Главная

Поиск


?

Вопросы






FAQ

Форум

Авторы

Фантастика » Ужасы и мистика »

Шорох

Рассказ вторичен, как и вся литература в целом.


Полночной порою в болотной глуши
Чуть слышно, бесшумно, шуршат камыши.

О чем они шепчут? О чем говорят?
Зачем огоньки между ними горят?

Мелькают, мигают - и снова их нет.
И снова забрезжил блуждающий свет.

Полночной порой камыши шелестят.
В них жабы гнездятся, в них змеи свистят.

В болоте дрожит умирающий лик.
То месяц багровый печально поник.

И тиной запахло. И сырость ползет.
Трясина заманит, сожмет, засосет.

"Кого? Для чего? - камыши говорят,-
Зачем огоньки между нами горят?"

Но месяц печальный безмолвно поник.
Не знает. Склоняет все ниже свой лик.

И, вздох повторяя погибшей души,
Тоскливо, бесшумно, шуршат камыши.
 отзывы (3) 
Оценить:  +  (+1)   
08:53 01.01.11
***
Я знал ее еще, когда она была ребенком. Маленькая девочка с двумя темными косичками. Тогда она меня боялась. Да и сейчас тоже. Пытаясь объяснить мое существование, она строит теории одна оригинальнее другой. Я часто слышу, как она озвучивает их своей подруге Лене.
Алиса, Алиса, нельзя объяснить того, что на самом деле не существует.
Я сам иногда в себя не верю. Честно говоря, ее теории кажутся гораздо правдоподобнее самой истины. То я ее давно умерший дедушка (кстати, я его хорошо помню и знаю, что он счастлив там, где находится в данный момент, хотя это место безумно далеко от квартиры его любимой внучки); то я погибший на болотах путник, чья душа мечется в поисках покоя, то просто разыгравшаяся больная фантазия. А правда не оригинальна, я просто не помню, кем был раньше. У меня нет имени, нет тела, нет даже голоса, но зато я ЛЮБЛЮ.

Я люблю ее эгоистично, не признавая компромиссов. Она только моя! Я виноват в краткости ее брака. Хотя они бы все равно разошлись, я чувствую такие вещи. Я создал такую обстановку в квартире, навел такого ужаса, гремя посудой и воя в водосточных трубах, что молодожены ругались еще чаще, то есть чаще двух раз за день. Ругаться – это единственное, что они умели вместе. Порой мне становилось страшно самому, когда моя Алиса плакала на кухне и рассказывала мне (она часто так разговаривает, хоть и не верит до конца в мое существование) о том, как ей все надоело, как она хочет прекратить жалкое существование. Была одна попытка суицида. Она уже стояла на балконе. Я в оцепенении смотрел, как она перелезает через ограждение, и не мог ей помешать. Слава Богу, которого для меня нет, Алиса испугалась. Захлебываясь рыданиями, она кричала, что даже этого не может, что не может умереть… Тогда я в первый раз смог прикоснуться к ней. Я так захотел помочь, исправить свою роковую ошибку. Я смог погладить ее по волосам. Она подняла огромные черные глаза, и никого не увидев, прошептала: «спасибо»… первый раз за 20 лет я не только дотронулся до девушки, но и успокоил ее.

Кроме любви есть ненависть. Я бы убил всех ее ухажеров! Я бы бил их головой об стену, пока их жалкие мозги не вытекут! К сожалению, сделать это не в моих силах, но я могу пугать этих жалких представителей человеческой расы. Могу внушать ужас, но побочный эффект… Алиса все же боится меня… часто, приходя с работы, она просит меня не шуметь, потому что ей жутко. Меня греет ее любовь и пугает ее ужас передо мной.

Могу ей сниться, редко, но могу. Мы даже можем заниматься любовью во сне. Но я не помню себя, так что ее сознание придумывает мне имя и внешность. Мне нравится думать, что в этих снах сливаются наши души и сердца, я часто забываю, у меня нет ни того, ни другого. Меня вообще нет…

***
Так мы и жили. Тихо и счастливо для меня, заключенного какой-то неведомой силой, в стены ее маленькой однокомнатной квартиры. До того момента, как …
Я идиот! Надо было раньше заметить неуловимые признаки изменений, но я был слеп… А ладно, все равно я ничего не смог бы изменить.

Они с Леной сидели на кухне со второй бутылкой мартини, горланили «мама, я не могу больше пить» БГ (я его тоже люблю, не то что лобуду по музтв, которую Алиса включает по утрам) и обсуждали какого-то Романа… Ну, Роман и Роман, я был слишком занят, музыка проникала внутрь меня… Сидя рядом с колонками, я чувствовал, как переливаются строки следующей песни:

Звездочка моя ясная,
Как ты от меня далека.
Поздно мы с тобой поняли,
Что вдвоем вдвойне веселей
Даже проплывать по небу,
А не то, что жить на земле…

Наша песня с Алисой, жаль, она этого не знает… Пока я наслаждался вибрацией Бориного голоса внутри себя, между боевыми подругами произошел судьбоносный для меня разговор:
- Таааааааааааак, я не понимаю, фто с Раманнаном? – мычит Лена, не, она девка хорошая, на мой взгляд, но когда напьется…
- Нифего с Романом, он герой маво рамана, - остроумная как всегда моя любовь.
Дальше они еще про него поговорили, я не очень понимаю пьяных женщин, их и трезвых трудно понять. Поэтому я полностью отдался во власть музыки…

На следующий вечер я был рядом с Алисой. Она спала, а я надеялся, что смогу проникнуть в ее сознание.
Это требовало огромных усилий, необходимо вытеснить все остальные сны и прочно утвердиться в ее разуме. Но в этот день… Проникнуть я смог, но то, что я там увидел, заставило разбить всю посуду на кухне… В ее снах был только один человек. Высокий блондин. Сны были довольно откровенны, я не мог этого выносить. Но даже тогда я ничего не понял.

Меня должно было насторожить то, что она никогда не приводила блондина домой. А значит, я не мог помешать их отношениям, настолько прекрасным, что…
Дождь шел третий день. Это нормально для серого города. Алиса собрала вещи, и тут я ПОНЯЛ! Она хочет уйти. Но я не могу уйти с ней. Меня нельзя положить в чемодан. Я вообще не в состоянии покинуть квартиру.
- Прощай, - прошептала она и закрыла дверь.

Я не знаю, кем был раньше и, кто я сейчас, я не помню своей смерти, не знаю, была ли она… но в тот момент, когда закрылась дверь, я почувствовал, что такое смерть.

***
Любви мы платим нашей кровью,
Но верная душа - верна,
И любим мы одной любовью...
Любовь одна, как смерть одна.

Конечно, я не умер, надо мной смерть не властна. Но мой мир – это Алиса, она ушла, а я остался тихим шорохом в квартире.
Мне трудно следить за временем, мы находимся в разных измерениях, поэтому я не знаю, сколько часов, дней или лет провел на ее постели, сколько раз беззвучно повторял ее имя, сколько молитв возносил к небесам. Но одна из них, наверное, была услышана. Произошло Чудо.
Легкий ветерок с запахом и цветом моря подхватил меня и вынес из квартиры. Я смог покинуть стены дома, в котором провел десятки, а может, сотни лет.
Ночной город жил своей жизнью. Огромные электрические фонари и рекламные щиты прогнали тьму. Огромное доисторическое животное, город, спал, но иногда зверь раскрывал ненасытную пасть и поглощал людей, микроскопических микробов, обитающих на его огромном теле. Букашки уродовали город, перестраивали, позволяли расти, но ему было все равно. Какое дело древнему кровавому божеству до бактерий на его плоти, возможно, он их и не замечал.

Я летал в океане огней, я должен найти Алису.
Не помню, сколько заняли поиски, день или год, я заглядывал в каждый дом, в каждое окно. Время не имеет значения, у меня есть вечность. Вечность боли без любви.

На берегу небольшой совсем тихой реки в самом сердце города, маленький дом. Всего три этажа, один подъезд. Я уже знал, что она там, за одним из мутных окон. Я почувствовал ее аромат, корица и ваниль.

***

На последнем этаже в окне я увидел свою Любовь. Тот же взгляд темных глаз, которые не видят меня, те же черные волосы, к которым лишь однажды я сумел прикоснуться.
Они сидели в кресле рядом со старинным камином и смотрели на огонь. Я приблизился. Блондин прошептал ей что-то, она взглянула на него. Боль, утихшая совсем недавно, поглотила меня снова. В ее глазах была вся любовь мира, но смотрела она не на меня. Никогда не сможет Алиса подарить мне такой взгляд. Никогда не узнает о моем существовании.

В этот момент произошло второе Чудо. Не знаю каким образом, все случилось слишком быстро, я оказался внутри блондина. Это я теперь держал Алису на руках, я смотрел в ее огромные глаза, меня обнимали ее тонкие бледные руки. Я прижал ее к чужой груди, зная, что Чудо мимолетно. Тихо сказав, «я люблю тебя», прикоснулся чужими губами к ее губам и… снова превратился в бестелесное существо.
- Я тоже люблю тебя, - ответила Алиса, но уже не мне.

Я сразу ушел, не оглянувшись. Я вернулся домой. Мне понадобилось 27 лет, чтобы научиться любить. Но время не имеет значения.

***

- Мамочка, мне страшно. Слышишь шорох?
- Не бойся, милая, тебе показалось.

Конечно, не бойся. Не надо бояться того, кто на самом деле не существует.




 отзывы (1) 
Оценить:  +  (+5)   
08:53 01.01.11