Главная

Поиск


?

Вопросы






FAQ

Форум

Авторы

Фантастика » Ужасы и мистика »

Художник

Начала нет и нет конца
Раскрасим жизнь во все цвета…
(Агата Кристи)
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (0)   
07:47 21.02.11
ГЛАВА I
Комната

       Пять…Шесть…Семь…Потемневшая стрелка старинных часов медленно, но неотвратимо, как пуля, вылетающая из ствола револьвера в сторону виска, резала липкое пространство вокруг. Пространство, не желая подчиниться времени, извивалось, с криком разбиваясь о потемневшие вещи, коими была обставлена комната.
       Комната выглядела необычно, не как типичная квартира человека, каждый день пропадающего на работе, а вечером находящего убежище дома, забываясь в паутине дел, либо погружаясь в увлекательный, но мертвый мир телевизора. Это была не комната избалованного юноши, за которого все сделали богатые родители, оставив ему только возможность наслаждаться жизнью. Даже не комната консервативных, но многое повидавших стариков. Нет…
       Здесь было другое. Деревянные стены, казалось, повидали времена, когда робкие корабли бороздили водную гладь в поисках новых, возможно, лучших мест, стирая белые пятна с карт. На стене – картина. Что на ней изображено понять было сложно, но не потому что состояние картины было плохим. Нет. Наоборот видно все было четко. Необычные формы, сочетание различных образов – все это проникало в глубины сознания. В картине был образ, силуэт человека. Может быть, незримый человек и был хозяином этого места. Окон не было, чтобы свет не мог проникнуть туда, где уже не одну вечность сражаются время и пространство.
       Наконец, я начал осознавать, что лежал на полу рядом с массивной кроватью. Глаза бешено пытались найти в этой комнате что-то привычное, то, что я привык всегда видеть в комнатах. Стоп… А что я привык видеть? Сколько я ни пытался найти ответ на этот вопрос в глубине своего сознания, но… нет, я этого не знал. И того, как сюда попал, не знал тоже. Да и не хотел знать.
       Вновь осмотревшись, я понял: что-то, какая-то деталь ускользала от меня. Но какая? Опять по кругу: картина, часы, кровать, стены. Эта небольшая, но, безусловно, важная деталь упорно старалась спрятаться от моей мысли. Так бывает, когда пытаешься вспомнить какое-то слово, вот оно уже крутится в уме, но никак не желает слетать с губ. Кто-то играл со мной. Опять же, кто и зачем? Разум превращался в большой улей, где роились, сливаясь и создавая невыносимое жужжание, тысячи мыслей.
       Лежать на полу становилось невыносимо, но заставить себя встать было еще тяжелее. В это мгновенье пространство и время объединились, чтобы вместе навалиться на меня. Оплетая разум, они что-то шептали. Но я их не слышал…или не слушал. Сопротивляться было бессмысленно. Я погрузился в сон. Хотя, разве это можно назвать сном? Это была болезнь, испытание, называйте, как хотите, но никак не сон. Образы в голове сменялись один за другим, пока я окончательно не провалился в пустоту.
       Проснулся я от того, что у меня горело все тело, и время от времени пробегала дрожь. Неизвестность. Я чувствовал, что стою на пороге того, что неподвластно человеку. От этой мысли меня пробил очередной, но необыкновенно сильный приступ дрожи, заставив упасть на пол несколько капель холодного пота с моего лица. Единственное, что я знал наверняка, пути назад нет… Только настоящее, застывшее в этих стенах, только туманное завтра…
       Но немного придя в себя после беспокойного сна, я заставил себя встать на ноги. В комнате все было по-прежнему. И часы, и картина, и стены, и кровать, и шкаф… Шкаф? Раньше здесь шкафа не было. На вид он был потемневший и невзрачный, но у меня появилось чувство, что он как и все здесь – отголосок прошлого. Открылся он без особых проблем. Что же…Ничего интересного, лишь груда какого-то хлама. Краски, обломки карандашей, кисти, одним словом, получался какой-то набор художника..и фотоальбом. Решив узнать, где все-таки нахожусь, я с надеждой стал открывать альбом. Комната наполнилась таким хрустом, с каким открываются древние фолианты, хранящие в себе события, людей, даже целые эпохи… время. Но было не похоже, что фотографии, которые я рассматривал, дошли до нас из Эпохи Возрождения или времен великой Римской Империи. На пожелтевших от времени картинках была изображена моя тюрьма – комната, в которой я находился. Тут меня словно молния пронзило осознание. Я заточен в этом месте. Нельзя войти, нельзя выйти. Либо ты здесь, либо снаружи. В комнате НЕТ ДВЕРЕЙ! Но как же я тогда попал сюда? Вопросы, вопросы… И ни единого ответа. С каждой минутой я чувствовал, что пространство вокруг сгущается и липнет ко мне. Я медленно падал и терял сознание. Пол все ближе, ближе… Последнее, что я увидел была выцветающая картина, а дальше – тьма…
       Снова сны, точнее кошмары. Но на этот раз кошмар был один. Я стоял там, где нет ничего. Ощущал настоящую пустоту и внутри себя и вокруг. В это мгновение ничто не имело значения. Нет желаний, нет мыслей, нет вообще ничего. Ничего…кроме стекла, на которое я наткнулся, попытавшись сдвинуться с места. Никогда сны не были настолько реальны. Я всем телом чувствовал холод этого прозрачного материала, сдавившего и ненавидящего меня. Это была большая колба, в которую меня поместили, как подопытное существо. Я остался один на один с собой, без возможности пошевелиться, единственным доступным мне делом было думать.
       Существовал ли я за пределами комнаты вообще? Есть ли хоть один человек, который знает меня? Одиночество накатывало и, медленно сдавливая, чтобы я мог ощутить его неотвратимость, тянуло за собой, как волны тянут за собой на дно беспомощные корабли во время шторма. Правда и в шторме можно найти нечто прекрасное. Это мощь и необузданность разбушевавшейся стихии. Пенящиеся гребни волн, разбивающиеся о непоколебимые фигуры морских стражей – рифы-исполины. Порывы ветра, заглушающие любой крик моряка, случайно унесенного потоком воды за борт судна.
       Одиночеством тоже можно наслаждаться. Но я не мог… Не мог выдержать себя. Мысли и догадки, даже безосновательные, изматывали меня.
       Неожиданно все вокруг стало таять. Я, цепляясь за этот сон, этот кошмар, как за избавление, просыпался. Подо мной снова гладкий пол, но открывать глаза я не хотел, надеясь, что сон вновь обнимет меня. Так в полной тишине (меня даже не смутило отсутствие тиканья часов) я пролежал час, может два, может три…а может и намного дольше. Лежа, пытался уверить себя, что сейчас открою глаза и увижу вокруг лес или городские улицы, или что-нибудь кроме комнаты сводившей меня с ума. Я даже поверил в это. Мелкая дрожь пробежала по спине от мысли о близкой свободе, но, возможно, не только от мысли, но и от прохладного дыхания ветра, которое было почувствовал. Я представлял, что уже через пару мгновений лунный, а может и солнечный свет ударит мне в лицо. Как же я мечтал увидеть хотя бы частичку этих светил. С надеждой, разгоревшейся в моем сердце, я приоткрыл немного глаза, боясь, что яркий свет ослепит меня. Но вопреки надеждам этого не случилось… Представилась совершенно другая картина…
       Ледяной ужас сковал меня. В голове отчетливо стал отдаваться бешеный пульс. Задыхаясь, я судорожно глотал воздух, как тонущий человек, успевший выплыть на поверхность воды за секунду до смерти. Как такое возможно? Я усиленно тер глаза, но ничего не менялось. Черные стены, черный пол, черно-белая картина… Все вокруг стало двухцветным, черно-белым, словно зебра, как старый фильм. Но в фильме судьбы вершит человек, в жизни же все совершенно по-иному. Черный и белый – два начала одного пути… Они стали проникать в мое сознание так же, как нож врезается в масло, по велению простого обывателя, хоть для ножа он уже не просто обыватель, а хозяин, господин. Принцип относительности преследует человека всегда. Вот ты начальник. В подчинении у тебя находятся десятки, может быть сотни, тысячи людей. Один миг и вот ты уже попадаешь во власть пули и сразу перестаешь чувствовать себя хозяином. Ты – не хозяин. Ты все равно будешь находиться под властью других. Даже обычный повар станет твоим господином, когда будет подмешивать в твою еду цианистый калий. Водитель, пытающийся успеть проскочить под не закрывшемся еще шлагбаумом перед приближающимся поездом. Все относительно. Ты еле сводишь концы с концами. Чтобы выжить ты вынужден работать круглыми сутками, оставляя лишь несколько часов на сон. Ты не можешь позволить себе сходить даже в самое дешевое кафе или кино. Твоя еда одинакова изо дня в день. И вот ты находишь кошелек, выброшенный местным бизнесменом. Когда он его выбрасывал, то даже не удосужился вытащить из него деньги. Они для него – мусор, а для тебя настоящее богатство. Но у тебя есть любимая, у тебя есть дети, ты не лишен способности чувствовать, поэтому ты счастливее этого бизнесмена, у которого вместо зрачков знак доллара, а вместо сердца – сейф с деньгами…
       Казалось, мою голову пытаются заполнить размышлениями и вопросами, порождающими догадки, до того предела, когда разум уничтожит сам себя…
       Я услышал тихий шепот:
       -Приятель, сумасшествие уже зародилось в тебе и как рак поглощает полностью…
       Уже не удивляясь, я резко обернулся, чуть не распластавшись на черном полу. Человек. Стоял. Бешеный взгляд миллионами мелких иголочек проходил сквозь меня.
       -Ты больше не можешь контролировать свой разум, он поедает тебя, как волк-одиночка поглощает добычу, раздирая ее клыками, - продолжал гость… хотя может быть это я был гостем, а он нет?
       -Нет, нет…Я…
       -Ты ощущаешь свою беспомощность, будто кто-то играет с тобой…О, нет. Этот неведомый кто-то – ты. Ты сам играешь с собой. Больше всего ты боишься себя. Ты готов строить иллюзии, лишь бы хоть на миг оттянуть свидание со своим сознанием.
       Перед глазами все поплыло. Мне стало невыносимо жарко…или холодно, этого я уже не понимал.
Тем временем незнакомец продолжал:
       -Сколько ты еще продержишься, пока пучина безумия не накроет тебя полностью? Сколько ты вообще еще пробудешь здесь? И где здесь? – он сделал паузу, нарушаемую лишь неритмичным стуком сердца, которое все еще пыталось сопротивляться накатывающей паранойе, но остановить ее мое беспокойное сердце могло, только лишь остановившись, - Ты не знаешь этого, ты не знаешь ни единого ответа на свои вопросы.
       Слова звучали все громче и громче, разрывали меня, заставляя идти по дороге отчаяния. Я кричал, но слышал только чужой голос. Кто бы ни был этот человек, но его надо было заставить замолчать, иначе я бы еще не просуществовал и пары минут. Нет, я бы не умер, но и уже и не жил, в привычном понимании этого слова. Самообладание могло полностью покинуть меня, навсегда уйти и, уходя, хлопнуть дверью, как хлопает дверью только что поссорившийся с родителями ребенок, убегая в свою комнату.
       Тело не желало меня слушаться. Было ощущение, что я снова попал в кошмарный сон. Знаете, бывают такие сны, в которых тебя преследует что-то опасное, ты пытаешься бежать так быстро, как только можешь, но ноги вязнут в тягучем пространстве. Ты двигаешься замедленно, рвешься вперед, к спасению, но бежишь почти на месте. Чувствуешь приближение преследователей, тебя догоняют, но ничего не можешь изменить…Надежды не остается, только страх. И в тот самый миг, когда готовишься уже встретиться со своей судьбой, ты просыпаешься, но мыслями какое-то время ты все еще в том кошмаре.
       Я бежал в сторону незнакомца, хватаясь руками за воздух вокруг, но силуэт, рядом с которым я хотел оказаться как можно быстрее, приближался медленно…слишком медленно. Ноги не слушались меня, будто я был куклой, марионеткой. Но я не мог отступить. Если бы я сломался, если бы подчинился чужой воле, если бы поддался страху, который, извиваясь, словно цепь оплетал меня, то я бы перестал быть человеком, я бы стал выскобленным изнутри футляром для безумия, и паранойя одеялом укрыла бы меня от света навсегда. Невольно губы начали шептать молитвы, не знаю верил ли я раньше в Бога, но в таком состоянии, в каком был я, в шаге от падения, стал бы молиться любой атеист. Когда на глазах все рушится, когда некому тебе помочь, остается только вера… Не в силах удержаться на ногах, я упал на колени.
       Собрав остатки воли в кулак, я отгородился ото всех мыслей, рванулся к цели. Преодолевая шаг за шагом заветное расстояние, я не думал ни о чем. Кто этот человек? Выдержу ли я его сопротивление? Все это не имело значения в данное мгновение. Если начать строить догадки, то безумие будет заполнять меня, пока я не захлебнусь им.
       В следующую секунду я набросился на того, кто терзал меня.
       Звон бьющегося стекла…Откуда? В комнате нет даже окон. Вдруг мой противник пошел трещинами, особенно большая из них делила лицо на две части. Не понимая, что происходит, я продолжал наносить один за другим удары, чувствуя, как в мои руки вонзается что-то острое. Я видел, как в ответ мне летят точные выпады врага, но не чувствовал их, будто их и не было. И тут незнакомец разлетелся на тысячи осколков, обдав меня дождем битого стекла.
       Зеркало… Да, это было всего лишь зеркало. Я разговаривал со своим отражением.
       Усталость накатывала. Хотелось уснуть и проснуться, когда все это закончится. Но сон не шел. Вынести вид черно-белого мира мне казалось невозможным. Я ощущал свою беспомощность, мне хотелось хотя бы небольшой глоток яркого цвета. Как я хотел оказаться художником, ведь художники управляют цветами. Я вспомнил про вещи, которые видел в неизвестно откуда появившемся шкафу. Вдруг я смогу раскрасить весь мир вокруг себя заново, ну или хотя бы его небольшую частичку? Но прежде чем проверить свою очередную догадку, я стал оттирать от черных капель крови изрезанные стеклом руки. Странно, но я почти не ощущал боли, только немного, чуть-чуть. Возможно, пустота и одиночество заглушали ее.
       Не сумев подняться на ноги, я упрямо ползком направился к шкафу. Первым под руку попался обломок карандаша. Какого он был цвета, я увидеть не мог. Добравшись до стены, я с замиранием сердца трясущейся, словно осиновый лист, рукой начал проводить неровную линию. Но от карандаша оставался черный след, цвета не возвращались. Надежда стала угасать, мысли начали покидать рассудок, образуя пустоту внутри. Внезапно проведенная мной линия сверкнула красным светом и вновь стала безжизненно-черной.
       Я лег на пол, закрыл глаза и, не в силах о чем-либо думать, просто лежал. Это был тупик. Казалось, что только смерть может спасти меня. Я думал, что даже если попаду в ад, то это будет не намного хуже моего пребывания в этой комнате…


ГЛАВА II
Воспоминания

       За время заточения в этом странном месте я успел почувствовать несколько стадий сумасшествия. От буйства, при котором хочется буквально стереть в прах все, что ты не в силах принять, до тихой паранойи. Я был, словно плод чужого воображения.
       Тишина…Давящая тишина…Я привык к ней и перестал сопротивляться. Послышались шаги, с каждой секундой они становились все громче. Нет, на этот раз я не поддамся. Больше не хотелось разговаривать со своим отражением, воображаемыми людьми или еще какими-то порождениями моего безумия. Слушая шаги, которые, наверняка, звучали только у меня в голове, я что-то ждал…
       Щелчок замка, скрип двери. Это уже было слишком. Чтобы не слышать эти звуки, сулившие избавление, я даже изо всех сил руками стал зажимать уши, понимая, что таким образом не заглушить то, источник чего был внутри головы. Но звуки стали несколько тише. В этот момент я был готов поверить любому, кто пообещал бы спасение, но поверить самому себе я боялся…
       -Боже…С вами все в порядке, мистер? – донесся издали взволнованный мужской голос.
       Вот…Снова…
       -Да, по сравнению с тем, что сейчас будет с тобой, со мной все хорошо! – выкрикнул я в ответ.
       Резко открыв глаза, я увидел что-то совсем уже странное… Но времени думать о том, что я увидел не было, нужно было сначала разобраться с человеком, которого подкинуло мое сознание. Напрягая все мышцы, я рванулся навстречу ему, одновременно вскидывая руки.
       -Что с вами? – пятясь, еще более обеспокоенно спросил мужчина.
       Надо заметить, он был совсем не похож на моего двойника. Но от своего, уже безумного, воображения я мог ждать любые сюрпризы.
       Последовал удар. Я попал точно в нижнюю челюсть. Но ничего необычного не последовало, ни звона стекла, ни какой-нибудь другой чертовщины. Почувствовав, что мой кулак прикоснулся к реальной человеческой плоти, но, все еще не поверив в это, я нанес еще удар. На этот раз противник ответил довольно сильным ударом в область живота, наверное, с целью на какое-то время обезвредить меня. Я согнулся. От мысли, что все это реально, я окончательно лишился сил и безвольно сел на пол. К этому времени меня уже держал мой недавний враг, на помощь которому спешил молодой парень, лет двадцати пяти.
       Вернемся на пару мгновений назад. Когда я открыл глаза, то увидел… нет, не комнату. Белые каменные стены. Люминесцентные лампы на потолке. Шкаф. Кровать. Столик рядом с ней. На столике кувшин с водой и какие-то лекарства. Одним словом, типичная больничная палата. Но на стене все та же знакомая картина с незримым человеком.
       И вот я сидел на полу, удерживаемый человеком, которого, как я понял из его разговора с помощником, звали доктор Райан. Безумие с новой силой накатывало на меня, я сидел и пытливым взглядом рассматривал этих двоих, все еще думая, что они, да и больничная палата - порождения моего разума в попытке уничтожить себя. Я решил, что не пророню ни слова, пока иллюзии не исчезнут.
       -Почему Вы набросились на меня? – немного помолчав и облизав разбитую губу, задал вопрос Райан.
       Молчание…
       -Хорошо. Может быть, расскажите мне и моему другу, почему вы прибежали в нашу клинику и требовали, чтобы вас закрыли в одиночной палате?
       Мне стало казаться, что эта часть фантазии знает обо мне, о моем прошлом больше, чем я сам. Но если это - мое сознание, значит, я должен был помнить хоть что-то о прожитой мною череде дней. Я стал бродить по узким извилистым лабиринтам своей души. Впереди кромешная тьма. Поворот. Еще один. Длинный коридор. Снова поворот. Тупик. Тут вспышка красного света разорвала мою голову. Она была настолько сильна, что я, задыхаясь, пошатнулся. Что-то пыталось разрушить стену этого тупика. С другой стороны. Мне оставалось лишь стоять и ждать, пока рухнет стена, надеясь на то, что это позволит найти ответы на мои вопросы.
       Легкий удар по лицу вернул меня в реальность. В реальность ли? Было уже решительно все равно. Надо мной склонились два моих знакомых. Доктор смотрел на меня пристальным взглядом, а парень прижимал мои запястья к полу, должно быть, поняв, что в таком состоянии от меня можно ожидать что угодно.
       Посмотрев на меня еще пару минут, Райан сказал своему помощнику:
       -Можешь отпустить его,- и, обращаясь ко мне, продолжил,- Еще раз спрашиваю: с вами все в порядке?
       «Какой же идиот этот доктор, если он все-таки существует в реальном мире»,- подумал я про себя:
«Разве по моему состоянию не видно, что со мной НЕ ВСЕ В ПОРЯДКЕ, а скорее даже наоборот».
       -Что здесь, черт возьми, происходит? Где я нахожусь, в конце концов? - невольно сорвалось с моих губ.
       -О, мистер, так Вы ничего не помните? – с сочувствием произнес присевший на кровать парень.
       Ответа не последовало. Наступила тягостная пауза. Тишину нарушало только мое тяжелое дыхание. Безумие немного ослабило хватку, дав мне поверить в реальность происходящего. Какие тайны хранило мое прошлое? Неужели я сам пришел сюда и добровольно стал своим заложником? Желая того или нет, я убивал себя…
       -Может, это и к лучшему, - закурив и отвернувшись от меня, загадочно добавил доктор Райан.
       Тут я вновь понял, что вижу все цвета. Странно, но радости это не приносило, только некоторое успокоение. Я глянул на руку. Засохшие красные капли крови, похожие на маленькие осколки рубина, украшали ее, создавая подобие браслета, оплетающего руку от локтя до кончиков пальцев.
       -Сейчас полдень, но сентябрьское солнце уже не слишком жаркое. Возможно, Вы захотите прогуляться? – поинтересовался Райан.
      Прикинув в уме, что хуже от этого уже точно не будет, я слегка наклонил голову, впрочем, этого хватило, чтобы доктор заметил мой знак согласия
      -Отлично. Выход во двор находится вниз по лестнице за вашей дверью. Если понадобится помощь, обращайтесь. За те деньги, которые Вы пообещали за свое здесь пребывание, вам окажут любую услугу.
       Дверь с глухим стуком, будто ей было несколько веков, закрылась.
       Дым, оставленный сигаретой доктора Райана, медленно растворялся в раскаленном, как мне казалось, до предела пространстве. Когда полностью стихли голоса, на горизонте вновь появился силуэт одиночества, похожий на странника, возвращающегося старой дорогой. Мир снова тускнел и выцветал, начиная от самого центра картины. Обливаясь холодным потом, я продолжал сидеть на полу. Вдруг все вокруг стало мелькать. Разобрать, что происходит, было абсолютно невозможно. Весь мир слился в единое целое, похожее на помехи старого телевизора.
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (+2)   
07:48 21.02.11