано в лучшем виде, красавица, – заверил Мин оборотень. – Не беспокойся. Идем со мной.
Дэймор подхватил истекающую кровью пантеру на руки, вдвое больше него, словно перышко, и подался вперед, что сразило красавицу наповал. Мин шла за ним, опасливо озираясь по сторонам, так как в непроглядной темноте не было видно ничего. Когда Дэймор резко остановился, девушка едва не врезалась лицом в его спину.
– Осторожнее, – предостерег Мин оборотень, – рискуешь себе что-нибудь сломать.
Девушка кивнула и, придержав двери комнаты, чтобы Дэймор мог пройти внутрь вместе со своей ношей, вошла за ним. Уложить пантеру на постель, учитывая габариты первой, оказалось невозможным, потому пришлось разместить Тоттеру на ковре. Оборотень весьма оперативно добыл нужные средства, а также чистые тряпицы и новое платье для Мин, и покинул девушку с раненой. Обработав раны и сменив повязки, красавица переоделась и осталась сидеть подле пантеры, устроившись на постели. Спустя некоторое время объявился хозяин комнаты, порадовав Мин нежданной новостью:
–Теперь можешь точно не волноваться: Первый уехал по неотложным делам.
Переведя дух, девушка улыбнулась: шансы сбежать отсюда увеличились…
– Смотри, хорошо ее лечи, – попросил оборотень, кивком указав на Тоттеру. – Она уникальна…Если умрет, другой такой больше не будет. Эр не знает, какая мощь заключена в ней…
«И какая же?» – поинтересовалась девушка.
–Прости, – усмехнулся Дэймор. – И все же я не скажу тебе, потому что ты, несмотря на свое благородство, человек.
«Понимаю», – отозвалась Мин, направив на пантеру свой пристальный взгляд. Затем она перевела тему общения в другое русло. – «Необходимо, чтобы она приняла человеческий облик. У нее может начаться жар, и я должна буду поить ее водой…»
–Вскоре так оно и будет, – заверил оборотень спасительницу пантеры. – Сейчас кровь более- менее остановится, и Тоттера вновь примет вид девушки. Но пока она будет без сознания и без сил, не сумеет самостоятельно залечить раны…Придется за глупышкой немного поухаживать. – Вдруг он как-то странно на нее взглянул, – а почему ты разговариваешь лишь телепатически, а не вслух?
Мин смутилась: ей определенно никому не хотелось говорить о своем недуге, особенно, здесь…Тем более, чтобы это дошло до сведения Эра…
« Прости, Дэймор, но у каждого свои тайны…» – намек девушки Дэймор хорошо понял.
Усмехнувшись, оборотень ничего не ответил. Послышался слабый рык, переходящий в стон – Дэймор и Мин обратили свое внимание на пантеру: туловище зверя окуталось белесой дымкой, и через минуту на полу лежала девушка, почти нагая, в изорванной одежде. Перенеся Тоттеру на постель, Дэймор помог Мин раздеть ее.
– Кризис, похоже, миновал, – промолвил оборотень. – Иди спать, Мин.
«Я еще присмотрю за ней», – отказалась та. – «Мало ли что…»
– Что ж, в таком случае, я прогуляюсь. Последнее время мне что-то не спиться. Тебе не понадобится моя помощь –худшее позади. Тоттера –оборотень. Она на редкость живучая.
Дэймор вновь оставил Мин одну. Вскоре Тоттера впала в бред, и Мин поила ее водой.
– Эр…мерзкое животное…убью, – без перерыва шептала раненая и даже порывалась придушить Мин, но та, ловко уворачиваясь, терпеливо опускала ее на мягкие подушки. Наконец, когда больная успокоилась и погрузилась в глубокий сон, Мин села в стоящее рядом кресло, прислушиваясь к ровному дыханию последней…Постепенно дремота одолела ее, и девушка незаметно для себя уснула…
Утром ее разбудило чье-то шипение…Подняв веки, красавицы от неожиданности резко вздрогнула: Тоттера, склонившись над ней, шипела ей прямо в лицо.
«Новый способ будить спящих?» – недовольно осведомилась Мин, отмахиваясь от пантеры. – «Тебе лучше пока не вставать с постели…»
– Я исцелила свои раны, – сообщила Тоттера, находясь от Мин в опасно близком расстоянии. – Ты, что же, ухаживала за мной?
«Ты могла умереть,» – ответила Мин. – « Я не желала такого».
– Почему? – Тоттера оставалась внешне невозмутимой, хотя внутри нее все переворачивалось от непонимания: зачем врагу ее спасать?
« Вся моя жизнь состоит из множества смертей,» – словно читая мысли оборотня, вымолвила девушка. –«Я дышу смертью…Я устала от этого.»
– Что ж, – смущенная пантера отстранилась от Мин. – Я тебе благодарна, а потому даю обещание, что больше не буду посягать на твою жизнь.
«Ты успокоила меня», – губы девушки растянулись в доброй улыбке. – «Я знаю, что ты все же не хочешь меня здесь видеть. Потому отблагодаришь ты меня в том случае, если поможешь сбежать отсюда…»
Тоттера ошарашенно уставилась на Мин, отказываясь верить в то, что слышит... Еще минуту она стояла на месте, оглушенная, прежде чем ее глаза вдруг засверкали азартом и радостью…
– Послушай, человек, я ненавижу всю твою расу, но ты начинаешь менять мою точку зрения…По крайней-мере, о себе: ты отличаешься от того образа, который я трижды нарисовала в своей голове, прежде чем увидела тебя. Я помогу тебе сбежать, но и сама хочу покинуть этот опротивевший мне замок…Я не желаю более повиноваться тому, кто ради своих прихотей готов истребить своих же слуг, друзей, в конце-концов, свой вид…Уйдем вместе. Но я скажу тебе, когда.
Мин, не колеблясь, согласилась. Конечно, у нее еще был серьезный повод не доверять этой хищнице, но иной случай пока не представился. Вполне вероятно, что Эр попросил кого-нибудь приглядывать за ней, чтобы не сбежала, хотя бы того же Дэймора.

Эр стоял на балконе, полной грудью вдыхая свежий воздух. Эта девушка…совершенство и такая наивная…Дурочка, решила состязаться с ним в силе и храбрости…Чушь полнейшая! Почему она не может покориться ему, как это делали до нее другие любовницы, которыми он владел когда-то…тысячу лет назад? Или даже больше? И ни к кому из них он не чувствовал настолько сильного влечения.
Она вступилась за Тоттеру, посмевшую посягнуть на то, что принадлежит ему…Благородная, честная…Эр всегда отдавал дань уважения этим качествам, хоть и не обладал ими. Ее поступок как-то зацепил его душу, что изменилось в нем, что-то не так…Но вот что, Эр пока и сам не знал.
Его внимание привлекли незнакомые шаги: обернувшись, Эр узнал своего быстроногого гонца.
– Предводитель, – гонец поклонился, – со мной гость.
Боковым зрением король заприметил в тени одинокую фигуру мужчины в мокром плаще, который, подойдя ближе, сбросил капюшон.
– Узнаешь меня, господин?
Эр ухмыльнулся: еще бы ему не узнать убийцу супруги одного влиятельного герцога! По просьбе его же просьбе…
– Я разобрался с женщиной, которая была для тебя опасна, Эр, – промолвил Манд. – Кстати, в чем же заключалась эта угроза?
– Я благодарен тебе, однако не лезь не в свое дело. Неужели тебя не устроила награда? Зачем ты пришел ко мне? – оборотень пристально смотрел на наемника.
– Я здесь потому, – безмятежно ответил наемник, – так как один человек хочет увидеться с тобой.
–Очень интересно, – хмыкнул Эр. – Я не собираюсь встречаться с тем, кого не знаю в лицо. Люди наши враги.
–Что-то раньше ты об этом не задумывался, когда объединился с Гамором, – усмехнулся Манд. – Ты достаточно непостоянен в своих привычках.
– Я могу придавить тебя лапой, – угрожающе улыбнулся оборотень.
–Ерунда, – возразил тот, – ты прекрасно знаешь, что я уже давно не человек. Ты не представляешь для меня опасности.
– Я и забыл, – улыбка не сходила с лица Эра. – И все же Гамор всего лишь пользовался мной, потому при удобном случае я бы убил его…
–Скорее он сведет с тобой счеты. Он стал весьма могущественен. Тэнэбрис благоволит к нему.
– Вот так сюрприз, – даже такой новости не удалось вывести оборотня из душевного равновесия. Впрочем, ему все же было о чем беспокоиться: Гамор всегда жаждал власти, и даже сейчас ничто не остановит его…
– Да. Но вернемся к нашему с тобой разговору: я должен проводить тебя на встречу, – напомнил Манд. – Не беспокойся, ты можешь мне довериться.
– Довериться тебе? – хохотнул король. – Ты, что же, совсем меня за идиота держишь?
–Ты боишься меня, Эр? – прямо спросил Манд, после чего удостоился презрительно-высокомерного взгляда.
– Где он ждет меня? – холодно поинтересовался король оборотней.
– Тебе придется последовать за мной. Это очень важно, и не терпит отлагательств. Наш путь дальний, – Манд бросил на Первого внимательный взгляд. – Но только один. Нам не нужны свидетели.
–Хорошо. Я готов прямо сейчас, если это так срочно, – согласился Эр, установив мысленный контакт с Дэймором:
«Манд объявился. Со мной хочет видеться какой-то человек. Я отлучусь, меня не будет долго. Присматривай за моей крошкой, чтобы не сбежала. Если с ней что-нибудь случится, я перегрызу тебе глотку.»
Получив утвердительный ответ от советника, предводитель обратился к Манду.
– Можешь спускаться, я буду ждать тебя внизу.
И, прежде чем тот успел ответить, выбросил вперед какие-то камни, Эр перемахнул через перила балкона. Волна колдовского мрака накрыла тело оборотня – на мокрую траву спрыгнул исполинский черный волк, нырнув в открывшуюся магическую арку, и исчез.
Манд фыркнул, спустя мгновение рассыпавшись стаей ворон, последовавших за Эром. Птицы с отвратительным карканьем полетели над лесом на север, минуя замок Охотников. Волк поспешил за ними.
Охотникам, находившимся в замке, не составило особого труда учуять запах предателя. Перекинувшись, оборотни отправились на Охоту.
– Манд! – прорычал Эр. –У нас тут гости.
– Я их вижу, – прокаркали вороны, – они у тебя на хвосте.
– Неохота мне опять махать лапами, – поморщился оборотень.
– Могу помочь. Как раз будет возможность потренироваться.
– В принципе, я и один вполне справлюсь. Но мне любопытно, что собой представляет твоя сила.
Вороны ответили противным карканьем, перевоплощаясь с дымовую тучу. Охотники, почти нагнав Эра, в растерянности остановились.
Дым закружил над ними, обволакивая собой их фигуры. Волки заметно занервничали, попытавшись повернуть назад, но не могли сдвинуться с места, издать ни малейшего звука – их парализовало. Тем временем дым разъедал глаза, вызывая приступ удушья…Спустя короткое мгновенье изуродованные бездыханные тела упали навзничь.
– Внушительно, – констатировал приятно удивленный Эр, окинув взором трупы с изъеденными глазами и шкурой. – Ты, что же, выполняешь функции кислоты?
– Я владею и другими способами убийства, – промолвил Манд, трансформируясь в ворон. – Не будем терять драгоценное время. Нас ждут.
Эр, протяжно завыв на луну, бесшумно сиганул в заросли папоротника.
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (0)   
15:47 29.07.11
                                                       Глава 6.

– Собирайся, внученька, я покажу тебе лес, где раньше жили феи.
Ила, отложив веретено, сняла фартук и выбежала из избы. Бабушка как раз закончила все свои дела, и собиралась пойти за лесными ягодами. Девочка на бегу подхватила свое лукошко и взяла крестьянку под руку, отчего та ласково заулыбалась.
– Родненькая моя...
Малышка прижалась к предплечью старушки. Женщина рассмеялась.
В воздухе витал аромат летних цветов, всюду трепетало прозрачное марево. Теплый воздух нежно ласкал кожу; мягкая трава размеренно качалась на ветру, словно приветствуя неожиданных гостей. Охряная дорога, огибая деревню, переходила в узкую тропку, которая, пересекая поле, напрямик вела к горе, виднеющейся вдалеке. Заснеженные пики этой великанши высились над окружавшим ее густым лесом. По мере приближения Ила начинала видеть вершины остальных гор, правда, поменьше, составляющих единую цепь.
– Эти горы тянуться к нам из владений гномов, – пояснила старушка. – Мы находимся очень далеко от них.
– Я бы хотела увидеть гномов, – мечтательно вымолвила девочка.
– Если судьба, то увидишь, – усмехнулась женщина.
Лес вступал в свои права: редкие деревья, росшие по краям поля, раскинули свои широкие ветви, роняющие спелые плоды. Удивленная Ила подняла один из фруктов.
– Это магия фей, –с улыбкой ответила крестьянка на вопросительный взгляд девочки. – В этом лесу почти все деревья плодоносят, кроме елей и сосен, а также пихт.
– Вот это да! – восхитилась Ила, вгрызаясь зубами в сочный фрукт фиолетового цвета с желтой мякотью, вкус которого оказался кисло-сладким и чем-то отдаленно напоминал землянику.
Довольно мыча, Ила продолжила путь, любуясь открывшимся ей видом. Деревьев становилось все больше; на самом краю леса земля была покрыта сплошным ковром мясистых белоснежных цветов с золотистыми тычинками, источающих восхитительный аромат.
– Какая прелесть! – от изумления девочка выронила недоеденный плод. – Там, что же, весь лес в цветах?!
– Ну, не весь, – загадочно молвила бабушка. – Есть поляны с ягодами.
– Интересно, а феи в нем все еще живут? – задумчиво сказала Ила, скорее обращаясь к самой себе, нежели к своей спутнице.
– Кто знает…Вряд ли, –та пожала плечами. – Просто их волшебство может быть вечным. Никто не знает.
В лесу было довольно уютно и светло, не было непроходимых зарослей; складывалось такое ощущение, что ты находишься у себя дома. Здесь царила атмосфера добра и радости, невольно передавшаяся и самой Иле.
– Все свидетельствует о том, что раньше феи жили в этом лесу, – таинственно произнесла старушка. Осмотревшись, она вдруг указала ладонью в сторону со словами: « О, а вот и мои ягодки!», и отправилась на одну из полянок, сплошь и рядом покрытую крупной алой земляникой, величиной со среднее яблоко.
Ила принялась собирать ягоды в свое лукошко, попутно отправляя некоторые из них себе в рот и наслаждаясь чудным вкусом.
– А как называется ваше село, бабушка? – вдруг спросила Ила.
– Так и называется: Село Фей. Из-за горы – она тоже носит похожее название: Гора Фей. В трех милях от нас находится село Мельница. Наши земли принадлежат герцогу Вингерду…
Ила подскочила на ноги, как ужаленная, едва не перевернув лукошко. Женщина подняла на ребенка недоуменный взор.
– Что случилось, внученька?
– Герцог Дирт Вингерд? – возбужденно переспросила Ила.
– Да, родненькая, он самый, – выпрямившись, крестьянка положила свои ладони на худенькие плечи девочки, – что с тобой?
– Он женат на моей сестре, ее зовут Вилара. Я –воспитанница герцога Кассант, – упавшим голосом выдавила Ила.
Бабушка охнула, всплеснув руками.
– Так вот оно что, дитятко! Да, все мы знаем герцогиню Вилару! Так как же так получилось, что ты оказалась здесь?
– Меня хотели убить, – ответила девочка. – Покойная герцогиня Кассант наказала своей служанке уколоть меня отравленной иглой, что та и сделала. Потом она раскаялась, и, прося у меня прощения, все рассказала. Затем в мою комнату пробрался какой-то господин…Я видела, как он душил камеристку, выведывая у нее, где я нахожусь. Я побежала.
– Расскажи-ка все по порядку, – спокойно и твердо попросила женщина.
Ила выполнила ее просьбу. Но, когда рассказ дошел до момента появления феи, крестьянка не на шутку забеспокоилась.
– Родненькая моя, так это же…одна из шести сестер-Цариц, правительниц сказочного народа! Она верховодит ими! Так что же…ты, получается, и есть обещанная Зовущая?
Ила непонимающе посмотрела на женщину. Вздохнув, бабушка поведала девочке о древнем предании, передающемся от одного поколения к другому, из уст в уста. Оно предсказало приход Зовущей – той, которая наделена способностью разговаривать с феями, чья душа чиста, словно стеклышко. Она может пробудить Царицу от долгого сна…
– Фея, впадающая в сон, называется Спящей, – пояснила крестьянка. – А когда она бодрствует – Бдящей. Сон нужен для того, чтобы восстанавливать магические силы. Такой сон называется Сном Волшебства. Пребывание Царицы в стране сновидений длится дольше, чем у обычных Бдящих…Раньше таких фей было много. Они отличались от других тем, что могли противостоять Темным Силам, защищать этот мир от них…
– Это было что-то вроде личного войска Царицы, – пояснила бабушка. – Но есть одно «но»: Бдящие никогда не убивали…Они могли воевать лишь с Тьмой, значительно ослабляя ее мощь…И противостояли ей с помощью своих чар. Но теперь их практически не осталось.
– Почему? – удивилась Ила. – Что же с ними сталось?
– Почти все они любили Тан…– бабушка тяжело вздохнула. – Великая волшебница, Бдящая…Она управляла войсками Царицы, ее мощь была безгранична. Понимаешь, фей очень легко убить. Если лишить жизни того, кого фея любит – ее сердце сразу же разорвется на части, когда она узнает о гибели близкого. В прямом смысле этого слова. Помнишь, как я рассказывала о тебе, как Гамор пытал Тан?
Ила кивнула. Теперь она поняла, в чем обстоит дело.
– Получается, – ее дыхание участилось от волнения, – Царица может погибнуть?
– Лишь чудо спасет ее, – горестно промолвила бабушка. – Ила, ты должна непременно отыскать Царицу.
– Она сказала, что сама найдет меня, – произнесла девочка.
– Это хорошо, – согласилась старушка, – но пока фея будет тебя искать, она может узнать правду…Попытайся хотя бы сообщить ей, где находишься. Так будет проще.
– Я постараюсь, – заверила Ила крестьянку. – Правда. Я очень хочу помочь ей.
– Пусть небеса благословят твою задачу, Зовущая, – крестьянка радостно расцеловала девочку в обе щечки. – Наконец-то ты пришла!
Увлеченные беседой, бабушка с девочкой не почувствовали, как переменился ветер, став морозным. Как непривычный для столь жаркой погоды холод наполнил собой лес, как деревья и кусты покрылись инеем; как вдруг по земле стал стелиться белый туман, подобный молоку…
– Что-то похолодало, – Ила поежилась. – Странно…– затем, случайно повернув голову, девочка окаменела. Нехорошее предчувствие заполнило собой ее душу, – что это?
– Не знаю, – растерянно пробормотала бабушка. – Пойдем-ка отсюда, родненькая…
Они медленно попятились, отступая от туманного потока, который постепенно увеличивал скорость.
– Бежим! – закричала Ила, дернув бабушку за рукав. Та, моментально забыв про свой возраст, со всех ног пустилась наутек.
«Да уж, феи давно покинули это место», – промелькнуло в мыслях ребенка. Бежали они, впрочем, недолго: что-то, нагнав старушку, схватило ее за ногу, отчего та упала, выронив лукошко и рассыпав ягоды…
– Бабушка! – вскричала Ила и бросилась ей на помощь, успев удержать женщину за руку, не давая невидимому врагу утащить последнюю в туман.
– Беги! Брось меня! – крестьянка с силой надавила на ладонь Илы – детские пальчики рефлекторно разжались, и исчезла во мгле…
Девочка непроизвольно вскочила на ноги и продолжила свой бег. Она почти добежала до опушки, как вдруг таинственный противник нагнал и ее, рывком швырнув на траву.
– Помогите!! – истошно завопила Ила, еще толком-то и не увидев врага. Перевернувшись на спину, малышка замерла от ужаса: на нее смотрел белесый призрак женщины. Половина ее лица была прекрасна, на другой отсутствовали кожа и мышцы, обнажив кость. От незнакомки исходил отвратительный смрад горящей плоти – девочку едва не стошнило от омерзения…
– Я королева Иллюзий, – представилось чудовище, продемонстрировав острые клыки. Свежая кровь еще не запеклась около ее рта.
– Что ты сделала с бабушкой?! – крикнула девочка.
– Ты больше не увидишь ее, – ответила та. – Ничего не увидишь.
С этими словами она протянула к малышке свои руки, на которых вместо пальцев шипели и извивались змеи, та в ужасе закричала. Вспомнив слова бабушки, Ила мысленно воззвала к Царице сказочного народа: «Царица фей, помоги!!»
                                                             ***
Даже издалека можно было заметить пять одиноких фигур всадников, восседающих на породистых конях. Полдня назад они выехали из замка; скача по равнине, миновали село Мельница, а теперь приближались к Пяти Холмам, на которых, как ни странно, росли крупные грибы.
– За тем холмом, – вымолвил Тумантос, указав рукой на самый маленький, последний из ряда, находящийся на левом краю, – возле одной из Древних Гор располагается село Фей. Как утверждают сами жители, в лесу, окружившем ее, раньше жили феи…
– Довелось мне познакомиться с одной из них…– процедил сквозь зубы Дирт. – Ненавижу!
– Вы рассказывали эту историю, – прервал излияния герцога граф. – Позвольте заметить, что она больше похожа на игру Вашей фантазии…Мой вам совет: поезжайте за море, отдохните на Манговых Островах, подправьте свое здоровье.
– Благодарю за совет, – поморщился Дирт, – но он пока неуместен. Во-первых, я не псих, во-вторых, без супруги мне не надобно никаких развлечений и отдыха.
– Ваша супруга мертва, – твердо вымолвил Тумантос.
– Я видел ее собственными глазами, – отрезал Дирт. – Прекратите пререкания, граф! Этот разговор бессмыслен.
Тумантос промолчал, одарив друга сердитым взглядом. Воины, сопровождающие их, переглянулись.
– В «Фее» мы можем купить себе дополнительные запасы, – командир попытался разрядить напряженную обстановку. – Здесь растут невиданные фрукты и делают отменную колбасу, славящуюся на всю империю.
– Что ж, надо попробовать, – усмехнулся герцог. – А что, Тумантос, заедем - ка, передохнем чуток. Но ненадолго. – Затем он обратился к остальным воинам. – Как на это смотрят наши телохранители?
– Положительно, – отозвался рыжий бородач довольно плотной комплекции, самый могучий воин из всего войска, которого звали Доментор. – Венис? Сабаум?
– Согласен, – ответил Сабаум, проведя рукой по короткий русым волосам, самый быстрый из остальных, стройный и красивый безбородый юноша, ровесник Тумантоса.
– Присоединяюсь к мнению Сабаума, – ответил Венис, знаменитый своей ловкостью и умением водить противника за нос. Воин был низкорослый и с виду хрупкий, однако он за свою недолгую карьеру заслужил немало лавров и роз, которые ему бросали девушки, как только отряд возвращался из очередной битвы с успехом.
–Решено, – вымолвил Дирт, – едем в село.
Отсюда, с вершины холма, открывался великолепный обзор на степь с редкими кустарниками и немногочисленной порослью. Чуть дальше начиналась Аллея Грозовых Камней: невероятно широкая и длинная сеть плоских камней, которая образовалась несколько тысяч лет тому назад во время грозы. А слева от холма, в северо-восточном направлении, были видны горы…
–Нам туда, – промолвил Дирт, кивнув в сторону Горы Фей, и спустился вниз.
Спуск оказался достаточно крутым, и конь под своим хозяином, едва не упав и не подмяв под себя всадника, несколько раз споткнулся на бегу, но умелая рука последнего опытно направляла его, помогая удержать равновесие.
– Осторожней, Ваша Светлость, –предостерег мужчину Сабаум, едва копыто его жеребца уверенно ступило на ровную почву вслед за резвым скакуном герцога. – На таких крутых спусках не мудрено переломать себе все кости.
–Мне не о чем беспокоиться. Уж если что, мои верные соратники их соберут, – отшутился Дирт. Но затем он принял серьезный вид. – Вы знаете, что я вам доверяю.
Сабаум кивнул с одобряющей улыбкой, и всадники продолжили свой путь. Меньше чем за полчаса они уже въезжали в деревню, распугивая кур и притягивая к себе любопытные взгляды простодушных крестьян.
Тумантос, ехавший впереди Дирта, остановил коня и несколько раз похлопал в ладоши, пуще прежнего привлекая к своей персоне внимание.
– Кто ваш староста? – громко спросил юноша, ловя на себе восхищенные взоры девиц.
По толпе, окружившей незваных гостей, пронесся оживленный шепот. Неожиданно люди расступились, уступая дорогу невысокому мальчику с двумя косами до пояса цвета огня и большими зелеными глазами. Щупленький юнец был одет в широкую крестьянскую песочную рубаху и грубые серые штаны. Его ноги были обернуты в ткань, завязанную на щиколотках шнурками – такую обувь носили в селениях, находящихся на землях герцога Вингерда.
– Я, – послышался звонкий голос, несказанно удивив воинов таким ответом.
–Ты, отрок? – в диалог вступил Дирт.
– Да, воин, – от толпы отделился какой-то старик. – Это сын нашего бывшего старосты.
– Что же с ним случилось? – промолвил Тумантос, бросив на мальчика короткий взгляд.
– В наших краях завелась, нечисть, господа, – ответил мальчик. – Она истребляет мирных жителей, навевает на простой люд страх… – затем он перевел тему в другое русло. – Какими же вы судьбами оказались в нашей скромной деревне, благородные рыцари?
Дирт и его спутники спешились, отдав поводья одному из мужчин. Дирт подошел к мальчику, выразительно взглянув прямо в его милое лицо.
– Я –герцог Вингерд, обладатель этих земель. Мне нужна провизия.
Неожиданно губы старосты побледнели от гнева, отчего тот на мгновение оторопел – нечасто ему приходилось сталкиваться с такими странными юнцами. Что-то было в этом мальчике необычное и в то же время пугающее…
Ошарашенные крестьяне поклонились своему господину. Мальчик не стал исключением, но его коробящий взор не менялся.
– Итак, Ваша Светлость, – вдруг начал он, – правильно ли я Вас понимаю: в Ваших владениях твориться нечто
зловещее, погибают невинные люди, а Вас в это время волнует лишь запас пищи и воды? Где Ваши воины, почему они не приходят к нам на помощь, почему не защитят нас? Почему Вы дремлете в своем замке, мирно потягивая свое вино? Почему не ведаете о том, что твориться в ваших владениях?
Оцепенение тотчас прошло, уступая место нарастающей злобе. Герцог буквально испепелял своим взглядом наглеца, высокомерно смотря на него свысока. Сейчас он готов был придушить этого желторотого птенца, осмелившегося так резко и нахально высказаться в адрес него, герцога Вингерда!
Толпа беззвучно ахнула после такого смелого замечания своего старосты. Дирт склонился к юнцу и буквально прошипел ему в лицо:
– Если я захочу, мелкий гаденыш, то ты жестоко поплатишься за такое оскорбление своему хозяину. Я раздавлю тебя, как лягушку…
– Возьмите свои слова обратно, Ваша Светлость, и избавьте свои земли от напасти –таков Ваш долг, Вы несете ответственность за все, что здесь происходит. И тогда я принесу Вам свои глубочайшие извинения, – тот, в свою очередь, и не думал страшиться дворянина.
– Ты переходишь все границы… – Дирт тщетно пытался сдержаться. – Ты дерзишь своему господину, малыш…
Над мальчиком нависли еще три фигуры. Доментор схватил подростка за шиворот, и грубо встряхнул, как нашкодившего котенка, готовясь оторвать наглецу какую-нибудь часть хрупкого тела. Женщины испуганно зажимали себе рты, остро переживая за мальчика; где-то заплакал ребенок…
– Вы как будто и не слышали моих слов, Ваша Светлость, – мальчик, у которого едва глаза не вылезли из орбит от того, как его тряс могучий воин, и не предпринимал никаких попыток освободиться. –Взываю к Вашему благоразумию: услышьте меня! И прикажите своему слуге отпустить меня, так как я в состоянии оказать вам достойный отпор.
Воины недобро расхохотались. Лишь Дирт и Тумантос оставались крайне серьезными.
– Доментор, – грозно вымолвил герцог. – Сними-ка с седла свою плеть и всыпь этому нахалу двадцать ударов, чтоб неповадно было впредь так неразумно поступать.
– Вы не услышали мою просьбу, – глухо отчеканил мальчик, когда воин сделал первый шаг, направившись к седлу. В следующую минуту юнец извернулся так, что едва не вывихнул витязю руку, плотно удерживающего его. Тот не сразу понял, что происходит…Лишь пропахав носом землю, воин сообразил, что произошло, и в ярости схватился за оружие…Но ножны, висевшие на поясе, уже пустовали…
Ловко орудуя мечом, как зубочисткой, мальчик налетел на Вениса, выполняя сложные выпады. Тот, пытаясь отражать удивительно быстрые и четкие удары, вдруг не удержался на ногах под таким сильным напором, и присоединился к Доментору, который, вскочив, подбежал было к мальчику –и тут же, получив пяткой в лицо, упал на спину. Впрочем, в этом невероятном поединке воин был не одинок –одновременно с ним на юного мечника наступали Дирт и Сабаум. Но вот, крутанувшись на месте, прыткий мальчишка выбил оружие из их рук, и в ту же секунду парировал удар Тумантоса. Командир выронил меч, но не растерялся, и схватился с юнцом врукопашную. Каким-то чудесным образом ему все-таки удалось скрутить мальчика, уткнув того носом в траву…
–Молодец, Тумантос, – выдохнул ошеломленный Дирт. Его спутники, кряхтя, поднялись с земли.
– Отпустите его, господин! – неожиданно в ноги командиру повалился тот самый старик, который разговаривал с герцогом. – Бейте меня, но не троньте дитя!
– Дитя, – хмыкнул Доментор, – чуть дух из меня весь не выбил!
–Отдайте его мне, командир, – поддержал старика Доментор, – я еще не исполнил приказ Его Светлости.
Тумантос послушно передал мальчика своему подчиненному, железная рука которого сомкнулась вокруг тонкой шеи подростка. Неожиданно старик, подскочив к мальчику, залепил ему звонкую пощечину…На юном лице не дрогнул ни единый мускул. Напротив, мальчик со спокойной и доброй улыбкой проговорил, обратившись к крестьянину:
– Спасибо. Но не стоит меня выручать: я не боюсь боли. Пусть лупят, если им от этого легче станет.
– Господин! – старик встал перед Диртом на колени. – Пусть меня отстегают вместо мальчика! Он же еще ребенок!
Но тот не слушал его речей: сейчас внимание герцога было полностью поглощено этим загадочным юнцом.
– Я отменяю приказ, Доментор, – промолвил он наконец. – За нанесенное оскорбление нс накормят и напоят, а коням бросят овса. А этот юнец, – мужчина кивнул в сторону мальчика, – разделит с нами трапезу и расскажет, в чем обстоит дело.
– Слышите, что говорит Вам Ваш господин, крестьяне? – Сабаум обратился к жителям деревни. – Выполняйте!
Доментор отпустил свою жертву. Тот невозмутимо поспешил выполнить то, что сказал Дирт: коней отвели в стойло и дали овса, а также ключевой воды. Герцога и его спутников проводили в дом старосты, где их ждали узлы с провизией и накрытый стол.
– Действительно, отменная колбаса, – довольно промычал Доментор, до отказа набив свой рот чесночной колбасой.
– А теперь расскажи, отрок, какая напасть вас постигла, – промолвил сидящий во главе стола Дирт, внимательно глядя на мальчика, расположившегося напротив него.
–Существо, порожденное магией Темных, – промолвил юнец, заставив Доментора поперхнуться. Венис по-дружески похлопал товарища по спине, и подал воды. Осушив стакан, пришедший в себя воин ошалело уставился на ненормального мальчишку.
– Ты хоть знаешь, что говоришь? – строго поинтересовался Тумантос.
– Сомнений нет: в лесу, окружающем гору Фей, время от времени пропадают люди. Через некоторое время их изуродованные останки находят недалеко от нашей деревни. Бывает, даже в собственном доме можно обнаружить обугленный или оторванный палец.
Доментор отложил кружочек колбасы в сторону.
– Приятного аппетита, малыш, – угрюмо процедил воин.
– Говори, – Дирт, как ни в чем не бывало, продолжал жевать охлажденное мясом с поджаренным хлебом.
– Последний и единственный свидетель умер у меня на коленях, – вымолвил староста. – Он ходил в лес за ягодами…До этого случая мы и предположить не могли, что завелось в нашем лесу. Этих существ, бесплотных духов, называют видениями. Видение свиреп и кровожаден, убить оружием его невозможно. Они насылают на свою жертву кошмарные видения, питаются их страхом. Напитавшись, Видение может на время обрести осязаемую оболочку –и тогда он разрывает несчастного на части. Они – низшие слои Иллюзий, которые отличаются от Видений тем, что прилепляют к себе понравившуюся душу. Они захватывают тело человека, и живут в нем до тех пор, пока не выжмут из него все жизненные соки. Такое тело быстро разлагается от темной сущности Иллюзии, потому та ищет новое обиталище, а душу забирает себе, в вечное рабство…Грешные души могут пополнить ряды Видений, если их на то благословит сама Королева Иллюзий.
Повисла пауза. Теперь никому не хотелось обедать, даже герцогу. Мальчик поведал также, что Иллюзии собственноручно истребляли фей, потому что были их главными и злейшими врагами.
– И как же мы вас спасем? – осведомился хмурый герцог. – Я ведь не маг.
Юный староста шумно вздохнул. Ему, явно, все это давно уже порядком надоело; подросток выглядел крайне утомленным – герцог неожиданно для самого себя ощутил жгучий стыд и жалость к этому маленькому человеку. Он, повелитель этих бескрайних просторов, не только не знает, что твориться на его землях, но даже не может предпринять никаких попыток для их защиты. Достоин ли он тогда называться господином и хозяином? Поглощенный своими личными проблемами, он совсем забросил свои владения, напрочь забыл про его обитателей. А ведь юнец прав: Дирт отвечает за все происходящее здесь.
– Господин, – прервал раздумья герцога юный мечник, – я всего лишь ребенок и мои возможности не безграничны. То, что я успешно освои…л меч, не означает, что я всемогущ. К сожалению, в этом случае я бессилен…Потому я предлагаю Вам объединить наши умы, силы и, разработав определенный план, выступить против общего врага…
Дирта возникло ощущение, будто вовсе не ребенок говорит сейчас с ним. Рано повзрослело это дитя…Рано – и герцог в этом виноват…
– Послушай, отрок, – начал Дирт. – Наш дальний путь лежит в саму столицу, к императору. Там я все объясню нашему правителю, попрошу самого могущественного мага, и мы вернемся сюда и разберемся с нечистью…Эй, мальчик, с тобой все в порядке?
–Да, – промычал отчаянно побледневший староста. – Все хорошо.
– Лгать ты не умеешь, – констатировал Тумантос.
– Вообще-то, – ребенок неловко заерзал на стуле, – император как раз таки и создал этих чудовищ…Много тысяч лет тому назад. И они дремали до тех пор, пока не очнется от векового сна Древняя Сила…
– О чем ты? – встрепенулся обалдевший Доментор.
– Только Бдящие и эльфийские маги способны одолеть Иллюзий, – ответил ребенок. – А вовсе их уничтожить и положить всему конец – камень, висящий на шее у Повелителя Эльфов…Он самый сильный из всех Повелителей, но находится в глубоком сне…
Развить тему мальчику не дали. В избу вихрем ворвался какой-то мужчина и, тяжело дыша, бросил:
– Ила и матушка ушли в лес Фей…Их нет уже несколько часов…Ханни, я не хочу отыскать в своей избе детский пальчик… Я отправляюсь туда.
Мальчик вскочил, словно ошпаренный. Его лицо, побледневшее пуще прежнего, покрылось испариной. Воинам также не пришлось ничего объяснять: бросив обед, они поднялись из-за стола.
– Как?? Ты не остановил их?? Всем в селе известно, что Лес Фей –запретная зона! Почему твои домашние не знают об этом??
– Я несколько дней был в отъезде, а матушка ни с кем особо не общается…Вот только приехал и нашел на столе записку...Ила написала, куда они отправились…– горестно вздохнул мужчина.
–Веди меня, крестьянин, я иду с тобой,– промолвил Дирт, ошарашив друзей.
– Господин, это самоубийство! – воскликнул Доментор и тут же покраснел под укорительным взором герцога.
–Уж не струсил ли ты, воин? Не забыл, что твоим страхом питаются эти твари? – строго спросил герцог, отчего тот презрительно фыркнул и положил правую ладонь на рукоять меча.
– Погоди, Натит, я возьму отцовский меч, – сказал Ханни, и извлек из-за печи простые кожаные ножны. Но вот что привлекло особое внимание Дирта: на гарде меча красовался оранжевый алмаз… Такими клинками могли владеть только воины, которым король Алла раздал за особые заслуги перед королевством…Пока один из правителей, нынешний император, не пошел огнем и мечом на чужие земли, и, захватив их, не объединил в единую империю…
– Твой отец был воином? – усмехнулся герцог. Но мальчишка нимало не смутился.
– Да. Он обучил меня искусству мечника.
– Довольно необычный меч для простого воина, – начал герцог, но Ханни перебил его:
– У каждого свои секреты, господин. Лучше поторопиться, пока еще не стемнело.
Дирт согласился с доводами мальчика и поспешил за ним к конюшне. Конюх, поклонившись воинам, вместе со своими помощниками мигом оседлал скакунов и еще двух лошадей для Натита и старосты. Взлетев в седло, лихой малый галопом направил своего коня в другой конец села. Дирт только диву давался, насколько ловок этот юнец, что подпитывало уверенность герцога в его необычном происхождении.

Чем больше всадники удалялись от села, тем сильнее герцога обуревало тревожное чувство…Казалось, сама смерть дышит ему в спину. Напряженно вглядываясь вдаль, воин с изумлением отметил, что, хоть на улице стояла ясная солнечная погода, там, в начале лесного массива, на землю опустился густой туман…Повеял ветер, донеся до ноздрей мужчины удушливый смрад горящей плоти… Послышался шепот множества голосов, змеиное шипение и тихий зловещий смех, от которого бросало в дрожь. Вдруг окружающий пейзаж резко сменился: с ветвей и макушек многовековых деревьев опадала зеленая листва, на лету рассыпаясь в прах; бурые стволы почернели, трава покрылась инеем… Непрошенных гостей приветствовали лишь голые остовы деревьев, напоминающие скелеты – от былой роскоши чарующего леса не осталось и следа.
– Дело плохо, – прошептал Ханни, поравнявшись с воином. – Мы вторглись в их мир…Мир злобных духов.
– И нам тут определенно не будут рады, – заключил Дирт, прислушиваясь к посторонним звукам и внимательно озираясь по сторонам.
– А где наш отважный спутник? – беседу мальчика и герцога прервал бас Доментора. Оглянувшись, Ханни не увидел Натита, пару минут назад ехавшего подле него.
– Натит? – взволнованно позвал крестьянина староста, извлекая меч из ножен. Примеру юного мечника решили последовать и остальные.
Кони отказывались ступать дальше, фыркая и испуганно ржа. Видя это, Дирт спешился и отпустил поводья, позволяя своему скакуну оставить себя. Но верный конь, хоть и был изрядно напуган, не спешил покидать своего любимого хозяина, ровно так же, как и остальные лошади, исключая лишь кобылу мальчика. Как только Ханни ступил на землю, лошадь в ужасе ускакала прочь.
– Натит? – еще раз окликнул крестьянина мальчик, как в эту же минуту послышался душераздирающий детский крик: «Помогите!»
Спутники Ханни, включая его самого, бросились в сторону, откуда продолжали доноситься мольбы о помощи. Ветви-крючья цеплялись за одежду, пребольно хлестали по лицу, словно не желая пропускать спасителей дальше. Но воины и мальчик все же сумели добраться до злосчастного места, где застали жуткую картину: над бледной, как полотно, маленькой девочкой склонилось чудовище в облике женщины, за спиной которой сновали твари, подобные ей. Призраки с обезображенными лицами и телами, устрашающий вид которых просто не поддавался описанию, так же, как и аромат, который они источали…
С трудом подавив позыв тошноты, Дирт прикрылся рукавом. Кажется, их заметили: женщина обернулась с ухмылкой, не сулящей гостям ничего хорошего.
– Вы вторглись в мои владения, смертные, – прошипела она, неспешно приближаясь к герцогу. – Я могу убить вас, но могу и сохранить вам жизнь, взамен на небольшую услугу. Что вы выберете?
– Уж мы-то осведомлены, какие услуги ты оказываешь подобным нам, ведьма, – вперед выступил бесстрашный Ханни, заслонив собой герцога. – Так не терпится высосать наши души?
– А ты не боишься, – ухмыльнулась Королева, легко касаясь костлявыми призрачными пальцами нежного лица мальчика.
–Неохота предоставлять тебе бесплатный обед, – сурово отрезал староста. – Кстати, этот лес всегда принадлежал и будет принадлежать только феям.
– Феям…– Иллюзия разразилась диким хохотом. Ее слуги яростно зашипели, окружая воинов.
– Назад! – вскричал Доментор, выставив перед собой клинок. Одно из Видений, тоже в облике женщины, лизнуло острие и, пройдя сквозь него, всем телом прижалось к онемевшему воину, растворяясь в воздухе. Оно пока было не властно над его душой, ведь мужчина не испытывал страха перед этими бестиями, потому то не могло причинить ему никакого вреда.
– А ты знаешь, – начала Королева, воротясь к своей жертве, – что я способна заставить тебя бояться? Я ведь могу на твоих глазах по частям отрывать от этого милого, – безобразные руки Иллюзии принялись поглаживать влажные от слез щечки ребенка, – дитя маленькие кусочки. Постепенно, наслаждаясь воплями этого ангелочка…– девочка тихонько поскуливала от ужаса, слезы градом катились из глаз малышки. – И я чувствую, что ты испытываешь страх…За нее…
– Ты питаешься страхом перед своей персоной, – хладнокровно возразил Ханни.
– Видишь, девочка, как беспокоятся за твою судьбу? – продолжала бесовка, обращаясь к Иле, доведя ту до полуобморочного состояния. – Никто тебе не поможет…
– Что ты сделала с Натитом? – гневно воскликнул мальчик, брезгливо поморщившись, когда очередное Видение из свиты Королевы дотронулось до его кос.
– С тем крестьянином? Он отправился к своей матушке…В могилу…
Не выдержав больше такой душевной пытки, Ила зарыдала, срываясь на пронзительный вопль. А Иллюзия все больше впитывала в себя ее страдания, насыщаясь и обретая телесную оболочку…Видения зарычали яростнее в предвкушении свежей крови…
– Ила, подави свой страх! – вскричал Ханни. – Тогда тебя не тронут!
– Не могу, – прозвучал ответ.
Королеве начинало надоедать упрямство мальчика. Гримаса злобы исказило обезображенное лицо – ведьма, резко повернувшись, взмахнула рукавом...
– Ни один из смертных еще не уходил от меня живым, –прошипело чудовище, вызывая у всех присутствующих самые ужасные кошмары – то, чего больше всего на свете боялся каждый из них…

                                                             ***
Четыре одинокие фигуры, казалось, застыли на длинном, заснеженном горном хребте. Однако, если повнимательнее приглядеться, становилось ясно, что они вовсе не застыли, но идут, правда не спеша.
– Эдир, расскажи мне о вашем крае. Каков он? – необыкновенно красивая девушка, слишком прекрасная для человека, тихо подошла к эльфу, практически бесшумно.
Тот от неожиданности вздрогнул, когда нежный голосок красавицы, подобный журчанию горного ручейка, коснулся его слуха.
– И как Вам удается, Лефэ, так бесшумно подкрадываться? Ведь Вы же не эльф, – с мягким укором заметил тот.
– Я тебя напугала? – через минуту сквозь тишину прорезался серебристый смех. Искренний, заразительный, заставляющий невольно улыбнуться.
– Расскажи мне о вашем крае. Каков он? – повторила Фэ, внимательно глядя в лицо улыбающегося эльфа.
– Там царит весна, – мечтательно начал Эдир. – Растут вековые деревья с пышными кронами, цветы, источающие чудесный аромат. Шелковистая, мягкая, сочная трава… Ни птицы, ни звери не боятся нас. Наши дети часто находят себе забаву, кормя с ладони или пичужку, или олененка. В нашем краю не ведают Зла, только Любовь.
– Как это замечательно! – воскликнула девушка, но почти сразу погрустнела. –А я никогда не была у вас.
– Будете, – улыбнулся Эдир.
– Боюсь, в таком случае мне не захочется покидать такой край, где царит Любовь, – отшутилась Фэ.
– Друзья эльфов могут гостить у нас достаточно долго, – отозвалась Аэли. – Жизнь людей коротка, а эльфов –вечна. Потому даже если Вы останетесь у нас жить, эльфами это будет восприниматься, как то, что Вы просто гостите. А ведь частично так оно и есть.
« Особенно учитывая то, что и моя жизнь длится вечность», – с усмешкой подумала фея, незаметно зачерпнув ладонью снег и слепя из него снежок. Эльфийка, заметив это, весело улыбнулась, но промолчала. Фэ, тихонько хихикнув, запустила его в Аэли, машинально уворачиваясь от ответного комочка снега. Избежать столкновения не получилось…
Достигнув цели, Аэли запустила снежок в спину Эдира. Послышался легонький хлопок – Эдир остановился, оборачиваясь.
– Аэли, – в его голосе послышался ласковый упрек.
– Что, Эдир? Не быть же мне вечно серьезной, – смеясь, вымолвила эльфийка.
– Честно говоря, я предвидел такое развитие событий, – усмехнулся он, и бросил зажатый в руке снежок в Аэли. Та рассмеялась, ловко увернувшись.
Фэ долго и пристально глазела на шедшего впереди Анариэля и не могла видеть его улыбки. Эльф, прекрасно ощущая на себе взгляд и зная, кому он принадлежит, сделал вид, что ничего не подозревает о намерениях красавицы. Девушка еще мгновенье стояла на месте, будто решаясь и, задорно пожав плечами, запустила в эльфа снежный комок. Тот сбавил шаг и застыл. Затем, повернувшись, он бодрым шагом направился к Фэ и остановился от нее в двух метрах.
– Анариэль, а что это у тебя в руке? – невинно поинтересовалась фея. Анариэль молча разжал кулак – на ладони лежали крохотные снежные шарики. Весело усмехнувшись, эльф взял тремя пальцами один из них и бросил в Фэ.
– Ладно тебе, Анариэль, я же пошутила! – девушка, смеясь, прыгала впереди всех, как горная козочка, пытаясь уйти от «обстреливания» – но безуспешно.
– Я тоже, – прозвучал чарующий голос, от которого сердце Царицы замирало в восторге всякий раз, когда она его слышала.
Эдир и Аэли шли рядом, не в силах сдерживать смех.
– Ну хватит!
–Нет, не хватит. Я еще снежков налепил – куда прикажете мне их теперь девать?
Наконец они у Анариэля закончились, и Фэ замерла, переводя дух. А затем оглянулась вокруг: там, внизу, справа от нее простиралась бесконечная даль, то ровная, то с небольшими рытвинами и ухабами, озаренная солнечным сиянием. По другую сторону от горы простирался могучий лес – казалось, что это огромное зеленое море, в которое клином врезался массив тропических деревьев, над которыми зависла белесая дымка…
– Это очень древний лес, – промолвил Эдир. – когда-то он был полон жизни, а теперь здесь царит тишина.
Фэ не нужно было объяснять, кто жил в нем раньше. Она помнила, что раньше здесь обитали миролюбивые оборотни-пантеры…Что же случилось?
– Их истребили, – пояснил эльф. – Эр предал их…
«Эр?? Друг Рандера?!»
– Гамор помог ему…
«Ка…какой Гамор?!»
– Возлюбленный могущественной феи Тан, – словно читая мысли Бдящей, ответил он. От неожиданности девушка резко затормозила. Ее чуткое сердце сжалось в ледяной комок от нехорошего предчувствия, кровь моментально отхлынула от прелестного личика.
– Что с ней? – тяжело дыша от волнения, спросила Фэ.
– Фэ, с Вами все в порядке? – забеспокоилась Аэли, заметив, как побледнела девушка.
– Что с Тан? – не слушая эльфийку, повторила свой вопрос Царица.
Эдир внимательно всмотрелся в эти чудесные очи, теперь полные, как слез, неподдельной тревоги…Словно эта загадочная девушка знакома с погибшей…лично…Словно это близкое ей существо…
Подобные мысли почти одновременно с Эдиром посетили и Анариэля. Нет, он не видел лица девушки, но чувствовал волну сильного переживания, исходящую от нее…
– Фэ, – ладонь Анариэля мягко сжала ручку красавицы – та вздрогнула от этого прикосновения. – Вы… знакомы с ней, не так ли?
Фэ не успела ответить: их разговор прервал чей-то зов о помощи. Высвободив свои тонкие пальчики, фея подбежала почти к самому краю правой стороны хребта и, поскользнувшись на обледенелом снегу, приземлилась на пятую точку. Чуть ниже нее, в снегу застрял юноша, по самую грудь, тщетно пытаясь освободиться. Подле него лежал меч, до которого незнакомец едва ли мог дотянуться. Кто-то бережно поднял Фэ со снега и отряхнул ее серый плащ.
– Не двигайся, – послышался позади нее голос Анариэля. – Сейчас мы тебя вытащим! – затем он вежливо, но властно обратился к своему другу. – Эдир, пожалуйста, останьтесь здесь. Аэли тоже.
Эльф с потрясающей ловкостью и проворством, не смотря на слепоту, спустился к пленнику снежной ловушки и рывком высвободил того из этой западни. Все его действия были исполнены такой непринужденности и легкости, что изумилась не только Лефэ, но и сам юноша. Правда, изумление незнакомца длилось недолго: сообразив, кто перед ним, юноша весь затрясся, как осиновый лист.
– Э…э…эльф?? – заикаясь, выдавил рыжеволосый мальчик лет этак шестнадцати.
– Да, дитя, – невозмутимо согласился Анариэль с дружелюбной улыбкой. – Не бойся, человек, я не изверг, и пальцем тебя не трону. Иначе зачем мне тогда понадобилось выручать тебя из беды? – он дотронулся до обруча у себя на шее. – Чтобы успокоить тебя окончательно, я добавлю: видишь эту вещь? Позади нас стоит прекрасная дева, моя госпожа, и я ей беспрекословно повинуюсь. А принадлежит она к твоей расе.
– Ясно, – юноша судорожно сглотнул, подняв оброненное оружие, а затем продолжил, словно оправдываясь, – спасибо, что помог мне. Просто за последнее время я испытал массу страха, потому испугался тебя… Не подумай, я не трус…
– Как ты оказался в такой ситуации? – перебил его суетливую речь эльф.
Оцепеневший юноша не ответил. Его остекленевшие глаза неотрывно смотрели будто бы сквозь эльфа… Моментально уловив опасность, зависшую в воздухе, Анариэль развернулся к ней лицом и услышал рычание: к нему направлялся волк огромных размеров. Из широко разинутой пасти капала мутная слюна. Эльф видел лишь очертания зверя, но и этого хватило, чтобы определить, кто перед ним, учитывая поистине фантастически обостренные чувства Анариэля. Волколак, свирепый, беспощадный, жаждущий свежей крови…
– У тебя в запасе есть еще оружие? – спокойно поинтересовался эльф у враз онемевшего мальчика.
– Н…нет…– юноша не сводил взгляда с окруживших их чудовищ.
– Хорошо, тогда старайся не подпускать их к себе. Тебя порвут на части.
– Д-да, – проблеял мальчик, но меч в его руке не дрогнул.
Волколак, оскалившись, готовился к нападению – и Анариэль понимал это. Зверь, ровным шагом подступая к эльфу, вдруг сорвался с места, метя в горло своей жертвы – почти сразу его шею свернули. Все рефлексы Анариэля, отточенные за долгие годы, работали идеально, включая молниеносную реакцию…Второй волколак, попробовав достичь цели погибшего «товарища» – и последовал за ним.
Юный воин работал мечом, отрубая головы кровожадным монстрам и чудом избегая их острых клыков. Разумеется, скорость юноши значительно уступала эльфийской, но, сражаясь плечом к плечу со своим спасителем, он мог надеяться, что последний не позволит ужасным челюстям сомкнуться на его шее…
К месту сражения прибывали все новые и новые звери, берущиеся непонятно откуда. Срубив на лету голову очередному монстру, мальчик собирался было встретить лезвием меча следующего, но вдруг поскользнулся и упал. Клинок отлетел в сторону… Звери в мгновенье ока окружили свою жертву, набросившись на несчастного юношу, как в тот же миг неведомая сила буквально вырвала его из их пастей, и поставила на ноги, попутно разя мечом чудовищ налево и направо. Как только умелая рука эльфа коснулась рукояти меча, судьба волколаков была уже предрешена: ни один из них не мог уйти от клинка живым… Снег окрасился в черный цвет…
Впрочем, не только Анариэль с мальчиком стали объектом пристального внимания волколаков: Аэли заслонила собой Фэ, выстроив защитный барьер, в то время как Эдир, управляя воздушным потоком, поднимал тех вверх и бросал с высоты…Пронзительное вытье погибающих зверей оглашало близлежащие окрестности, уносясь дальше…Но вот один из них, выгнувшись в воздухе дугой, нацелился на Фэ… Анариэль, машинально сунув клинок в руки юноше, в два прыжка оказался рядом с девушкой и, схватив волколака за загривок, отшвырнул того от нее, словно щепку, в пропасть…
– Эдир, Аэли, отступите назад, – попросил Анариэль и, как только друзья исполнили его веление, он прочертил ладонью дугу над головами оставшихся нескольких десятков чудовищ, включая тех, от которых сейчас яростно отбивался мальчик. Послышался приглушенный рокот, и мощная магическая волна смела на своем пути всех волколаков.
Эдир, спустившись, помог мальчику взобраться наверх. Тот постепенно приходил в себя от пережитого кошмара.
– Спасибо, – вымолвил мальчик, обращаясь к Анариэлю, – ты два раза спас мне жизнь.
– Я принимаю твою благодарность, – произнес эльф, – назови свое имя.
– Меня зовут Дарар, – юноша вежливо поклонился. Эльфы ответили ему тем же. – Я живу с гномами.
– Вот как? – удивился Эдир.
– Да, они вырастили меня и обучили тонкому ремеслу превращать драгоценности в великолепные произведения искусства.
– Это очень хорошо, – согласился Анариэль. – Мое имя Анариэль. Скажи-ка, Дарар, далеко ли ближайшее поселение гномов?
– Здесь поблизости одно: Зида, – ответил юноша. – Но средоточие их бурной деятельности, столица Пимони, находится очень далеко отсюда. Глубоко под землей, в одной из гор. Я как раз направляюсь туда в Зиду. Идемте со мной, я отведу вас.
– Мы будем очень признательны, Дарар, – откликнулась эльфийка. – Кстати, мое имя Аэли.
Юноша улыбнулся, и начал спускаться вниз. Путники поспешили за ним.
Фэ глядела в спину Анариэля, переваривая произошедшее…Анариэль…Даже в битве он умудряется оставаться изящным, утонченным, грациозным, прекрасным, сильным…Порыв ветра развевал его шикарные белокурые волосы, достигавшие бедер... Фее так захотелось потрепать их, вдохнуть дивный аромат весенних цветов! Она уже намеревалась воплотить желание в жизнь, как вдруг явственно услышала детский крик: «Царица фей, помоги!!» Бдящая не стала противиться зову, наоборот, она поспешила на помощь Зовущей. Глаза заволокла сумеречная пелена, посторонние звуки становились все более приглушенными…Дух Царицы покинул тело…
Послышался тихий вздох, а затем легкий шлепок. Обернувшись, Аэли бросилась к Фэ, лежащей на снегу без сознания. Анариэль подоспел к красавице, проведя ладонью перед ее лицом.
–Обморок, – вынес свой вердикт эльф, бережно поднимая девушку со снега, которая оказалась на удивление легкой, словно пушинка. Узелок феи всучили Эдиру.
– Бедняжка, – пожалела Царицу эльфийка. – Нам определенно необходимо добраться до деревни.
– Скорее всего, послешоковое состояние. Лучше вам там задержаться, – добавил Дарар. – В таком состоянии ваша подруга не сможет путешествовать. Ей нужен отдых.
– Это точно, – подтвердил Эдир.
– Взгляните туда, – промолвил юноша. Проследив за движением его руки, эльфы увидели удивительную картину: прямо под ними, над ущельем, расположилась деревня с переброшенными через пропасть веревочными мостами; из кирпичных труб небольших бревенчатых избушек, крытых соломой, поднимались вверх тонкие струйки дыма. Жизнь здесь кипела вовсю: кто-то вез полную тачку угля, кто-то нес дрова, чтобы поддерживать огонь в печи. Трудолюбивые, деловитые кряжистые человечки работали с утра до вечера – и им определенно нравилось это занятие.
Прижимая бесчувственную фею к своей груди, Анариэль поспешил сойти вниз. Пройти незамеченными им вряд ли удалось бы. Впереди показалась черная точка, по мере приближения увеличивающаяся в размерах.
– Гномы прислали сюда своих воинов, – усмехнулся Эдир.
– Я поговорю с ними, – подбодрил своих новых знакомых Дарар. – На самом деле они добрые…и все поймут. Это только с виду они такие…грозные.
Юноша был прав: через несколько минут перед путниками предстали могучие витязи, правда…маленькие и коренастые.
– Стой! Кто идет? – послышался низкий бас незнакомца, возглавлявшего отряд разведчиков, держащих наготове боевые топоры внушительных размеров.
Аэли вышла вперед и, откинув капюшон, с дружелюбной улыбкой поприветствовала гномов по-эльфийски. Хрустальный голос эльфийки не оставил никого равнодушным: на суровых лицах воинов изобразилось райское блаженство. Но, когда бессмертная дева окончила говорить, их черты вновь окаменели.
– Дили, – обратился к капитану мальчик, – это…со мной. Они спасли мне жизнь…
– Молчать! – рявкнул гном, да так, что бедный Дарар буквально вжался в Эдира. Видя, что малость переборщил, капитан добавил уже поласковее, – не лезь, сынок. Сами разберемся. – А затем строго обратился к Анариэлю. – Итак, господа чужеземцы, вы, стало быть, эльфы…
– Именно так, – согласился тот.
Губы гнома растянулись в усмешке. И вдруг этот грозный отряд взорвался радостным хохотом, приведя Дарара в полное замешательство. Отбросив топор в сторону, капитан с распахнутыми объятиями подступил к Эдиру и принялся того обнимать.
– Но как же мы рады вас видеть!
– А разве эльфы не враги гномам? – робко поинтересовался мальчик.
– Ты что! – смеясь, воскликнул Дили. – Какие враги? Да это же наши самые, что ни на есть, лучшие друзья!
– Мы просим вас принять нас под свой кров, – улыбнулся Анариэль с учтивым поклоном. – Наша спутница утомилась. Ей нужен отдых.
Дили – старый гном с белой, как снег, бородой, наконец обратил свой взор на фею, и внезапно его глаза выкатились, рот от изумления приоткрылся. Воины притихли, нутром чуя, что происходит нечто из ряда вон выходящее. Эльфы настороженно наблюдали за ним. Ошарашенный капитан перевел взгляд на Эдира.
– Какая красавица, настоящий цветок! – затем он обратился к Анариэлю. – Супруга?
– Госпожа, – лаконично ответил эльф. – Скажите, Дили, что Вас так изумило?
– Нет, ничего, – отмахнулся старый гном. – Показалось. Нет, это не она.
– Кто? – спросил Дарар.
– Понимаете, – пустился в объяснения капитан, подхватив топор. – Просто ваша госпожа уж очень похожа на одну мою давнюю знакомую…Ну просто копия! Как две капли воды! Но это не она – у вашей красавицы волосы другие. Да и, не обижайтесь, внешность у нее не такая яркая и дивная…Человек, как-никак. Следуйте за нами.
– Так кто же Ваша знакомая? – вступила в диалог Аэли, удостоившись самой нежной улыбки.
– Лучезарная дева, – ответил Дили, –она так прекрасна! – капитан мечтательно возвел очи к небу, словно вспоминая и вновь переживая счастливые мгновения встречи с красавицей. – Ее глаза подобны звездам, ее походка словно танец, ее голос словно серебро, ее волосы словно тонкая паутина…Бьюсь об заклад, эльф, – гном воротился из мысленных странствий к Анариэлю. – Если бы ты ее увидел – влюбился бы насмерть, учитывая вашу тягу к красоте и гармонии. Да так, что жизнь без нее стала бы тебе не мила, ты готов был бы пожертвовать ради нее своим бессмертием. Но, – лукаво усмехнулся капитан, – я бы тебя обрадовал, потому что та дева тоже бессмертна, как и ты.
– Уж если гном после встречи с той девушкой стал поэтом, то там точно есть на что взглянуть, – улыбнулся Дарар.
– Мальчишка! – фыркнул гном. – Кто сказал тебе, что гномы не могут стремиться к возвышенному? Или, по-твоему, мы годны лишь для работ в шахтах да распитию крепкого пива, а?
– Но согласись, Дили: не все из вас способны на такое, ведь так? – не сдавался мальчик.
– Вообще-то ты прав, не все, только единицы,– в конечном итоге согласился гном. Затем он в шутку чуть повысил тон. – Но и ставить на нашем развитии большой жирный крест тоже не стоит, сорванец!
– Ты имел в виду: не обобщать всех гномов, – поправил Дили Дарар, на что тот лишь рассмеялся:
– Верно.
До деревни, которая была окружена высокой оградой,они добрались быстро. Перейдя веревочный мост, путники оказались около бревенчатых ворот, в которые Дили несколько раз стукнул с громким возгласом: «Открывай, привратник, к нам тут эльфы в гости пожаловали!»
После такого заявления не прошло и полминуты, как ворота отворились, и жители деревни, выстроившись в два ровных ряда по краям песчаной дороги, приветствовали гостей радостными возгласами. Дарар лишь диву давался, какие сильные эмоции вызвало здесь появление эльфов.
– У нас тут эльфов не было много веков! –пояснил капитан, идя рядом с Анариэлем, который шествовал впереди всех. – После того, как люди поссорились с эльфами и оборотнями, и участились набеги на наши и ваши земли…Эх, – с тоской вымолвил гном. – Как давно это было! Но откуда у вас эти рабские ошейники?
– Мы вам все непременно расскажем, – уверил того эльф. – А пока я озабочен состоянием девушки, которую несу на руках, потому ни о чем другом пока думать не могу.
– Понимаю, – сочувствующе отозвался Дили. – А вот и мой дом.
Перед друзьями предстала довольно обширная постройка, напоминавшая скорее хижину, чем саму избу. И все-таки это была изба необычной конусообразной формы, и крышей ей служила не солома, а шкуры диких животных. Также они использовались вместо дверей.
– Волколачья шкура, мои трофеи,– пояснил капитан. – Я устлал ими кровлю в знак своих побед над этими тварями. – Затем он добавил полушепотом, чтобы не услышали его товарищи, – но не столько в знак своих побед…Просто их плотная шкура идеально защищает от морозных ветров и отлично поддерживает в доме тепло. – Затем он учтиво предложил гостям пройти внутрь. – Прошу.
Анариэль шагнул внутрь, чуть пригнувшись. Правда, в избе ему не пришлось нагибаться, так как потолок здесь был достаточно высок. К Анариэлю подоспела гнома с восхитительными черными глазами и копной огненных кудрей. Обладательница осиной талии, хрупких рук и пышных форм дружелюбно поприветствовала гостей и, отодвинув ширму, отгораживающую прихожую вместе с печью от гостиной, жестом попросила эльфа пройти туда. Пройдя через множество ширм, Анариэль очутился в спальне. Кровать оказалась сшита из тех же плотных шкур волколаков, что удивило эльфов: да, гномы, определенно, еще те искусники, раз додумались, мало того, что постель сшить, так еще у них это очень хорошо получилось! Окно здесь было одно-единственное, с затворенными ставнями. На низком столике из красного дерева с изящными ножками горела толстая свеча.
– Я хозяйка этого дома и жена Дили, меня зовут Пфаффа, – промолвила гнома, наскоро расстелив постель и взбив пуховые подушки. – Как величать-то вас, дорогие гости?
– Мое имя Анариэль, – последовал ответ.
– Эдир, – представился товарищ Анариэля.
– А ты кем у нас будешь? – обратилась к замершей около занавеси эльфийке Пфаффа.
– Аэли, – добрая улыбка озарила прелестное личико супруги Эдира.
– Анариэль, сними с своей красавицы плащ и сапожки, – попросила гостеприимная гнома. – А далее мы с Аэли справимся сами, а вас попросим удалиться. Дарар, сынок, поди, подбрось в печь дров, да присмотри за готовящимся обедом.
Кивнув, тот послушно отправился исполнять поручение хозяйки.
Осторожно уложив фею на постель, Анариэль освободил ее маленькие ножки от сапожек, снял плащ и, аккуратно сложив его, подал Пфаффе. Проводив гостей в столовую, гнома при помощи Аэли переодела Царицу в белоснежную ночную рубашку и, наложив ей на лоб влажную тряпицу, в которую были обернуты лекарственные травы, присоединилась к эльфам.
Готовила добродушная хозяйка поистине изумительно. Заведомо зная, что эльфы по сути вегетарианцы, гнома испекла овощной пирог с примесью особых трав и специй, очень сытный и вкусный. А запивалось это блюдо добротной кружкой молочного кваса, рецептом которого владели лишь гномы и никто больше. По случаю прихода гостей Пфаффа накрыла дубовый стол накрахмаленной молочно-голубой скатертью, и произвела сервировку умело и элегантно. Словом, настоящая хозяйка.
– Вы не беспокойтесь, – подбодрила гнома эльфов, обслуживая мужа, который воротился к обеду с незначительным опозданием. – С вашей девчушкой все будет в полном порядке. Кстати, я покажу вам ваши Углы, в которых вы пока поживете. – Веселая Пфаффа задорно им подмигнула. Затем она обратилась к Дили. – Тебе принести пива?
– Давай, – махнул рукой улыбающийся гном. –Уфф, холод собачий…Ну что ж, господа эльфы, расскажите-ка, какими ветрами вас занесло в наши горы?
– Все просто, – ответил Эдир. – Несколько десятков лет назад мы угодили в ловушку…На нас наложили Заклятье Вечного Рабства и заковали наши шеи в колдовские обручи. Нас продавали, дарили, пока мы не попали к одному купцу, жадному и гордому человеку. Эта весьма знаменитая и богатая персона, владелец крупных торговых точек, а также караванов, а дом его находится в городе Алл…
– Он очень жестокий человек, – продолжила Аэли, хмурясь, – он любил, чтобы перед ним преклонялись, раболепствовали – что противоречит эльфийской природе. Наш бывший хозяин издевался над нами, часто отдавал приказы хлестать своих рабов плетью, если ему казалось, что те недостаточно послушны. Эдир и Анариэль, – ее голос вдруг стал низким, глубоким, – часто страдали от безжалостной руки негодяя.
– Меня в очередной раз привязали к позорному столбу и стегали плетью, – вступил в диалог Анариэль, – боль притупилась, потому что число ударов было несчетным – обычно бьют до тех пор, пока сам хозяин не вспомнит о несчастном и не отдаст приказ мучителям остановиться. После очередного удара я вдруг ощутил доносящийся со стороны дивный аромат, что-то вроде смеси экзотических фруктов и цветов, не могу точно сказать, но очень приятный. Позже я услышал речь: беседу вели мужчина и молодая девушка…
Эльф умолк, не желая, видимо, выдавать тот разговор, который он расслышал, похоже, во всех подробностях, судя по загадочной улыбке, блуждающей по эстетичному лицу. Аэли пришла ему на выручку, заполняя возникшую паузу своим повествованием:
– О, это очень благородный человек. У нашей новой госпожи чистое сердце. Она пожалела нас, искренне переживала за Анариэля, когда его мучили, будто ее саму привязали к позорному столбу. Как только перед ней предстала та жуткая картина, девушка потеряла сознание. – Эдир и Анариэль синхронно повернули головы в сторону говорящей, стоило лишь неведомому им факту обнаружить себя. – Я привела ее в чувство, а несколькими часами позже она выкупила нас из лап того чудовища…– чуть помедлив, эльфийка добавила. – Несколькими мешками золота…
– Ого! – воскликнул Дили. – Похоже, ваша девица далеко не простушка!
– Определенно, она принадлежит к некому аристократическому роду, – вымолвила Аэли. – Мы многого о ней не знаем.
– И хранит тайну, – отозвался Эдир, –также нам неизвестную.
– Вот ведь свинья, ваш купец! – неожиданно воскликнул Дарар, раздраженно стукнув кулаком по столешнице, отчего вся посуда разом подпрыгнула. – Наслышан я об этом поганце! Толстый мешок с жиром! Позор всего человеческого рода! Вот добраться бы мне до него – отрежу ему пальцы! И как таких только земля держит!
Ложка, которую держала ошарашенная Пфаффа, застыла на полпути ко рту. Дили нахмурился.
– Не стоит тебе уподобляться этому плохому человеку, – снисходительно улыбнулся Анариэль. – Я понимаю твой гнев. Чудно, что такова не вся ваша раса, но, к сожалению, ее большая часть. Не стоит становиться таким, как он, юноша.
Пристыженный Дарар умолк, опустив глаза в тарелку.
– Не буду, – тихо ответил он.
Воцарилось молчание, которое нарушил Эдир, продолжив рассказ.
– В Алле появились Воздушные Оборотни, – молвил эльф, – они разыскивают нас…Мы вынуждены были покинуть город скорее, чем предполагалось вначале. Наша госпожа возжелала освободить нас, но для этого нужно было вначале вернуться в то место, где постигло нас такое проклятье – иначе не назовешь. В Весенний Лес…
– Нам пришлось идти через ваши владения, – пояснил рассказчик. – Затем мы услыхали крик…
– Я позвал на помощь, – коротко сказал мальчик под испуганный вздох хозяйки. – На меня напали волколаки…Убегая, я увяз в снегу.
Лицо гнома омрачилось пуще прежнего.
–Волколаки! Спасу от них никакого! – прозвучал его бас. – Надоели, твари негодные!
Теперь настал черед Дили. Гном, пригладив бороду, поведал эльфам, откуда в их земли пришла эта напасть. Впрочем, то, что после очередной битвы с Гамором, когда его одолел Страж Троп, множество королевств гномов, кроме одного, истребили, друзьям было давно известно. Но вот то, что волколаков прислал сюда сам император Айнд – это оказалось для них в новинку.
– Весенний Лес, граница между владениями эльфов и людей, – гном вдруг перевел разговор в другое русло. – Но скажите: что от вас-то хотят эти бестии, Воздушные Оборотни? Кто вы?
– Это наш секрет, мы не вправе распространяться, – возразил Эдир, взглянув на Анариэля, словно ища у того поддержки. Тот молчал.
– И все же, дорогие гости, – настаивал капитан, – чтобы вам помочь, для начала я должен узнать все про вас.
– Нари, –вдруг произнес Анариэль, подняв на гнома свой пристальный взор.
– А-а-а…– протянул тот, – животворный камень, висящий на шее у Безымянного эльфийского демиурга, один из четырех Повелителей, самый могущественный маг, чье имя не ведают даже сами эльфы. Обладает недюжинной волшебной силой.
Анариэль сдержанно улыбнулся.
– Да…– развивал тему гном. –Камень, способный положить конец правлению Зла в этом мире…Нари…Сначала он был всего лишь украшением демиурга, но ведь рядом со Светом сам поневоле станешь Светом…Камень продолжал быть красивой побрякушкой, пока не впитал в себя чистоту души своего хозяина, которая освятила его... Стало быть, Темные силы разыскивают Нари. Но чем их так привлекли вы? Неужто вы имеете прямое отношению к этому артефакту?
– Возможно, – уклончиво произнесла Аэли. – Но охота может вестись не только за нами…
– Враги решили «убить двух зайцев одним выстрелом»? – подал голос Дарар.
– Что-то вроде того, – согласилась эльфийка. – Повторюсь: наша Лефэ необыкновенная девушка…
Дили, в это время хлебнув пива, после слов Аэли нечаянно подавился. Поспешно поднеся любезно преподнесенное женой вафельное полотенце ко рту, он откашлялся. Ошалело воззрившись на Аэли, гном переспросил:
– Лефэ?
– Да, – подтвердила эльфийка.
Отпив еще из кружки, Дили с тяжелым вздохом вернул ее на место. Капитан посидел еще с минуту молча, крепко о чем-то призадумавшись, а потом вынес свой вердикт:
– Ваша госпожа хранит какую-то тайну…Я уверен на все сто процентов, что прав. – Допив пиво, хозяин дома встал из-за стола. Выглядел он встревоженным. Нежно поцеловав супругу, капитан удалился из столовой, попутно принеся гостям извинения, за то, что вынужден оставить их одних.
– Дили спешит на собрание старейшин, где он главный, – объяснила им Пфаффа. – Их созывает наша королева. Завтра будет необычная ночь, – гнома одарила Аэли, помогающую убирать посуду, ласковой улыбкой. –Ночь, когда все чары рушатся…Колдовство утрачивает власть…Ночь Откровения…
Хозяйка любезно показала эльфам Гостевые Углы – их временное обиталище у гномов. В Гостевых Углах всегда поддерживался порядок, и находилось все, что может понадобиться их обитателям. Пфаффа лишь расстелила постели, поставила в подсвечники новые свечи, серу и тонкие деревянные палочки для зажигания. Наскоро сшив для Эдира и Анариэля ночные халаты из сукна, а для Аэли – сорочку, шустрая гнома отправилась по своим делам.
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (+1)   
15:50 11.09.11
Глава 7.

Незаметно сумерки сгустились, на небе зажглись первые звезды, как бы окаймляя пики Древних Гор, на которых искрился снег. Сизая Гора, возле которой построили Зиду, с наступлением темноты стала излучать бледный сизый свет, отчего ей и дали такое название. Дело в том, что в ней было полным-полно всяких драгоценных металлов и руд, и именно она являлась главным их источником для гномов.
Хоть прогнозы гномы по поводу здоровья Фэ и утешали, несмотря на это Анариэль все равно тревожился за девушку. Переодевшись в спальные бриджи и белый спальный халат, полы которого достигали щиколоток, эльф бесшумно вошел в комнату Фэ, прислушиваясь к ее мерному дыханию. Он подошел к постели, очертания которой постепенно становились все четче… Анариэля давно посещало предчувствие скорых перемен, но происходили и вправду странные вещи, словно оно воплощалось в реальность…Будто пелена спала с его очей – эльф теперь отчетливо увидел помещение, в котором находился, отказываясь верить тому, что предстало перед его взором. Однако поверить пришлось, когда Анариэль заметил хрупкую фигурку девушки, изящной, как дивная статуэтка.
Склонившись над красавицей, эльф услышал ровное сердцебиение спящей, а затем аккуратно отодвинул прядь мягких, словно пух, волос, закрывающую лицо, чтобы получше его рассмотреть…Нет, Фэ оказалась вовсе не такой, какой узрел ее он внутренним зрением, изучив эти глаза, губы своими перстами, когда они любовались на звезды…Совсем не такой, потому что Лефэ оказалась не просто красива, а волшебно красива…Намного краше, чем он представлял ее себе.
Анариэль вдруг уловил себя на мысли, что загадочно улыбается. Да, он – эльф, знаток истинной гармонии; эстэт, привыкший тонко ощущать прекрасное…Сейчас он испытывал поистине наслаждение, когда опытный взгляд ласкала такая красота. Неожиданно красавица пошевелилась во сне и эльф вернулся в действительность. Убедившись, что с красавицей все в порядке, Анариэль возвратился в свой Угол.

***
Всюду мерещилось лицо императора…Ханни отчаянно махал мечом, пытаясь отогнать проклятое видение – но тщетно. Мальчик понимал, что необходимо сопротивляться страху – и он отчаянно гнал его. Каждый из них видел свой самый худший кошмар – и дрогнули воины, ужас исказил их лица. Их тела тряслись, будто в лихорадке, и свирепые Видения, торжествуя, окружили несчастных. Но Иллюзии, с минуты на минуту прибывшие сюда, отогнали их, готовясь войти в тела своих жертв, поработить их души.
– Не сметь! – сквозь вой Видений прорезалось шипение Королевы. – Я не до конца заполнила свою Шкатулку…Эти благородные души нужны мне…Они не пополнят ряды наших Псов, потому что в их сердцах еще не до конца угасли искорки благодати…– ведьма повернула свое безобразное лицо в сторону Тумантоса, а затем Ханни, и указала на них. – Мальчишка тоже мой, из него выйдет великолепное оружие, он чист и благороден. Воина забирайте и сотворите новую, могущественную Иллюзию…
– Не слишком ли ты торопишь события, чудовище?
Сладкий голос, словно луч солнца, пробивающийся сквозь плотную завесу черных туч, враз разогнал все страхи и кошмары, принудив очнуться. Придя в себя, Дирт оглянулся и застыл, пораженный: из воздуха соткался образ девы в белоснежной полупрозрачной тунике…Волосы сумеречного цвета сплошной волной укрывали землю. Все свидетельствовало о том, что незнакомка не человек, хотя лицо ее скрывало голубоватое свечение, которое излучало все ее тело, и которое особенно сильно концентрировалось в области головы красавицы. Королева Иллюзий вместе со своими слугами и Псами, или Видениями, ощетинилась, обнажая желтые клыки. Бестии свирепствовали, но не решались приблизиться к этой особе – боялись.
– Царица Фей! – радостно воскликнула Ила.
– Они не причинили тебе вреда, дитя? – осведомилась незнакомка, наступая на Королеву.
– Не успели, – ответила девочка.
Та попятилась. Возникало чувство, что еще немного, и ведьма просто-напросто лопнет от разрывающей ее изнутри злобы.
– Пришло время сражения, – полушепотом произнесла Царица, взмахом кисти рассеивая колдовской туман. При каждом движении феи от ее силуэта в стороны сыпались мерцающие разноцветные звездочки. Иллюзия зашипела еще яростнее. Чары волшебницы нейтрализовали магию струсившей Королевы, которая, покидая в спешке лес Фей, бросила напоследок Царице:
– Мы еще встретимся!
– Сгинь, – спокойно молвила та.
Ведьма и ее свита растворились, подобно дыму, рассеивающемуся от порыва свежего ветра. Потрясенные воины в немом изумлении взирали на избавительницу. Первым ожил Ханни, склонившись перед повелительницей сказочного народа. Остальные остались стоять, как вкопанные, нескромно глазея на фею.
– Ила, – Бдящая очутилась возле девочки, помогая последней встать на ноги. Ее очертания потихоньку размывались, угасая, делая фею похожей на добрый дух. И, прежде чем та успела исчезнуть, Ила воскликнула:
– Гора Фей, Древние Горы…
Договорить Ила не успела: фея исчезла со словами: «Я найду тебя…Жди…»

Некая неведомая сила словно схватила фею сзади и потянула вслед за собой. Разумеется, Царица услышала, что ей прокричала вслед девочка, хотя она и так узнала бывшее обиталище нескольких своих верных подданных…Перед глазами все замелькало, уносясь на высокой скорости вдаль, затем неожиданная вспышка на миг ослепила Бдящую. Крепко зажмурившись, Фея распахнула глаза и новое открытие привело ее в легкое удивление: взгляд уткнулся в высокий синий потолок, и лежала она на постели, сделанной из прессованных шкур. Решив обследовать помещение, в котором находится, девушка первым делом отворила ставни, и почти сразу ее обдало морозным воздухом. Будучи феей, Лефэ не чувствовала холода и не рисковала заболеть. Солнце высоко светило в небе, сейчас был день. Набросив на себя халат, лежащий на небольшом табурете, девушка выглянула за ширму, но никого там не обнаружила. Выйдя в узкий замысловатый коридор, извивающийся змейкой, девушка некоторое время блуждала по нему, натыкаясь на множество других комнат, пока до ее слуха не донеслись голоса, среди которых она узнала своих друзей. Однако она ничего не могла понять из их разговора…

Явившись к завтраку, Анариэль поверг всех в шок: полупрозрачные бесцветные очи эльфа смотрели на присутствующих мудро и осмысленно; радужку небесного цвета окаймлял тоненький черный ободок, глазные белки имели чуть голубоватый оттенок. Анариэль, как ни в чем не бывало, сел за стол. Завтракали в полном молчании, но когда все поели, и любезная Пфаффа предложила гостям, а также мужу и приемному сыну чаю, начались расспросы.
– Анариэль, ты хорошо меня видишь? – вдруг спросил Дили, внимательно всматриваясь в безмятежное лицо эльфа. – Я не хотел спрашивать, каким образом ты ослеп, но теперь мне интересно: что случилось этой ночью? Обычно эльфы залечивают раны сразу после их получения, а уж если один из них неспособен исцелиться, то это результат вмешательства неких магических сил, причем, далеко не слабых. Мы все заметили, что ты чудесным излечился…
– Да, – подтвердил Анариэль. – Фэ вернула мне зрение.
Гном не ответил, но такое известие потрясло всех без исключения. Дарар отвлекся от вкусного черничного пирога:
– Люди слабее эльфов…Уж если последние сами не могут себе помочь, то люди – и подавно. Выходит, что…
– Да, – задумчиво промолвил Анариэль. – Лефэ не человек… Далеко не человек…
– Тогда, кто же? – мальчик, напрягая извилины, силился понять, к какой расе принадлежит та девушка – но безуспешно.
– Каким образом она это сделала? – осведомился гном.
– Это случилось в тот же вечер, когда Фэ выкупила нас, – сообщил эльф. – Тогда мы любовались звездами…Я не вконец ослеп: обычные предметы представлялись мне в виде размытых пятен, но что-то яркое, вроде ночных светил я различал без труда.
Повисла пауза. Головы каждого заполнили ведомые лишь им самим думы…Прошла минута…Вторая…
– Так я и думал, – разрядил напряженную обстановку капитан. Пфаффа замерла с чашкой в руке.
– О чем ты, муж? – теперь уже и сама хозяйка дома участвовала в оживленном диалоге.
– Сами скоро узнаете, – лаконично ответил старейшина. – Близится Ночь Откровений.
– О чем был совет? – поинтересовался Дарар, отламывая кусочек пирога.
– Уж тебе ли не ведать о том, сынок? – усмехнулся Дили. – Как всегда, из года в год, мы, опять-таки, устраиваем песни и пляски. Но на этот раз сама королева изъявила желание лично организовать праздник. То есть, сняла ответственность со старейшин, и взяла ее на себя.
– Не по традиции, – заметила Пфаффа.
– Не в нашем праве противиться воле правительницы, – возразил гном. – Тем более, одной из четырех Повелителей.
–Повелителей? – улыбнулся Эдир. Вот так сюрприз!
– Мало кому известно об этом, – промолвил гном. –Война истребила всех наших королей. Пришлось Великому Магу, то есть, нашей королеве, возложить на себя правительственные полномочия, иначе существование гномов кануло бы в лету.

Никто не услышал незнакомых шагов– настолько легка и мягка была поступь идущей. Никто практически не заметил присутствия Фэ, но что-то заставило Анариэля обернуться…И застыть…
– Очень интересно. Кто бы мог подумать? – послышался удивительно чистый голосок. Дили вскочил со стула, низко поклонившись девушке, в знак большого почета– что среди гномов редко встречалось. Подобное поведение озадачило всех, даже супругу хозяина.
– Как Вы себя чувствуете? – как-то подозрительно спросила Аэли.
– Нормально, – губы красавицы растянулись в улыбке. – А где я?
– Вы в моем доме, госпожа, – весь трепеща, объяснил гном. – Это честь для меня, приютить вас под своим кровом…
Фэ буквально засияла от радости, стоило ему заговорить с ней. Никто не мог угадать причину, разве что предположить…что эти двое давно знакомы. Но вот Фэ перевела взгляд на Анариэля и остолбенела.
– Анариэль…– только и выговорила она.
Эльф кивнул в знак согласия. «Именно», –всей мимикой своего лица говорил он. Взгляд, излучающий терпение и спокойствие, полное спокойствие…
– О, госпожа, Вы же еще не завтракали! – спохватилась Пфаффа. – Пойдемте со мной в Ваш Угол, я принесу Вам чан с водой –умоетесь, оденетесь и вернетесь к столу.
– А я думал, что у тебя волосы короче…– мечтательно промолвил Дарар, за чем последовал подзатыльник от Дила.
– А что с моими волосами? – почему-то забеспокоилась Фэ, поймав на себе прикованные взоры своих друзей.
Сейчас, в этой девушке, остро ощущалось нечто неуловимо-прекрасное, завораживающее… Эльфы внимательно следили за ней, не в силах проронить ни слова: волосы девушки, вчера достигавшие пояса, теперь ниспускались до самых щиколоток, да и объем заметно увеличился. Невозможно было не заприметить координальные перемены в ее внешности: черты Фэ стали выразительнее, утонченнее, словно невидимый художник этой ночью добавил в них красок, освежил, подчеркнув красоту.
Гнома не замедлила принести зеркало, в которое девушка заглянула, испугавшись этих изменений. Охнув, Лефэ упорхнула за ширму, словно бабочка, трепету крылышек которой вдруг стали подобны все ее движения. Растерянная хозяйка, убрав зеркало, поспешила принести в комнату важной, насколько она поняла, гостьи принадлежности для умывания.

Эльфы допивали чай молча. Всеобщее предчувствие скорого раскрытия неведомой им тайны наполнило столовую. После того, как напуганная Фэ убежала, не оставалось никаких сомнений, что эта девушка не принадлежит к человеческому роду. Оставалось лишь ожидать, пока окончательно не откроются все карты.
Оторопевшая Фэ не сразу оправилась от незначительного шока. Лишь когда прохладная вода освежила пылающие щечки девушки, ее мысли понемногу прояснились. Царица пребывала в смятении, до нее никак не доходило, что происходит, почему ее личина начинает постепенно спадать? Одевшись и причесавшись, Бдящая направилась в столовую. Стоило ей выйти в коридор, как нечто, двигаясь с молниеносной скоростью, остановилось подле нее и мягко схватило за ладонь.
– Какую тайну Вы храните? – прямо спросил Анариэль, в упор глядя на потерянную фею. – Кто Вы?
– Анариэль…– тихо вздохнула она, опустив ресницы. Внезапно она уткнулась лицом в его упеленд, чуть ниже груди. – Я так устала…
– Что тяготит Вас? – продолжал эльф, взяв пальцами ее подбородок так, что их глаза встретились. В дивных очах красавицы застыла печаль и…страх…Она выглядела какой-то отрешенной и безмерно уставшей…Никогда прежде она не была такой – весь путь Фэ заряжала их своей неиссякаемой энергией и живостью…А тут ее словно подменили…Анариэлю вдруг стало жаль девушку и он решил отложить вопросы до лучших времен. Пусть она хоть на время забудет все свои тревоги, и просто отдохнет. Эльфы умеют ждать, сколько бы не понадобилось.
– Как только мы доберемся до Весеннего Леса, – промолвил он, – Вы найдете там покой и тишину, и у Вас будет хорошая возможность отдохнуть, забыв про все… Вы еще ничего не ели, – напомнил эльф. – Я провожу Вас.
– Да, составь мне, пожалуйста, компанию, – попросила она, заметно оживившись. В ее глазах вновь зажегся тот задорный огонек.

Хозяйственная супруга Дили заварила вкуснейший травяной чай и предложила девушке кусок пирога, который та с удовольствием скушала. Потом гнома объявила, что этой ночью у них устраивают праздник, на который приглашают всех, кто находится в пределах деревни.
– Но никто не имеет права заставить вас пойти на праздник, – промолвила она. – Однако мы очень надеемся, что и вы захотите принять в нем участие. Вы ведь придете?
– Конечно! – воскликнула девушка, озирнувшись на эльфа. – В общем, остальные как хотят, но я приду точно.
– Отчего же, – отозвался тот. – Мне тоже весьма интересно, что представляет собой ваш великий праздник. Полагаю, такой же интерес испытывают и мои друзья.
– В таком случае, – гнома задорно усмехнулась. – Остается лишь подобрать вам праздничную одежду…
– Не беспокойтесь по этому поводу, любезная Пфаффа, – мягкая улыбка тронула уста эльфа. – Об этом мы в состоянии позаботиться сами.
– Эльфы, ясное дело, – хохотнула та. – Но вот девушке, то есть, человеку, я обязана помочь. Дорогая моя, – добрая гнома обратилась к Фэ, – я готова похлопотать вместе с тобой о твоем платье…
Вытащив недоуменную красавицу из-за стола, добродушная хозяйка увлекла ее за собой. Пфаффа привела гостью в просторную комнату, которую гномы именовали Женской Нарядной. Вместо шкафа в стену было встроено множество аккуратных полочек со сложенной на них одеждой. Окинув быстрым взглядом свое «богатство», Пфаффа аккуратно взяла какой-то сверток, обернутый тонкой ирисовой бумагой. Развернув его, гнома представила Фэ одно платье из своей коллекции.
– Я очень люблю шить, – поведала она. – В том числе, для разных моделей: будь то гнома, или женщина, или эльфийка…Это платье я создала еще до того, как началась война….
– Ты так долго живешь? – удивилась Фэ, повнимательнее присматриваясь к Пфаффе.
– Да, дорогая, я родилась до войны, и встретила ее будучи юной особой. Мы с Дили долгожители, потому что он – Наместник Повелительницы.
– Война унесла тысячи жизней?– с грустью спросила Лефэ.
– Да, но не будем печалиться, – подбодрила Бдящую гнома. – Взгляни? Тебе оно нравится?
– Дивно, как заря, – ответила девушка, приятно удивленная. Это было действительно уникальное платье: тонкая, как паутина, воздушная полупрозрачная ткань цвета нежного розового рассвета; с длинными рукавами, доходивших до кончиков пальцев, со спущенными плечами и завышенной талией, к которой была пришита фиолетовая атласная лента.
– Я вплету в твои волосы жемчуг, луноликая, добытый в наших горах, – улыбнулась Пфаффа. – И ты получишь такие же, как и это платье, туфельки, украшенные жемчужинами. Дили сказал мне, что королева, страсть, как желает познакомиться с тобой…Но это к слову. Кстати, до ночи еще далеко, потому, если хочешь, можешь пойти со мной. Я буду помогать проводить приготовления к празднику.
– А что за праздник? – осведомилась фея. – Я так и не спросила.
– Скоро узнаешь, – лукаво подмигнула гнома. – Рано тебе еще ведать некоторые сокровенные тайны. Ведь свою хранишь, несмотря ни на что, даже с друзьями поделиться боишься. Но ты не сердись, госпожа, за мою прямоту: говорю, что подмечаю, не таясь. Ты должна доверять своим друзьям, особенно тому, к кому благоволит твое сердце…
Разумеется, Пфаффа имела в виду Анариэля – Царица сразу поняла, о чем идет речь.
– Живу долго на этом свете, – продолжала Пфаффа. – Недаром ведь жена Наместника – много повидала, много мне открыто.
– Не в доверии дело, – последовал ответ. – Не хочу накликать беду на тех, кто мне дорог. Знания, порой, таят в себе опасность. Тем более, что разлучимся мы скоро…
В ее голосе зазвучала грусть. Гнома с минуту стояла, как вкопанная, прежде чем поцеловала ладонь гостьи.
– Уж прости меня. Учу уму-разуму, кого и не следует. Вижу, мудрее ты меня, может, и старше. Виновата. Глупа я, не ведомо мне, что угрожает тебе, насколько это серьезно, а уж стала тебе советы давать. Может, и не к месту они…
– Ты права, но лишь отчасти. И все же я приму их к сведению.
Они вышли на улицу, в то время, как вовсю кипела работа: на самой окраине деревни, где было очень много свободного места, гномы-мужчины сооружали просторные сфероподобные шатры из абсолютно прозрачной переливающейся на солнце ткани, расшитой серебристой нитью, располагающиеся по кругу. В центре выкопали неглубокую яму – как выяснилось позже, для костра. И будущее кострище, и шатры, украшенные свежими подснежниками и снежными фиалками, окружили кристаллами. Пфаффа принялась помогать женщинами-гномам готовить еду и напитки, к которым Фэ тоже присоединилась. Оживленно болтая и попутно рассматривая устанавлимые декорации Лефэ и не заметила, как наступил вечер. Закончив приготовления, женщины собрались в Нарядной у супруги Дили, облачаясь в свои наряды.
– А где твоя эльфийская гостья? – спрашивали у нее женщины. – Почему она не явилась сюда?
– Мне сказали, что справятся сами, – хозяйка была лаконична.
Царицу одели в приготовленное платье, украсили волосы жемчужным ожерельем, а затем дружно ахнули.
– Пожалуй, ваши сочные губки не нуждаются в ягодной краске, – сообщила юная сероглазая гнома с иссиня черными кудряшками до плеч. – Вы диво, как хороши собой, госпожа. Ваш кавалер будет в восторге.
Пфаффа цыкнула на девчонку, после чего та смущенно умолкла. Фэ весело рассмеялась, и этот серебристый смех словно проник в сердца присутствующих, заряжая их своей неиссякаемой энергией и жизнерадостностью.
– Кто из них: Эдир или Анариэль? – смеясь, спросила Царица. – Что вы, у меня вовсе нет никакого кавалера!
– Да ладно, – отмахнулась юная гнома. – Вы так красивы, что даже эльф не устоит перед Вами.
– Я сочту это за комплемент, прелестное дитя, – девушка нежно коснулась пальцами ее подбородка. Теперь в этой загадочной красавице проскользнуло нечто неуловимо мудрое, как если бы она жила на земле несколько сотен лет, а, может, и веков…
Раздался перезвон тысячей серебряных колокольчиков, за окном вспыхнул бледно-голубой свет, рассыпаясь звездочками.
Пфаффа отворила ставни, взглянула на небо.
– Светила зажгли свои огни. Пора, – скомандовала она. – Надевайте маски.

Праздник удался на славу: гномы веселились, плясали до упаду под звуки горна, лютни и пили свежий эль – его начало всегда было таким. Вспыхивали фейерверки, осыпаясь золотой пылью, которая складывалась на снегу в различные узоры. В искрящихся шатрах, в которых плясали блики от множества огней, на длинных столах, накрытых роскошными белоснежными скатертями с вышивкой в виде снежинок, стояли напитки и яства; отовсюду лилась чарующая музыка. То там, то тут появлялись заморские птицы с длинными хвостами, разливаясь звонкой трелью, садились на плечи веселящимся – и тотчас исчезали, стоило дотянуться до одной из них рукой. Зато в ладони оставался подарок – будь то какая-нибудь безделушка, ограненная драгоценными камнями, будь то сама драгоценность, статуэтка тонкой работы или даже флейта. Словом, кому что нравилось, он то и получал. Дорожка, ведущая к месту празднования, была присыпана золотым песком.
Некоторые сразу заметили две высокие пленительные фигуры в тихом сиянии, принадлежащие красавцам-эльфам в масках, окаймленных пушистыми цветными перьями. Полы парчовых одежд цвета лимона развевались при малейшем дуновении ветра, так же, как и мягкие белокурые волосы. Шустрые гномы-девушки, однако, быстро увлекли тех в водоворот плясок и танцев, не позволяя им скучать ни на секунду.
– Сегодня ночь радости, потому, веселитесь, эльфы, – смеялись они.
Супруга Эдира, облаченная в бежевое струящееся платье, незаметно появившись, перехватила мужа из ручек очередной гномы, и закружилась с ним в потрясающем танце. Их плавные движения завораживали, приводя в восхищение – эльфийские гости стали настоящим украшением сегодняшнего праздника.
Тихие, удивительно мягкие шаги не услышал никто. Фэ сразу узнала Анариэля – чутье никогда не обманывало фею. Уголки сочного ротика растянулись в улыбке. Спрятавшись за ближайшем шатром, девушка юркнула внутрь, беря со стола вкуснейший ягодный морс. Осушив стакан, красавица с головой окунулась в бурлящий поток всеобщего веселия. Уловив момент, Царица по примеру Аэли «выкрала» Анариэля и пустилась с ним в пляс, правда, недолго – отдав эльфа в руки незнакомой гномы, фея потеряла отсчет времени. Радостно смеясь, она танцевала, вскидывая руки кверху. Девушка была изящна и прелестна, словно снежная фиалка, источающая изумительный аромат. Танцующие замерли в восхищении, наслаждаясь этой великолепной картиной; эльфы застыли в немом восторге, поражаясь такой грациозности. Но Фэ, опустив веки, ничего не видела и не слышала – она уже пребывала не на земле, но там, далеко в небесах, растворяясь в танце, полностью отдавая ему себя. Полы платья то взлетали, словно крылья птицы, то опускались, то обвивались вокруг тонкого стана своей хозяйки, который внезапно начал принимать вовсе иные очертания.
Анариэль невольно залюбовался красавицей, внимательно наблюдая за ней. Вот часы пробили полночь – веселящиеся сняли маски. И вдруг все, включая и его самого, остро ощутили некое волшебство, превращающее их празднество в сказку. Магическая волна, на миг окутав Царицу и заключив ту в свой кокон, стала сползать с нее, будто кто-то медленно снимал с девушки невидимую ткань, одергивая ее вниз. И без того красивое личико девушки прямо на глазах стало немыслимо прекрасным, неземным. Удлиняющиеся волосы резко увеличились в объеме, изменяя цвет, роскошным шлейфом укрыв землю, как и полупрозрачная белоснежная туника, сквозь которую просвечивала трогательно хрупкая фигурка, распространяющая вокруг себя мерцающие звенящие звездочки… Но вот она остановилась, будто что-то почуяв, взмахнула черными ресницами, сплошным ковром обрамляющими огромные светло-ореховые глаза с фиалковым оттенком – и в упор посмотрела на эльфа, отчего у того захватило дух. Он окаменел, не в силах пошевелить и перстом, замер, пораженный. Душу Анариэля обуревали разные чувства, явственно отражаясь в его очах. Потерянная Фэ обвела взглядом окружающих и сжав ладошкой прядь шелковистых волос, поняла все.
– Личина…спала…– затравленным голосом промолвила она, который тоже изменился и теперь был подобен горному хрусталю.
Среди толпы прошелся шепот. Расступившись, гномы пропустили вперед прекрасную деву с пышными формами, тонкими запястьями, угольно-черными кудрями до плеч и такими же глазами. На ее голову был надет причудливая шапочка из бисера, закрывающая лоб. Красная одежда незнакомки состояла из прозрачных шароваров и лифа, ее ножки была обуты в вязаные сапожки. Гномы склонились в почтительном поклоне.
– Лефэ! – воскликнула гнома. – Как же я рада тебя видеть!
– Оджа! –спустя минуту Бдящая горячо обнимала подругу. – Повелительница!
–Преклонитесь перед Царицей Фей! – прогремел бас Наместника, после чего присутствующие, включая и эльфов, будто по мановению волшебной палочки, склонились перед Бдящей.
– Радуйтесь! – воскликнула королева гномов. – Это подарок судьбы: на наш праздник явились не только эльфы, которых здесь не бывало несколько веков, но и сама предводительница фей! Воистину благословенная ночь! –чуть помедлив, Оджа подмигнула подруге, прошептав той на ушко, когда та чуть наклонилась, чтобы расслышать слова гномы. – А тебя я жду завтра на праздничном обеде в твою честь.
После чего королева смешалась с толпой, отдав приказ танцевать. Гномы одобрительно загудели и рванули в шатры за новыми кружками пива, женская половина пустилась в озорной пляс.
– Лучезарная, – выдохнул Анариэль, подступая к девушке. – Вы прекрасны…
Эльф, герой легенд и мифов, подал фее свою теплую ладонь. Пальчики Бдящей коснулись ее, и этот пленитель девичьих сердец увлек ее в танец, положив вторую руку на осиную талию красавицы. Поистину, этот миг стал самым счастливым и запоминающимся для Фэ. Она одарила его своей самой нежной улыбкой, ловя на себе его зачарованный взор, и нисколечко не думала смущаться. Близость его тела заставляла трепетать все ее существо – и этот трепет Анариэль прекрасно ощущал. А он не мог оторвать глаз от этой сказочной, волшебной, ни на что не похожей красоты… Хотелось бесконечно слушать ее голос, чувствовать нежную и бархатистую, словно сочный персик, кожу под своей ладонью…
– Значит, Вы не человек, – прошептал он, обратившись к ней. –Царица…
– Да, – кротко ответила она. – Я фея…
Оглянувшись, она только сейчас поняла, что Анариэль, вальсируя, привел ее под сень зимнего вишневого сада. И теперь они стояли среди деревьев, вдали от кострища.
– Верно, ты захочешь узнать, почему я не открылась вам? – начала она, отстраняясь. В этих несравненных очах застыла печаль – грусть поневоле передалась и самому эльфу.
– Да, – ответил он. – Вы боялись?
– Я доверяю вам, своим новым друзьям, – продолжила Фэ. – Но нам суждено будет вскоре разлучиться. Я сниму с вас заклятье, и вы вернетесь в свои земли, а мне…
– Фэ, – ласковая улыбка изобразилась на его устах, –Вам ведь ничего о нас неизвестно.
– Да, – растерянно пробормотала она. – Кстати, Оджа, то есть, королева, приглашает нас завтра на обед. Там я все непременно вам объясню…
– Вы не обязаны это делать, – мягко возразил Анариэль.
– Я желаю поступить так, – вымолвила она. –Терять мне нечего, раз уж на то пошло.
– Честно признаться, я давно подозревал, что Вы не просто человек. С той самой минуты, как Вы коснулись руками моих век, когда мы любовались на звезды…
Она рассмеялась и прислонилась головкой к его предплечью.
– Анариэль, – с любовью промолвила она. – Какое же ты милое создание. И мне с тобой так легко…
Ответом была его загадочная улыбка. Он чуть приобнял девушку за плечи, прижав ее к себе.
– Вот и славно. Нутром чую, что Вам нужен отдых, – тихо сказал он. – Вы устали.
– Да, устала, – эхом вторила она ему. – А ты и есть тот отдых, эльф. Ты и твои друзья.
И вот вдали играла музыка, слышались радостные крики празднующих, а они стояли среди заснеженных деревьев, в тишине, глядя на звезды…Сама природа благословляла этот час, и своих верных детей, которые еще об этом ничего не знали.
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (+1)   
18:14 16.09.11