Главная

Поиск


?

Вопросы






FAQ

Форум

Авторы

Фантастика » Фэнтези »

Сердце Валлиона: Судьи Мира

url  MrGip Начинающий писатель
Киндор - молодой воин, потерявший отца в последней войне с Эльфами леса Гордыни, жаждет мести. Она съедает его изнутри, заставляя идти на всё ради исполнения вендетты. По счастливой (а может и не очень) случайности его находит гном по имени Траин, хорошо понимающий чувства человека и решивший использовать это в своих корыстных целях. Позже к ним присоединяется маг Андрус, который пытается на тот момент разобраться в грозных предзнаменованиях, творящихся в некогда спокойном мире Нарнивала...
Вторая главная героиня - молодая волшебница по имени Соэльди, только что закончившая Маэльтен, магическую академию. Соэльди страдает, поскольку хочет реализоваться в этом мире, но слабо представляет себе, как же этого добиться... Потерявшая в детстве семью, Соэльди сильно привязывается к Архимагу академии, почитая его как родного отца... Она отправляется в путешествие немного позже, чем Киндор, но дороги судьбы упорно сводят их вместе, хоть они и сами не догадываются что к чему...

Есть и третий герой, но я вам про него не расскажу... Книга в процессе написания... сейчас написано 4 неполных главы...сюжет будет закручиваться всё сильнее с каждой главой. Идей много, потихоньку реализую все. С написанием каждой новой главы буду её выкладывать, если это действительно кому-нибудь будет интересно....
 отзывы (1) 
Оценить:  +  (+2)   
04:18 30.03.11
url  MrGip Начинающий писатель
Сердце Валлиона
Книга Первая: Судьи Мира.





Судьи Мира.
Пролог

Угасал закат. Лес, еще не остывший от жаркого дня, тихо шумел, навевая воспоминания о мягкой постели и сытном ужине. Недалекие горы укутались в сизые туманы, словно готовящиеся ко сну великаны. Холодный горный ветер свистел в их шпилях, убаюкивая мир своим пением и стирая последние грани между днем и ночью.
Последние лучи упали на невысокий холм, осветив высокую фигуру в серо-синем плаще и с огромным мечом в правой руке. Лицо её скрывал глубокий капюшон, придавая ей таинственный вид. Миг спустя фигура, слегка покачнувшись, двинулась в сторону недалекого леса. Шаги её были легки и бесшумны, словно легкий летний ветерок. Ни одна букашка, ни одна травинка не почувствовали бы этого дуновения.
Он знал, на что идет, знал, что лес этот прозван Лесом Гордыни не зря, что обитатели его, эльфы, заперлись от всего внешнего мира и вот уже несколько столетий убивают всех, подошедших к границам их владений. Они не признают ни закона, ни высших сил, не знают пощады, не ведают боли и страха. Путники, случайно забредающие в их владения, больше не возвращаются, словно их никогда и не было в мире живых.
Звякнув, отскочила от скрытой под плащом кольчуги первая стрела. Воин не обратил на нее никакого внимания. Вторая стрела распалась прахом, не долетев до него. Больше стрел не последовало, и, похоже, воин был немного удивлен, но бестрепетно вошел в заросли. Его ждали...


Глава Первая.
ВСТРЕЧИ.

За тысячи лиг от Леса Гордыни, в городе под названием Валлион, распростерлась ночь. Очертания мостовых потеряли привычную четкость, да и рассматривать их в темноте стал бы разве что праздный или любопытный. Почти погасли все огоньки, почти везде перестал куриться дымок над крышами домов - хозяева готовились ко сну. Только несколько пятен света осталось во всем огромном городе, а громаден он был воистину: великая столица Эанира растянулась на множество километров на юг и на север вдоль реки Великой. Город отстраивался многими поколениями предков нынешнего правителя - Асгарона, увеличивался, разрастался за стены и теперь, пожалуй, было уже невозможно сосчитать количество укреплений, проходивших прямо через городские кварталы.
После Даренейской битвы Король подписал мир с гномами Аррингтэра и пригласил лучших из них украсить его столицу. Гномы трудились уже без малого пять лет, получали огромные жалованья и изменили город до неузнаваемости. Теперь Валлион мог по праву называться Величайшим городом людей.
Город украшали сделанные гномами гранитные мостовые с разнообразными и, порой даже причудливыми, рисунками, дома были отделаны белым и синим камнем, излучавшим, как казалось гостям столицы, внутренний свет и создававшим неповторимую атмосферу мягкости и радушия. Разнообразные, сделанные из железа, гномьи фонари теперь стояли на всех площадях Валлиона, освещая их и днем и ночью. У одной из таких площадей жил прославленный в королевстве воин, который и стал участником событий столь грозных и ужасающих, что легенды о нем будут слагать еще многие поколения потомков.
Киндор, молодой, по меркам людей воин, вполне могущий поспорить во владении луком с бывалыми ветеранами, сидел у себя дома в уютной гостиной и задумчиво крутил в руках метательный нож, подаренный ему лично королем за заслуги на военном поприще.
Зачем орки Зенерона опять полезли войной на Лес Гордыни? Зачем они выступают раньше срока, ведь ясно же, что с их нынешними силами попросту глупо бросать вызов его обитателям? Зачем лезут на втройне укрепленные рубежи неприступной твердыни? Его раздумья заходили всё дальше и дальше, за окном уже совсем стемнело, лишь потрескивал в камине яркий и живой огонек, постепенно съедая свою пищу - недавно подкинутые яблоневые дровишки. Тут во дворе послышались негромкие шаги, а затем в дверь кто-то громко и настойчиво постучал.
Киндор с опаской встал – час поздний, а гостей он и подавно не ждал, и осторожно подкрался к двери. Осторожности его научили многочисленные походы, совершенные во имя короны и северного королевства. Каждый незнакомец мог стать врагом, каждый удобный случай убить его, Киндора, мог быть использован его врагами. А именно – злокозненными эльфами, жаждущими его смерти. В том, что его смерти жаждут именно эльфы,- он никогда не сомневался. Да и время стало неспокойное, в темноте по улицам стало опасно ходить без оружия, жители города всё чаще становились жертвами нападений, нашли даже нескольких убитых.
Между тем стук раздался снова, и голос за дверью громко произнес что-то вроде: «Ну неужели тут не примут путника из далеких гор?!». Киндор наконец решился и рывком распахнул дверь.
-Здравствуйте, господин Киндор, сын Асгадора!- на пороге стоял странного вида пришелец в черном плаще и накинутом на глаза черным же капюшоном. - Мне хотелось бы с вами поговорить. Если изволите, я представлюсь уже за вашим порогом, потому что неосторожное слово может далеко разнестись,- загадочно проговорил ночной гость.
-Конечно, можете войти,- легко кивнул головой Киндор, пряча за спиной приготовленный метательный нож.
Киндор славился среди своих коллег как один из сильнейших лучников всего королевства, поэтому он часто получал самые сложные задания от Королевской службы, и, стоит ли говорить, что ни разу не провалил ни одной доверенной ему миссии. Пришелец, очевидно, это прекрасно знал, поэтому не выказывал ни малейших враждебных намерений, напротив - сразу скинул плащ и протянул хозяину руку.
-Траин, сын Двалина,- представился гость и протянул бугристую, мозолистую ладонь человеку. - Очень рад нашей встрече, великий воин людей,- пробасил гном.
Только теперь Киндор додумался рассмотреть пришельца: руки гнома украшали металлические наручи, тело прикрывала тройная, на совесть сплетенная, кольчуга явно подгорной работы, за поясом висели два боевых одноручных топора, сам же пояс был отделан настолько искусно, что Киндор даже потерял дар речи. Камни на нем свивались в причудливую резьбу, изображающую огромного дракона, летящего под градом стрел, а из его рта вырывался сноп пламени, сделанный из разноцветных драгоценных камней. Качество исполнения пояса заставляло понять, что гость его был из одного из знатных подгорных семейств, поскольку простые гномы не могли позволить себе такой роскоши.
Лицо гостя было лицом идеального гнома - как будто высечено из камня, с резкими линиями и отточенными чертами. Всем своим видом пришелец сразу расположил к себе Киндора, и человек, даже не подумав, протянул гостю руку.
- Здравствуй, славный Траин, позволь узнать, что привело тебя в этот дом?- вежливо осведомился он, низко поклонившись и, замечая, что гость удивлен его знанием гномьих манер.
-А вот об этом, сэр Киндор, мы можем поговорить в более уютном месте?- вежливо осведомился Траин, настойчиво пытаясь пройти вглубь дома. - Может быть пройдем в гостиную?
-Да, да, конечно пройдем,- встрепенулся Киндор. - Изволите пить вино или пиво будете?- говорил он на ходу, подходя к гостиной. При этих словах глаза гнома странно сверкнули, но Человек этого не заметил.
-Н-нет, спасибо,- с усилием заговорил гость,- Можно мне просто воды.
-Может все-таки пива? Надеюсь, ваш разговор не так важен, чтобы не позволить себе кружечку пива?
-Ну… ладно.- Неуверенно согласился Траин. - Можно кружечку. Но не больше! Нам предстоит тяжелый разговор,- он неопределенно повертел головой.
В голове у Киндора начали зарождаться смутные сомнения насчет этого полуночного странника. «Кто он такой и что, в сущности, ему от меня надо? Зачем он пришел?»
Они уселись в кресла около камина, где пылал живой и теплый огонь. Гость пододвинулся поближе к огню, чтобы погреться - все-таки на улице стоял ноябрь, а в этих краях он ощущался очень даже остро.
Давая гному спокойно наслаждаться теплом, Киндор молча наблюдал за ним. Только теперь он заметил, что на лице гнома, над правым глазом, залег застарелый шрам, видимо от меча, борода Траина доходила, как и у любого уважающего себя тангара, до пояса и была заботливо ухожена и расчесана. Огромные же его руки служили доказательством неимоверной силы и выносливости - такие, похоже, могут гнуть подковы, а также (конечно же) огромного боевого мастерства сидящего перед ним путника.
-Так в чем состоит цель вашего ко мне визита в столь поздний час?- дав насладиться Траину теплом, наконец проговорил Киндор. - Вы наверно хотели сообщить мне нечто важное, раз пришли посреди ночи?- с легкой усмешкой проговорил он.
-Конечно же мой визит того стоит, сударь!- гном не принял шутливого тона.- Слава о вашем мастерстве разлетается дальше, чем ваше имя, сударь мой. Но найти вас мне представилось сложной задачей. И вот мои усилия вознаграждены и мне подсказали, что вы можете быть в городе, а там… Да вас тут каждая собака знает! Мне указали дорогу к вашему дому. Но, к сожалению, это было уже вечером и, пока я добрался до вас, наступила ночь.
-Это о каком таком мастерстве идет речь? Что, в Королевстве нет других воинов кроме меня, куда более искусных в своём ремесле? Если бы не я то кто-нибудь другой совершил всё это,- вспыхнул Киндор.- Меч надо крепче держать, вот и все!- но слова гнома ему польстили.
-Не сердитесь, господин воин, но всё же никто, кроме вас не решился бы повторить подобное. Ведь это именно вы убили дракона как его…, а-а Золотистого. Разве не вы спасли целый отряд от стаи горных троллей? Разве это не вы сражались с моими гкм… сородичами в Даренейской битве и остались в живых? Если меня обманули, то прошу прощения, я сейчас же уйду из этого дома,- Траин произнес это чуть напыщенно, и вправду приподнимаясь в кресле.
-Все, что тебе сказали - правда, дорогой Траин, но я не считаю подвигом то, что остался в живых после той великой битвы, в ней многие остались живы. Да всё выше перечисленное и подвигами-то не назовешь - я просто выполнял свою работу, хорошо выполнял и не подвел своих товарищей. Мне кажется, что почтенный сын Двалина сражался в своей жизни никак не меньше моего - но существенно больше. Ведь гномам, как ни крути, срок отпущен куда больший, чем людям.
-Ты прав Киндор. Но не будем сейчас обо мне. Можно мне продолжить?
-Конечно можно, я не люблю пустых разговоров.
-Ведь тема моего разговора требует полного доверия как моего тебе, так и твоего мне,- начал Траин.
-Смилуйся гном,- ухмыльнулся Киндор.- Давай быстрее к делу, а то мне еще поспать сегодня хотелось бы.
И гном начал рассказывать: он рассказывал о своем Государстве в Горах, о Магическом ордене, расположенном неподалеку от владений его народа, о стычках с орками и троллями Черных Гор. О нападении на его родное селение и появившихся Темных Воинах, о беспорядках по всему королевству Эанир и, напоследок, о его цели визита к почтенному Киндору.
-Вот так,- продолжал Траин,- мои родные пещеры и соседние строения людей на протяжении пяти километров в запустении. Все жители (и гномы и люди) были поголовно убиты. Вот цель моего визита к тебе Великий воин – я хочу разобраться в этих столь трагических для моего народа событиях. Но я не прошу тебя о милости! Я знаю, что эльфы Леса Гордыни убили твоего отца, и еще я знаю одного хм… «человека», который мог бы помочь тебе в твоей трудной борьбе против коварных безликих. Я назову его, но в обмен ты поможешь мне найти убийц моей семьи – всех, кто был мне дорог. Ну же, я жду твоего ответа Киндор,- гном отхлебнул из стакана,- думай, воин. Я даю тебе месяц на раздумье. Ты сможешь в любой момент найти меня в постоялом дворе под названием «Уставший Путник». Думай, но не слишком долго.- Траин резко поднялся и быстрым шагом пошел к выходу, на ходу натягивая видавший виды плащ. Человек остался один.



* * *

-Мастер Эстерос, ну мастер Эстерос, ну послушайте,- рядом со старым магом стояла молодая девушка и жарко пыталась его в чем-то убедить.
-Нет, Соэльди, Нет,- голос Архимага был грозен,- ты меня не переубедишь. Те нападения совершили не люди и не орки, и даже не… хм... живые существа, или я ничего не понимаю в некромантии, прожив почти две тысячи лет. Этих существ я никогда не видел в Нашем мире, они извне, а уж в молодости я вдоволь настранствовался по Иным мирам, чтобы понять - смертному, даже магу, там делать ну совсем нечего. Я уверен, что эти твари пока больше не появятся здесь,- логика Мастера Эстероса была абсолютно непонятна для молодой Волшебницы.
-Н-но почему…?- начала девушка.
-Ты хочешь спросить - почему я решил, что эти существа в скором времени не появятся в пределах нашего мира? Почему я делаю такие, непонятные для тебя, логические выводы? Да все же очень просто - это нападение было всего лишь пробой сил, проверкой наших мечей. Под «Нашими» я, конечно, подразумеваю наш мир,- Он подошел к своему столу и развернул на нем карту Нарнивала, начав водить по ней указательным пальцем. - А теперь: почему я решил, что они пока здесь не появятся? Это тоже легко объясняется - хоть победа и оказалась полной, но наши друзья гномы изрядно проредили их ряды, как я слышал, и захватили с собой пару десятков этих тварей, но какой ценой! Тысячи тысяч полегли в той битве! Мне сообщили, что один из тамошних гномов собирается идти к Аррингтэру в ближайшее время. Бедняга! Ему теперь сна не будет, пока не найдет убийц, и он их найдет, себе на голову. А ведь их было всего пятьдесят! Против многих тысяч гномов - не последних воинов, должен признаться, и десятков тысяч людей, закаленных в стычках с орками и троллями Черных Гор,- Эстерос глубоко и тяжко вздохнул,- Нет Соэльди, они не вернутся. По крайней мере в ближайшее время,- Маг повернулся и пошел прочь с балкона, на котором осталась вглядываться в даль волшебница по имени Соэльди. Темные облака вдоль горизонта окрасились багряными лучами заходящего солнца, окутав землю багровым полумраком. Ветер стих, с засыпающих гор начал наползать сизый туман, постепенно редели улицы замка, обитатели расходились по комнатам и готовились ко сну. А одинокая фигурка, стоя на самом верхнем балконе северной башни, всё вглядывалась в даль, пока всё вокруг не затопил сумрак наступившей ночи.
Следующий день принес с собой серую, сырую погоду с мелким, моросящим и тут же оседающим во всех уголках одежды дождем. Небо заволокла сплошная пелена низких серых туч, безостановочно орошающих землю своими слезами. Солнце не могло пробиться сквозь эту хмурую завесу и в замке ощущалось дыхание осени, хоть и не столь заметное, как в северных землях. Где-то за окном, в прилегающих к замку садах слышалось приглушенные птичьи голоса. В острых шпилях башен легонько посвистывал несильный ветерок, лишь нагоняющий тоску своим пением. Мастер Эстерос куда-то запропал, но никто не обратил на это внимание, ведь Архимаг, прожив невесть сколько веков с людьми, теперь любил уединяться и проводить время в спокойных размышлениях. Соэльди стояла на том же самом балконе и вглядывалась в очертания столицы Зенерона. Регинрим, столица первого государства орков, отсюда был виден как на ладони, хоть и находился в трех днях пути от прибежища магов, даже отсюда выглядел пустынно и безжизненно: все орки ушли штурмовать Лес Гордыни, прихватив с собой пару тысяч троллей.
Что стукнуло им в голову? Зачем полезли на этот проклятый лес? Здесь что-то не так - подсказывала интуиция. Здесь что-то не так… Кто свел с ума правителя Утхарга? Зачем это вообще кому-то понадобилось - подбивать четыре народа к истребительной схватке? Ведь ясно же, что победить любой стороне станет очень дорого, после битвы победителя можно будет взять голыми руками, даже не напрягаясь. Ведь даже мне понятно - это сумасшествие - лезть вот так, напрямик, почти без подготовки и поддержки союзников. Ведь…
-Соэльди!- сзади к ней подошла женщина, с суровым видом глядя на ученицу.
-Да профессор Либия?- с невеселой улыбкой Соэльди повернулась, все-таки это был её любимый профессор, заменившая ей мать,- Что вы хотели?
-Сегодня, если ты не заметила, погода как нельзя лучше подходит для опытов с магией стихий, а именно - воздуха!- отрапортовала профессор Либия,- Сегодня я научу тебя разгонять тучи, а это считается весьма и весьма сложной составляющей магии Воздуха!- казалось, профессор была на седьмом небе от счастья. Соэльди же не испытывала по этому поводу никакого восторга.
Пока они пробирались к Пику Ветра - самой высокой башне Маэльтэна, мимо прошествовала целая толпа студентов, скорее всего - выпускников, забавляясь запусканием в воздух всех подряд предметов на своем пути. Профессор Либия еле увернулась от пронесшегося мимо горшка с цветами, но вместо того, чтобы отругать нерадивых учеников, восхитилась умением управлять стихиями Воздуха в столь замкнутых пространствах.
-Мда, с ней не соскучишься,- подумала Соэльди. Ей самой, к сожалению, до окончания академии оставался еще целый месяц.
Мысли типа, «а что же дальше?» порой закрадывались в голову волшебницы, но её абсолютное неумение жить больше, чем одним днем неизбежно побеждало и прогоняло их прочь, каждый раз хватаясь за спасительную соломинку – время. А времени то оставалось всё меньше. И мысли о дальнейшей её, Соэльди, жизни накатывали всё чаще, и всё труднее становилось от них избавиться…
Поворот, другой, длинный коридор с уходящей вверх винтовой лестницей, пятьсот ступеней позади и вот он: Пик Ветра. Туман здесь стоял такой плотный, что можно было что-то видеть только на расстояние вытянутой руки. Соэльди сразу закуталась в свой теплый плащ – ветер, казавшийся столь тихим снизу, здесь обретал недюжинную силу и мог бы, пожалуй, сбить волшебниц с ног.
-А теперь,- повернулась профессор к Соэльди,- Удиви меня!- и отошла в сторону, оставив ученицу размышлять о прошлых ее неудачах в этом виде магии.
Так, главное вспомнить, вспомнить все, чему учила профессор Либия, что так долго и с таким трудом изучалось на лекциях. Так, сосредоточься, представь себе поток силы, пронизывающий тебя ветер, заставь его двигаться в нужное тебе русло и тогда откроется дорога к победе,- так учил ее Архимаг, всем известный как мастер Эстерос,- Но куда мне до него! Он же почти всесилен, а я, я… Но я тоже хоть что-то могу,- подумала вдруг с укором волшебница.
Профессор Либия, наблюдавшая за ученицей, заметила, как та произнесла несколько еле слышных фраз - грубо, большинство колдуют невербально, и небо над их головами пронзили яркие солнечные лучи. Вскоре просвет в облаках увеличился настолько, что лучи осветили весь огромный замок-академию и заиграли на лужах во внутреннем дворе. Соэльди бессильно прислонилась к стене. У неё получилось.


       * * *

В столице Северного царства - Эллионе, наступала зима. Первые снежинки кружились, подбрасываемые ураганными порывами ветра и тут же таяли, едва коснувшись мостовой. Деревья, уже окончательно облетевшие, скорбно поскрипывали под порывами ветра да готовились к долгой зиме. Небо, уже по-зимнему темное и холодное, несло стаи низких серых туч куда-то на восток, к Вечным равнинам и далее – к Океану Ветров. Там они набирались сил и в безумной пляске мчались над бескрайними просторами вод, сталкиваясь и исчезая в этом хаосе, чтобы дать жизнь всё новым и новым ветрам. Всё великое королевство людей постепенно приобретало новые цвета, среди которых главным становился – белый, цвет зимы. Здесь, на севере Эанира, зима наступала уже в ноябре и морозы крепчали день ото дня. Киндор сидел у себя дома в гостиной, перед ним мягко потрескивал камин, на стенах в обилии висело разнообразное экзотическое оружие, привезенное им из многочисленных странствий.
Каждая висящая на стене дога, рапира, шпага и палица были напоминанием о когда-то пережитых им приключениях, напоминали о погибших товарищах. А еще был меч - Палаш, обычный, двуручный палаш, который оставил ему его отец перед своим последним походом, меч, напоминающий каждую секунду о его главном долге, долге, который он добровольно возложил на себя, и свободным от этой ноши его могла сделать только смерть.
-Этот странный гном дал мне надежду,- думал вслух Киндор.- Он хочет отомстить за свою семью, в обмен он предлагает мне сведения об убийце отца. Так чего же здесь думать?- человек резко поднялся,- Я соглашусь,- сказал он, глядя в огонь,- Я отомщу!- Киндор накидывал видавший виды теплый плащ, резким движением открывая дверь,- Вот только где же остановился этот загадочный гном? Что-то я, прожив всю свою жизнь в этом городе, ни разу не слышал о трактире «Усталый Путник»…
Позади осталось бессчетное количество улиц и переулков, постоялых дворов и таверн. Киндор справлялся о трактире на каждом углу и у каждого встречного, благо, что народу на улице оказалось много, несмотря на пронизывающий ветер и липкий холод. Киндора знала здесь действительно каждая собака, все встреченные им по пути с радостью объясняли путнику о местонахождении трактира все что знали или хотя бы слышали. Пройдя пять или шесть кварталов на восток, воин уже отчаялся найти интересующее его место, как, спросив очередного прохожего, он указал ему на невысокое здание, стоящее двумя домами дальше по улице. Наконец трактир «Усталый Путник» был найден и Киндор, проделавший немалый путь, действительно подустал.
-Здравствуйте, господин Киндор,- поприветствовал вошедшего воина трактирщик,- С чем пожаловал уважаемый?- голос говорившего был полон дружелюбия.
-Привет и тебе, хозяин!- отсалютовал сын Асгадора,- Я ищу некоего гнома, который, как мне известно, должен был поселиться в твоем трактире двадцать три дня тому назад. Его зовут Траин, сын Двалина, гном из Аррингтэра.
-А! Конечно, конечно уважаемый! Изволите, чтобы я проводил вас или сами найдете?- осведомился трактирщик.
Они прошли по полутемному длинному коридору с одним единственным окном в дальнем конце. По бокам от коридора отходило множество дверей - очевидно, комнат. Старые стены трактира были выложены из бревен, на полу на всю длину коридора была расстелена мягкая дорожка, которой хозяин, судя по его же словам, жутко гордился. Киндор слушал его в пол уха, а трактирщик проходил все дальше вглубь таверны и неожиданно остановился у одной из дверей и вежливо в нее постучал. Из-за двери послышалось кряхтение и неразборчивые ругательства - очевидно, гном был занят. Но, отворив дверь, он сразу забыл обо всех делах - понял, что к чему.
Спустя час Киндор покинул таверну. Трактирщик не добился от знатного гостя ни слова. Только напоследок воин повернулся и сообщил, что Траин переезжает из гостиницы сегодня вечером, и хотел бы получить горячий ужин и глоток доброго пива напоследок.
- Будет исполнено,- только и успел промямлить трактирщик перед тем, как дверь за гостем затворилась.
Следующие несколько дней гном жил в доме Киндора, благо, что места хватало. Человек и Траин очень быстро сошлись и уже буквально через неделю общались между собой как старые проверенные друзья. К ним в дом каждый день захаживали охочие до новостей знакомые, да и просто соседи, Киндора и гном рассказывал всем одно и тоже: про Черные Горы; про новости из Леса Гноллов:- те опять собрались войной на троллей Победных Гор; про гномов Аррингтэра, которые потихоньку оправляются от нападения Черных, прошедшим летом напавших на северную часть гор Аррингтэра. При этом гном морщился и призывал самые страшные проклятья на головы своих врагов, убивших в нем надежду на спокойную, тихую жизнь. Гости морщились, качали головами, выслушивая запальчивые речи потерявшего все гнома, но возражать не решались, понимая, очевидно, что у него на душе.
Так прошел месяц. Наступил декабрь с его бесконечными морозами и мягкими сугробами, ярко лучащимися на солнечном, по-зимнему холодном свете совершенно чистого солнца. Снегопады заставили гномов столицы взяться за расчистку улиц от засыпавшего их огромного снежного покрывала. Стояли тихие, приятные дни с трескучими морозами и чистейшей голубизны небесами. Дни сливались в недели, приходили и уходили люди, а Траин и Киндор готовились к походу, который, по словам гнома, нужно было начинать в конце апреля, чтобы успеть до конца лета.
Киндор оставил свою службу у короля Асгарона ради подготовки собственного похода. Путники продумывали каждую мелочь и старались запастись всем необходимым, начиная от факелов и заканчивая запасным котелком для походной пищи. Траин между тем направился прямиком к ближайшему кузнецу и, самым наглым образом оттеснив его от работы, выковал для Себя и Киндора великолепное оружие из железа, им самим привезенного из Аррингтэра.
Так закончилась зима. Вьюги сменились звонкими капелями, растаявший снег бодро превращался в весенние ручьи. Солнце все чаще радовало горожан своими лучами и, поддаваясь этому напору, из-под снега все чаще показывались черные земляные проплешины. Весна вступила в свои законные права и поход, в свою очередь, был не за горами. Траин сообщил, что они начнут поиски в селениях вблизи места прошлогодней трагедии. Сборы продолжались…

* * *

Соэльди проснулась внезапно. Так, бывает, просыпаешься полностью и без остатка, как будто кто-то гаркнул в самое ухо. За окном лился яркий солнечный свет, утренние туманы уже распадались под его яростным напором. Слабый ветерок колыхал оконные шторы - по-весеннему свежий и теплый. Кристальной чистоты небеса были подернуты небольшой дымкой, кое-где проплывали легкие перистые облака и, приглядевшись повнимательнее, можно было увидеть высоко парящих в поднебесьях птиц.
Волшебница резко встала с постели и, одеваясь на ходу, направилась в обеденный зал к Магистру Эстеросу. Сегодня был её лучший день. Сегодня она заканчивала Академию, и теперь никто не мог назвать её простым Адептом - нет, теперь она вправе называться полноценным Магом, теперь она, после десяти лет, проведенных в стенах Академии, наконец-то сможет её покинуть. Конечно, Мастер Эстерос будет пытаться удержать молодую волшебницу в замке, но у него ничего не выйдет, потому что, Соэльди была абсолютно убеждена, что за стенами академии она гораздо нужнее, чем здесь.
-Госпожа Соэльди?- прервал её раздумья мягкий, исполненный силы голос. При каждом слове, да что слове - звуке, произнесенном этим голосом, у волшебницы пробегали по спине мурашки. Ну не могла она за все десять лет привыкнуть к его звучанию - ну никак! Этот голос, казалось, заставлял трепетать саму душу, трепетать перед тем, кто был его обладателем.
- Или вернее - Магистр Соэльди?- усмехнулся между тем голос. Волшебница резко повернулась. -Как изволите теперь Вас называть?- продолжал издеваться Эрднар Сизый - глава кафедры темной магии и некромантии.
Сам профессор, по меркам магов, был более чем молодым, ему было всего лет восемьдесят, зато более чем талантливым черным магом, что же касается его знаний некромантии - то он мог оставить далеко позади любого мага Нарнивала (включая самого Архимага). С первого же урока Соэльди проявляла симпатию к учителю - но не к предмету, наверно этим объяснялись её более чем скромные познания в этой области. Зато профессор, решив, очевидно, что у его Ученицы просто нет таланта к темной магии, относился к ней более чем дружелюбно и всегда пытался наставить и помочь. Он был высок ростом, бездонные черные глаза украшали его, словно вышедшее из рук искусного мастера лицо. Широкие плечи, более подходящие для воина, нежели для мага, говорили и об огромном боевом искусстве этого человека. Впрочем, кем он был до академии - на этот вопрос знал ответ разве что сам Эстерос, но никому не давал на него ответа.
-Можно просто Соэльди, профессор?- усмехнулась в ответ девушка.- А то эти титулы старят меня эдак лет на тысячу, а волей-неволей хочется подольше побыть молодой,- проговорила она уже с уморительно серьезным видом.
-Ох, ох!- рассмеялся Эрднар.- Меня опять обставили в словесном поединке! Я вижу вы, моя «лучшая» ученица, говорить умеете гораздо лучше, нежели поднимать зомби или упокаивать неупокоившихся,- усмехнулся он.- Какая прекрасная сегодня погода! Как раз подходит для серьезного разговора, который, не скрою, я готовил уже давненько, но все откладывал до последней минуты, которая, как я понял, наступит завтра утром - когда вы нас покинете?- уже без шутовства, серьезно спросил Маг.
-Откуда вам это известно? Кто вам сообщил такую чушь? И с чего вы вообще решили, что Я покину Академию?- Соэльди была искренне удивлена тем, что профессору были известны её дальнейшие планы.
-Ах, молодость, молодость - она зачастую бывает не очень разумна,- уже с грустью покачал головой Эрднар Сизый,- Не окажете ли вы мне услугу, поужинав сегодня со мной? Нам нужно обсудить очень важные вещи, госпожа Соэльди, и я, конечно же, сообщу Вам, откуда мне известно о ваших планах на ближайшее будущее. Ну так вы примете мое скромное приглашение, Магистр Соэльди?- закончил он, сделав особое ударение на «магистр».
-Л-ладно, профессор. Я приду,- с запинкой проговорила волшебница.
Она шла коридорами и галереями - на пути к обеденному залу их располагалось особенно много: пара-тройка знакомых с детства поворотов, Зимний коридор, Зал Величия, Зал Славы, Обеденный Зал. Волшебница резко остановилась на пороге. Все пространство зала занимали такие же, как она, выпускники. Каждый занимался своим делом, но все были одинаково торжественно одеты в разного вида мантии, показывающие, к каким из орденов они относятся. Всего в Академии подготавливали к выпуску семь школ магии: Темная, Светлая, Магия огня, воды, воздуха, земли и Магия познания. Большинство выпускников заканчивали по два-три вида магических школ, но имелись и таланты, такие как Кардарион Свирепый, знавший не хуже самого Главы Академии все семь видов магии. Но такие таланты во все времена - единицы, что и доказала статистика: после ухода Свирепого из академии, ни один ученик не заканчивал её с таким успехом. Соэльди считалась одной из лучших выпускниц нынешнего года, она знала и успешно использовала четыре вида магии: Светлая магия, Магия огня, воды и земли. С воздухом у неё что-то не клеилось, а таланта к Темной магии у неё (как утверждал Эрднар) просто не было. Что же касается магии познания, то освоить эту дисциплину могли единицы, и… Соэльди не относила себя к таковым.
Обычно весь зал был заполнен обеденными столами для пяти-шести человек, чтобы обедающие смогли бы спокойно пообщаться между собой во время еды. Но сегодня все столы были убраны, стены украшены гербами разных магических школ, а пол застлан изысканными коврами, привезенными, по слухам, аж из-за Победных гор.
-Соэльди! Соэльди!- громко крикнул кто-то за спиной у волшебницы. Она резко повернулась.- Вот ты где! Ну и замучался же я тебя искать!- проговорил один из стоявших неподалеку выпускников. Вид у него был донельзя вымотанный, но он вручил опешившей от неожиданности Соэльди свиток с алой печатью, изображающей скрещенные мечи и орочьи клыки над ними. Этот знак она знала, его прислали из Зенерона. Но почему ей? Ведь волшебница никогда не сталкивалась ни с орками, ни с их помощниками гоблинами. Она резко разорвала печать, развернула свиток и стала читать: это было посмертное письмо, письмо орка, погибшего, очевидно, в битве с Эльфами - первые слов десять шли одни черные ругательства, призывающие проклятья на головы бессмертных, а далее начинался подробный рассказ.
«К нам прискакал гонец в начале сентября, гонец от Дроу. Он слезно умолял и просил нашего великого правителя Уртханга оказать им помощь в борьбе с Безликими Эльфами, как называли в тех краях жителей Леса Гордыни. Но наш правитель мудро рассудил, что мы одни не выстоим в такой битве, пусть даже сами Дроу будут нам помогать, и послал гонцов во все места, где были наши союзники: в Сизые Горы, в Горы Побед, Горы Аррингтэра и в Эанир. Я стал одним из этих гонцов. Однажды ночью на нас напали. Я не понял, кто это был. Меня ранили. Дописываю последние слова. Помогите братьям…»
Тут письмо обрывалось. Кто напал на гонцов, так и осталось неизвестным.
-Но, вернемся к настоящему, почему именно мне передали это письмо?- последнюю часть вопроса она произнесла вслух.
-Не могу знать,- отрапортовал студент.- Мне было приказано доставить это вам, больше ничего не сообщалось.
-А кто передал? Хоть это ты можешь мне сказать?- начинала злиться Соэльди.
-Могу. Это был сэр Архимаг Эстерос.- невозмутимо сообщил чародей.
-Спасибо большое,- съязвила Соэльди и поспешила удалиться.
Мастер Эстерос отыскался у себя в покоях. Он спокойно сидел в кресле и о чем-то размышлял, глядя в огонь. Как только Волшебница вошла в комнату, Архимаг медленно повернулся к ней и сам начал говорить.
-Ну вот ты и пришла,- сказал он, как будто она была его собственной дочерью.- Пришла, чтобы узнать, почему именно тебе я попросил передать это письмо несчастного орка, погибшего, как я понял, где-то на полпути к нам.- Он невесело усмехнулся, помедлил и заговорил снова.- Теперь ты видишь, как небезопасен мир вокруг нас? Закручивается какая-то непонятная война с Безликими Эльфами и таким как мы туда лучше не соваться. Ты - моя лучшая ученица за последние лет четыреста, не должна погибнуть в какой-то бессмысленной войне, пусть даже за правое дело,- голос мага переполняла печаль, лицо исказила болезненная гримаса, словно от давно пережитой боли.- Я ведь уже терял близких раньше, а тебя я считаю таковой, ты мне словно заменила дочь. Я не могу отпустить тебя - это может мне стоить намного больше обычной ученицы,- глухо проговорил Эстерос.
-Теперь я точно знаю свой ответ,- в тон Архимагу глухо проговорила Соэльди.
-Я не отпущу тебя!- маг резко поднялся с кресла и подошел к Соэльди. В голосе его звучал металл.- Ты не знаешь что мне пришлось пережить! Хочешь, я расскажу тебе? Хочешь?- и, не дожидаясь ответа, он начал рассказывать.
Оказывается, когда он был еще только просто-напросто обычным волшебником, жил в небольшом городишке возле Грозовых Гор и старался найти задания себе по силам, к нему пришел гонец, сообщивший о нападении Эльфов на город, куда отправился его брат с младшей сестрой. Молодой Эстерос сразу сорвался и уже через неделю был невдалеке от Победных Гор в городке под названием Веллингтон, от которого на тот момент остались одни пылающие угольки. Все собранные воины, их собралось не меньше пяти тысяч, двинулись в погоню за уводившими в рабство людей эльфами. Караван был настигнут на третий день, когда до самого леса оставался один день пути. Люди бились с холодной яростью и не щадили никого, но и сами эльфы не просили пощады и армия атакующих понесла существенные потери, прежде чем перебила отряд Бессмертных. Позже насчитали четыре тысячи трупов эльфов и, увы, почти три тысячи людей. Рабы были освобождены и, армия собиралась было поворачивать назад, как из ближайших зарослей раздались звуки Рога Бессмертия. Из рощи тут же полетели меткие, до невероятного, и губительные стрелы с фиолетовым оперением. Половина оставшихся людей легла после первого залпа, остальные укрылись за наспех развернутой стеной щитов. По лицам людей стало ясно, что все они готовы умереть только захватив с собой сколько возможно жизней подлых Эльфов. Гнев их не знал границ. Но вот кто явно не хотел умирать, так это Эстерос и его спутники - Брат с Сестрой. Наспех отгораживаясь маскирующими заклинаниями, маг велел родным дождаться его и не лезть вперед. Но тут эльфы тоже показали, на что способны: из рощи полетели небольшие, но мощные глиняные горшки, разрывающиеся над головами людей. Мигом все поле окрасилось огненными языками, поглотив всех сопротивлявшихся. Выжить в этом аду не мог никто и будущий Архимаг понял, что потерял родных, а значит - цель существования. Беспросветное отчаяние тогда захватило его, ненависть к эльфам пробудила в нем нечеловеческие силы. Он встал, сбросил маскировку и медленно пошел в сторону догорающего лагеря. Тут же его накрыл ураган стрел, но они лишь бессильно вспыхивали, не долетая до него. Будущий Архимаг люто ненавидел противостоящих ему. Посох с гулким стуком вонзился в землю, но этот стук, казалось, услышал каждый враг. Мощная волна пламени охватила ВСЮ рощу без остатка, послышались предсмертные вопли обожженных, загнанных в ловушку. Тогда он впервые применил магию Смерти, используя каждую смерть на усиление действующего заклинания. Он впервые испытывал опьянение убийством, впервые так ненавидел противостоящих ему. Вся роща оказалась сожжена дотла, даже головешек не осталось, а одинокий путник, напрочь отрезанный от внешнего мира, медленно шел в сторону Победных Гор, шел с надеждой, что его найдут. Этот поход Эстерос запомнил на всю жизнь. Безжизненная пустыня, выжженная дотла стараниями все тех же Безликих. Маг был еле жив, когда его подобрал купеческий обоз, проезжавший с товарами в Андервуд. С тех пор маг остерегался иметь дело с эльфами, но копил на них злобу и боевое умение уже без малого тысячу или полторы (кто ж запомнит?!) тысяч лет. Он знал, что день мести наступит, но считал, что еще не скоро.
-Теперь ты понимаешь?- закончив рассказ, обратился он к Волшебнице, оцепеневшей от услышанного,- Ты понимаешь, почему я не хочу тебя отпускать?- на глаза Архимага навернулись слезы,- Ты заменила мне давно потерянную младшую сестру, ты так на нее похожа. Я не могу позволить погибнуть еще одному человеку. Тем более тебе. Я все сказал,- закончил маг и повернулся к окну.
-Я все равно уйду, но, обещаю, что не погибну, в какой бы то ни было войне или еще где-то! Я обещаю! Слышишь!- прокричала волшебница, забыв назвать стоящего перед ней по званию. Резко повернувшись на каблуках, Соэльди быстро покинула молчавшего Архимага и вышла прочь из комнаты.
В тот вечер одинокий всадник покинул академию и скорым маршем отправился на север, к владениям гномов…

Весна в Нарнивале вступала в свой разгар и очень разные силы начинали пробуждаться от векового сна, связывая, казалось, самые противоположные пути и судьбы. Над миром распростерлась ночь.
 отзывы (6) 
Оценить:  +  (+1)   
04:20 30.03.11
url  MrGip Начинающий писатель
Глава Вторая.
Разные Пути.

Март подходил к концу и, по словам Траина, нужно было выходить со дня на день, иначе не успеем обернуться до зимы, а это сулило мало хорошего.
      Приготовления были закончены и друзья смогли спокойно дать отдых натруженному телу - только что перетаскали в обоз добрых десятка три тяжеленных тюков. Гномы обычно отличаются выносливостью и упорством, но это определение явно не подходило для спутника Киндора. Траин был полной противоположностью остальным гномам во всем, кроме Боевого искусства и любви к пиву, но когда дело доходило до каких-то бытовых забот, то он оказывался далеко не в числе первых и даже такая вещь, как сборы, порой, занимала больше человека, чем самого сына Двалина.
Наконец день отъезда был назначен и будущие спутники решили вознаградить себя за проделанную работу, выпив в соседней таверне. Они дошли до невысокого, в три этажа, здания, в котором располагался трактир и вошли внутрь. Трактирный зал оказался по площади куда больше, чем виделось снаружи. По бокам стояли небольшие круглые столы для трех-четырех человек, очевидно, для того, чтобы путники могли побеседовать вдали от посторонних ушей. В центре располагался огромный, длиной метров десять, стол для больших застолий - сейчас он пустовал. В дальнем углу зала находился огромный очаг, от которого несло живым, горячим жаром. По углам сидело человек семь-восемь, сейчас тихо беседовавших. Друзья уселись за крайний справа столик, рядом сидели два орка и что-то бурно обсуждали вполголоса - очевидно спорили. Киндор сразу распорядился принести побыстрее ему и его спутнику лучшее пиво, что только имелось в здешних запасах. Молодой служка, неуклюже поклонившись, быстро удалился и уже через пять минут принес две огромные, пенящиеся кружки с пивом. Гном сразу пригубил полкружечки и пребывал в полном согласии с хозяином в том, что это действительно лучшее пиво в городе.
-Слушай Траин, а почему ты все-таки решил мстить? Я знаю, что у вашего племени не принято обычая Кровной Мести,- полюбопытствовал вдруг Киндор, глядя на гнома с неподдельным интересом.
-Да, нету у нас такого обычая. Ну и что? Я хочу отомстить - это не Кровная
Месть, когда выпускают кишки и правым и виноватым, всем, кто имеет хоть какое-то отношение к смерти близкого тебе,- брови гнома грозно сошлись, лицо приняло такое свирепое выражение, что, казалось, окажись сейчас перед Траином убийцы его семьи, они в ужасе побросали бы оружие и стали молить о пощаде. - Но эти убийцы не разбегутся, не отступят и не сложат оружия. Про них вообще НИЧЕГО не известно в нашем мире, кроме того, что полсотни этих воинов перебили несколько тысяч гномов вкупе с людьми. Перебили, даже не моргнув глазом и потеряв всего двадцать своих. Кто они уже неважно, главное, что либо мой топор настигнет их, либо я полягу в неравной битве одного на несколько десятков,- мрачно прошептал сын Двалина.
-Эгей, что пригорюнился бородатый?- весело спросил не услышавший последних слов гнома Киндор,- Давай что-ли выпьем за наш будущий успех. Я тут позвал одного гм… человека, который согласился сопровождать нас в нашем нелегком пути. Надеюсь, почтенный тангар, что ты не против еще одного спутника? Ну да ладно, он должен появиться с минуты на минуту, и может быть ты будешь немного удивлен, потому что об этом… человеке известно всем от мала до велика в твоих родных горах,- загадочно закончил человек и в гноме заворочался червячок любопытства по поводу их «нового» спутника.
Во время последних слов Киндора дверь в таверну распахнулась и в нее вошел, нет вошло, нечто метров двух ростом в новом серо-синем плаще с накинутым на лицо просторным капюшоном. За спиной у гостя красовался огромный палаш из черного, как ночь, металла с затейливой резьбой рун на клинке. Завидев Киндора и Траина, фигура направилась прямиком к их столику. В лицо гнома хлынула волна жара. Эта фигура была наделена поистине нечеловеческой магической мощью, и тут вдруг Траина осенило - он внезапно вскочил со стула, выдернул из-за пояса один из топоров и в мгновение ока оказался на одном колене, склонив голову перед странником в плаще, топор гнома лежал поперек его рук.
-Великий Кардарион, сэр. Благословите мое оружие, дабы мне отомстить за гибель моей семьи и друзей,- гном проговорил это напыщенно и торжественно, однако избегал смотреть прямо в глаза Магу - у гномов это считалось верхом непочтительности.
-Встань, благородный тангар.- почти шепотом прошипел Маг.- Здесь для всех я - простой маг Андрус из ордена Пламени и никто больше. Ты рискуешь выдать меня тем, кто жаждет, увы, не моей благополучной старости,- он скинул капюшон.- Я не виню тебя, гном, но не мог бы ты общаться со мной на равных, хотя я знаю, как вашему племени это тяжело дается,- новоиспеченный Андрус позволил себе легкую ухмылку, очевидно показывая, как он относится ко гномьим предрассудкам.- Я обязательно благословлю твое оружие и доспехи, и еще что хочешь, только встань!- шепотом ругался маг на упрямого гнома.- На нас же все смотрят! - Кардарион улыбнулся наблюдавшим за ними от дальнего столика молодым девушкам и поспешил присесть к столу. Миг спустя совету последовал и Траин.
Киндор вел себя более сдержанно, нежели гном, но и сам он только-только закрыл рот, который против его воли открылся чуть ли не до колен. Он понял значимость стоящей перед ним фигуры, но быстро вернул самообладание и начал с гостем тихую беседу относительно завтрашнего выхода. Назывались неизвестные гному города и стоянки, на которых можно смело останавливаться на ночлег, а Траин сидел и рассматривал сидящего перед ним, одного из самых сильных магов в истории Нарнивала - и не мог оторвать взгляд. Волосы мага доходили до плеч и были иссиня-черного цвета, хотя в такие годы уже положено было им покрыться сединой, худой, крючковатый нос, близко посаженные тёмные глаза. Лицо окаймляла аккуратная бородка, тщательно выстриженная и ухоженная, не как у магов древности - до пояса, нет - борода у мага была намного меньше, скажем, Киндоровской. Скулы выдавались вперед, придавая волшебнику совсем не воинственный вид.
Траин не успел опомниться, как перевалило за полночь, и постепенно трактирная зала стала пустеть. Киндор, вполне освоившись, беседовал с новым спутником. Гном задремал, прижавшись щекой к стене с самым умиленным выражением лица, борода его смешно встопорщилась. Вдруг мирное течение речи оборвалось, зазвенели монеты, и кто-то бесцеремонно толкнул Траина в бок. Он заворочался, открыл глаза и поспешил за уходившими Киндором и Андрусом. Они вышли из таверны, попрощавшись на ходу с трактирщиком, и очутились на улице. До дома Киндора от таверны было идти довольно далеко, но уже за первым поворотом путников ждал сюрприз: со скучающим видом у соседнего дома стояли человек пятнадцать здоровых мужиков, сразу видно - не мирных горожан - они явно оживились, увидев троих спутников.
-Ан-ну стоя-а-ть!- гаркнул рыжий детина, не уступавший в росте самому Андрусу.- Куда ж направляются путники в столь поздний час?- усмехнулся он с наглой рожей.- Может быть проучим нерадивых полуночников? А? Как считаете?- обернулся он к остальным. Те уже повытаскивали оружие, кто ножи, кто кинжалы, а кто даже и настоящие боевые мечи.
-Слушай, урод- не выдержал гном.- Да ты знаешь, с кем разговариваешь невежа? Учтивости в детстве не учили? Ну дак попроси - всегда рад помочь!- Траин вытащил из-за пояса боевые топоры.- Нападай первым и это будет твой последний бой!- распалялся все больше тангар. Киндор положил ему на плечо руку.
-Помолчи, карлик. Не дорос еще.- усмехнулся детина.- Из тебя хороший суп получится. Не весь ваш вшивый народ перебили? Ну ничего, мы это исправим!- глаза гнома начала застилать красная пелена, лицо отразило крайнюю степень ярости: брови сошлись, зубы сжаты,- Когда я закончу с твоими приятелями, то примусь за тебя с особым рвением! Короче, харе базарить,- он оскалился. -Налетай! Бей!- и он первым кинулся на мага.
На путников накинулась сразу вся толпа, окружив со всех сторон. Гном отбивался мастерски, сверкнуло двуручное чудовище Кардариона, а вот Киндору пришлось несладко - он не взял сегодня с собой оружия. Не снял только наручи, и то - чисто по привычке. Поэтому человеку приходилось вовсю отбивать сыплющиеся удары собственными руками. Двое из нападавших повалились на землю, разрубленные чуть ли не пополам Чудовищным Палашом, один валялся с пробитым гномьим топором шлемом. Улучив момент, человек схватил валявшийся рядом ятаган одного из погибших - и число жертв среди бандитов возросло еще на одного. Но на этом удачи кончились - остальные противники явно не хотели расставаться с жизнью, и сразу же послышался скрип разматываемых арканов.
-Прорывай!!!- взревел не своим голосом Траин и бросился на прорыв.
-Стой!!- выкрикнул другой голос, но поздно - гном свалил одного из разбойников, пробив грудную часть кольчуги своим топором. Тут же все противники согнулись и обмякли, изо рта выплеснулись горячие струи крови, оросившие мостовую. Еще минута, и все было кончено, только шипел от боли, зажимая пробитое ятаганом плечо, рыжий детина, предводительствовавший нападавшими.
-Ну что же ты наделал!- заорал на гнома Маг.- Ты же последнего зарубил! Я его специально в живых оставить хотел! Кого же теперь допрашивать станем, а?- он уже убирал меч обратно за спину.
-Ну вот этот еще живой остался, Киндор его только задел,- проворчал Траин, оправдываясь.- Вроде еще шевелится,- гном подошел к рыжему. Тот лежал на спине и пытался хоть как-нибудь перетянуть кровоточащую рану обрывком плаща.
-Ладно, ладно! Хватит! Давай этого допросим, почтенный Андрус?- вопросительно взглянул на мага Киндор.- Вроде и взаправду живой,- человек подошел и с силой пнул лежащего в бок. Тот застонал.
-Выбирать не приходится, будем работать с тем, что имеем,- проворчал, болезненно морщась, маг - заклинания Смерти всегда доставались дорогой ценой.-
Эй ты! Кто такой? Что нужно было? Зачем на нас полезли?- строго повернулся к разбойнику Андрус. Лицо рыжего искривилось от боли и он начал рассказывать.
…Однажды к ним, в небольшой городок вблизи Льдистого озера пришел странник, пожелавший остаться неизвестным. Он предлагал огромную кучу золота за одну маленькую услугу, а именно – за учинение беспорядков в столице Эллионе и в окрестностях города. Зачем ему это понадобилось он так и не объяснил, но обещал награду каждому, кто займется этим промыслом и предоставит в виде доказательства одежду ограбленных или убитых жителей города. Мы набирали добровольцев, каждый - в свой отряд, и уходили на юг, чтобы чинить разбои и убийства ради того, чтобы наши семьи жили в достатке. Из надежных источников до нас доходили примерные сведения о передвижениях караванов и зажиточных жителей города. А недавно сообщили, что за голову каждого, служащего в королевской гвардии, дают тройную цену. Мы получили списки всех имен и адресов и выследили его – он кивнул на Киндора, мы уже думали, что удача у нас в кармане, но оказалось, что не совсем,- с жесткой ухмылкой закончил свой рассказ раненный,- Убивайте меня быстрее, боль нестерпима!- вырвалось под конец у него.
-Никто не собирается убивать тебя, почтенный,- проговорил в задумчивости маг,- А если ты ответишь еще на пару вопросов, то мы тебя и вообще отпустим на все четыре стороны,- поразмыслив, добавил он. После этих слов глаза разбойника расширились, напоминая взгляд дикого зверя, загнанного, приготовившегося умирать, а тут… смысл сказанного, похоже, не сразу дошел до пленника. После показавшейся бесконечностью молчаливой минуты рыжий кивнул головой.
-Вот так-то лучше!- кивнул Киндор.- Спрашивай давай его быстрее, да уйдем отсюда а то скоро проснется патрульный - так нам оправдываться запарится,- лицо его выражало крайнюю степень беспокойства, глаза бегали из стороны в сторону, словно ожидая нового нападения.
-Ох, ох смилуйся, почтенный!- шутливо отстранился маг.- Сейчас все будет. Говори!- это уже пленнику.- Говори, как выглядел тот наниматель, кто он, откуда родом, как зовут?- начал Андрус.
-Да не знаю я! Лица он не показывал, говорил только, а голос у него - прямо как мед льется, слушаешь и слушаешь, а наслушаться-то не можешь. Откуда родом? Да представился, что, мол, с юга - издалека. Больше ничего не знаю, хоть убей!- детина замолк. Андрус наклонился, взглянул прямо в глаза человеку, пять минут назад желавшему снести ему голову, и увидел в них страх, страх и надежду, что эти странные путники и вправду сдержат свое слово. Он не лгал.
-Я возьму с тебя гм… клятву,- начал маг.- Ты никогда больше не будешь заниматься убийством людей за деньги, перестанешь быть наемником - тогда, только тогда, я отпущу тебя,- он протянул лежащему руку.- Ты согласен на мои условия? Жизнь без убийств или, что ж, попытай удачу, хотя стоит напомнить, что вы не справились целой дюжиной. Выбор - либо к товарищам, либо к семье.- Андрус выжидательно замер. Поколебавшись долю мгновения, человек протянул ему руку и маг помог ему встать.
-Спасибо за ваше великодушие, господин,- низко поклонился рыжий.- Я исполню свою бессловесную клятву. Вы очень добры, моя жизнь была в ваших руках, спасибо, спасибо вам,- добавил он напоследок, поворачиваясь и уходя куда-то прочь по улице.
-Я не всегда был и буду таким. И если ты нарушишь клятву, то я приду за тобой. Ты меня понял?- крикнул маг вслед уходящему.
-Спасибо вам, я обязан вам жизнью и исполню клятву!- крикнул уже из-за поворота бывший разбойник и исчез во тьме.
Постояв еще около минуты в раздумьях о свалившейся на головы новой напасти, друзья поспешили убраться из этого района, тем более, что в отдалении уже был слышен звук марша ночного караула. Они быстро добрались до дома Киндора, закрыли дверь, поднялись в гостиную на втором этаже и, не обронив ни слова о случившемся, стали обсуждать детали их предстоящего похода. Через пару минут стараниями Андруса вовсю горел в камине огонь; Киндор принес пива, а гном безмятежно ничего не делал, собственно, это было его любимым занятием. Но, как ни странно, темы для обсуждения закончились чересчур быстро и все дружно решили, что пора ложиться спать - рассвет уже скоро, а поездку к горам Аррингтэра откладывать никто не собирался. Все почему-то решили, что ключ к дальнейшим поискам кроется именно в месте прошлогодней битвы, хотя, вернее сказать,- избиения.
Ночь прошла спокойно, если не считать пару раз смолкавшие в отдалении шаги патрульных. Утро наступило, по мнению Траина, чересчур быстро - только что заснул, а уже будят, бесцеремонно расталкивая из стороны в сторону.
-Да не сплю я!- наконец огрызнулся гном в ответ на самый чувствительный тычок в бок.- Сейчас поднимусь, дай хоть глаза открыть!-
-Какие глаза, нам через час отваливать, а ты и в ус не дуешь! Можешь оставаться здесь конечно, только сразу назови мне человека, который знает что-то о моем отце, ведь с тем поход и затевался, я - тебе, ты - мне?- Над ним стоял раздраженный Киндор, уже одетый по-походному: двуручник за спиной, на груди перевязь с метательными ножами, в руках длинный, метра под два, лук, справа висит полный колчан стрел - в общем, человек вооружился до зубов, он не скрывал, что идет драться и битва эта, быть может, станет для него последней.
-Хватит дискуссии разводить! Собираемся и вперед, мне еще нужно заскочить в Наллингтон - повидаться кое-с-кем из старых знакомых,- за спиной Киндора вырос огромный маг.- Давай шевелись, не то заколдую - век пиво в рот не полезет!- с наигранно грозным видом проговорил Андрус.
-Хорошо, хорошо! Встаю. Киндор, ты мог бы подать мне мой шлем, он где-то в прихожей валяется.
Через пять минут Траин вышел во двор, где уже стояли, дожидаясь, три лошади: две большие - для людей и одна невысокого роста - выведенная в Маэльтэне специально для гномов порода. Постояв на крыльце пару минут, спутники спустились к лошадям и легким движением умелых конников взобрались в седла. Дорога звала вперед. Солнце выглянуло из-за горизонта, осветив просыпающийся город своими первыми лучами, где-то запел первый петух, его примеру последовали еще и еще. Это значило, что уже через пару часов на улицы выйдут первые купцы - раскладывать товар на прилавках, откроются первые мастерские и магазины, побегут по утренним мостовым мальчишки-разносчики почты, но только этих троих воинов больше не увидят в этом городе никогда.
-Что-то тяжело у меня на душе, мессир Андрус,- пожаловался Киндор.- Как будто уже никогда и не вернусь сюда что-ли?
-Да, грузит как-то сердце. Обычно отправляешься в поход, даже безнадежный, и то так не давит, словно чары чьи-то, да вот только магии здесь я вообще не чувствую - не будь я магом!
-Да что тут спорить-то? Понятно ж, что таких противников, как эти, как их «Черные что-ли?» не видывали еще даже в нашем мире. Мне сказали - они откуда-то извне. Но где это извне? Ума не приложу,- сообщил Траин и замолк, напевая что-то чересчур напоминающее похоронный марш гномов.
Около получаса путники ехали в молчании, погруженные каждый в свои мрачные мысли. Гном по прежнему напевал траурный марш и это донельзя бесило Киндора, так что время от времени он произносил что-то вроде: «Да хорош уже тоску нагонять!», или «У вас в горах другим песням не учили?». В конце концов, Траин внял уговорам и запел что-то более мелодичное, звучало это примерно так:

Так настала расе нашей
С эльфами худая дружба.
И уж много поколений
Воевать почетна служба.
Гномы издавна желали,
Жить без всяких принуждений,
Но законы нас сковали:-
Смертные мы при рожденье.
За какие-то заслуги
Эльфы вдруг бессмертны стали?
Почему другие боги НАМ бессмертие не дали?
И зачем тогда трудиться,
Если знаешь - труд напрасен,
А эльфы не умрут вовеки,
Их тихий мир всегда прекрасен!

И собрался король подгорный,
Великий Даин, царь шестой,
И перворожденному трону
Он выбор предлагал такой:

Эй, эльфы! Выходи! Не бойся!
Мы все равно погибнем вскоре!
Так разницы ведь даже нету,
Как погибать в дружбе иль ссоре!

На что бессмертные создания,
Прекрасные эльфы Гордыни,
Ответили тангару гордо,
Что им игрушки надоели!

И вышли, смелые на битву
Какой размах и не бывал
И бились гномы за попытку
Бессмертия заполучить Фиал,
И было сил у них с избытком,
Но вот последний воин пал...

Метки стрелки перворожденных,
Но гномий хирд собрался вновь,
Почти не понеся урона,
Он опрокинул эльфов прочь.

Но магия была доступна,
Перворожденным эльфам тем,
Гигантский столб огня и пыли,
Накрыли смертный весь удел.

И не осталось побежденных,
Ведь победителей-то нет
И расу Гномов уничтожил,
Один к бессмертию билет...

Так, взалкав бессмертья эльфов,
Гномы мир свой обрекли,
И в безжизненной пустыне,
Все, до единого, легли...

-Ну ты затянул - про смерть да про бессмертие!- дослушав гнома, проговорил потрясенный Киндор.- Ты бы лучше какую светлую балладу спел, а то: Эльфы, да Гномы, Смерть, да Бессмертие - даже плакать хочется.
-Дак я только эту помню до конца. Светлые, да про бабочек мне было не интересно запоминать, вот и запомнил, значит, чтоб пострашнее да про смерть.
Тем временем они подъехали к городским воротам, позади остался весь город, которому гномы придавали божеский вид вот уже лет пять. Начиналось самое интересное: по юго-западному тракту они должны были доехать до развилки, затем повернуть на юг, пересечь Великую реку по Товарному мосту, опять двигаться юго-западной дорогой - их путь лежал в Наллингтон, к знакомому господина Андруса.
-Ваше разрешение на выезд из города, пожалуйста.- проговорил стоявший в воротах привратник, когда подошла очередь Трех спутников.
-Какое такое разрешение?- спросил Киндор в ответ на удивленный взгляд спутников.
-Нужно разрешение, чтобы покинуть город, уважаемый Киндор. В последнее время участились случаи нападения на путников в направлении западного и юго-западного трактов, поэтому Король издал указ - каждый, кто хочет покинуть столицу, должен получить на это разрешение в самом дворце правителя,- без интонации проговорил стражник, как будто повторял это уже не один десяток раз.
-Тихо, я сам!- прошептал тем временем Андрус. Киндор почувствовал легкое дуновение, миг спустя, однако, он немало удивился, увидев, что протянутая магом пустая бумага была возвращена ему с благодарностями, после которых стражник отошел в сторону, давая пройти путникам.- Что и требовалось доказать,- усмехнулся маг и вышел через арку ворот на просторы приречных равнин.
Через пару часов пути по ухоженному, чистому и по-весеннему серому пейзажу с возделанными вереницами полей и рощ, фруктовых садов и огородов, путники решили остановиться в небольшом, по меркам Эллиона, постоялом дворе, где их угостили поистине великолепной грибной подливой и добрым глотком крепкого пива. Траин сразу пристал с расспросами к доселе молчаливому магу, не проронившему за все два прошедших часа ни слова.
-Как это у тебя получилось?- забыв даже о всегдашней почтительности, допытывался гном.- Ну скажи, чего тебе стоит-то?
-Да магия это была! Простая, точнее не простая, но черная магия, раздел контроля разумом. Тебе что-нибудь это говорит, почтенный гном?- Андрус усмехнулся.- Не мешай, итак расплачиваюсь головной болью. Ты знаешь, что бывает с магами, которые применяют либо темные, либо светлые заклинания такой силы? Они просто на какое-то время отрезаются от магических потоков, то есть просто не могут наколдовать даже простейший огонек! Дай отдохнуть ради бога!
-Но разве это была сложная магическая формула? Ведь ты всего лишь…
-Да ты и представить себе не можешь, насколько сложно проникать в мозг хоть сколько-нибудь мыслящего создания - это считается верхом мастерства, гном. Потому что свободная воля - сильнее всякой магии и принудить человека к действиям с её помощью практически невозможно. Ты понял меня?- гном понимающе покивал.- Ну и отлично, а теперь - дай отдохну.

* * *

За много лиг от Эллиона, в только что восстановленном Веллингтоне, в одном из постоялых дворов остановилась одинокая спутница. Явилась она, как вспоминал потом трактирщик - худой, лысеющий светловолосый мужик дородного телосложения с маленькими хитрыми глазками, где-то посреди ночи. Кругом ветер свищет - а тут она, надо ж, просит переночевать! Ну я и впустил по доброте душевной - думал бездомная. Ан не тут то было! Как зашла, так давай благодарить да деньги вытаскивает, мол, за ночлег. Ну устроил я все по высшей пробе, чего уж говорить-то. И номер хороший отрядил и ужин, как полагается, принес и споконова сна пожелал. А на утро только сунулся, мол, просыпаться государыня пора, а её уже и след простыл. Исчезла. Только на столе лежали деньги за постой - и все! Больше ничего не знаю сударь, хоть режьте!
-Спасибо, дорогой Эраст. Я знаю тебя уже без малого лет двадцать. И ты меня ни разу не подвел.- Перед трактирщиком сидел старик в темно-синем плаще с седыми, как снег, волосами, доходящими до половины спины. На тонком, слегка крючковатом носу залегал небольшой, но хорошо заметный на постаревшей коже, зарубцевавшийся шрам. Глаза были ярко-зеленого цвета, как у только распустившейся листвы. Одни глаза были живыми на этом лице, но при этом оно не казалось омертвевшей маской, лишенной жизни. Лицо мага скорее напоминало очень задумчивого человека, пронесшего через жизнь печать усталости и бесконечных раздумий.
-Налей-ка мне еще полкружечки пива, пожалуйста! Уж больно хорошее пивцо получилось.
-Изволено мне будет сообщить многомудрому магу Эстеросу, что в таком положении, как ваше, неприлично пить какое-то там пивко - пусть даже и самого лучшего приготовления. Все-таки вы Архимаг, сэр. И вам подобает пить вино Темных Эльфов, нежели пивцо!- Бармен улыбнулся подобострастной улыбкой, какой слабый одаривает сильного - улыбкой уважения.
-Нет, все-таки я хочу пивка…
Через пару часов из города на благородном Вороном жеребце выехала фигура в темно-синем плаще и направилась степью на юго-восток - в сторону Леса Гордыни, где орки собирали войска для последнего штурма: три других не дали особенных результатов, кроме пары десятков тысяч погибших с обеих сторон.


* * *

Весенний лес уже освободился от тяжелых весенних снегов, насквозь пропитанных кристально чистой водой. Солнце стояло в небе, поливая просыпающиеся растения своими яркими и уже по - майски теплыми лучами. Птицы, переждавшие суровую северную зиму в южных краях, возвращались в свои гнезда - весь лес был полон птичьих голосов. Первая, самая шустрая трава уже проникла кое-где сквозь твердую земную поверхность и теперь только слегка шелестела под теплым ветерком. Здесь, неподалеку от леса гордыни, весна наступала уже в апреле. И этот год не стал исключением.
Соэльди сидела на холодной земле, подложив плащ и греясь у наспех сооруженного костерка, на котором прокручивалась только что пойманная ей большая и, как она точно помнила, весьма вкусная птица. Так проходил уже тринадцатый день пути от Академии. Волшебница успела побывать уже и в Андервуде и в Регинриме и в Веллингтоне. Успела она поучаствовать и в каких-никаких событиях: в Андервуд как раз пожаловала особо буйная шайка огров с местных гор. Соэльди усмехнулась, бормоча что-то вроде: «А весело тогда было! Те огры даже не поняли, что на них свалилось. Эх! Видел бы меня Мастер! Я там такое колдовство учудила - не меньше третьего ранга».
С самого первого года работы Академии Маэльтэна, названной так в честь основателя, прошло уже без малого тысячи полторы лет. Но, как ни странно, Академия осталась единственной в Нарнивале школой магов и, за прошедшие времена никто даже не подумал о создании другой Высшей академии. Магия преподавалась самыми искусными людьми, которых только смог найти первый глава. Среди них оказался и спаливший целую рощу маг по имени Эстерос, который только вернулся из своих странствий по близлежащим к Нарнивалу мирам. Тогда уставший от жизни, он с удовольствием согласился на тихое и спокойное местечко во вновь открывшейся академии. Примерно тогда же в Магической школе ввели систему заклинаний, по которой они делились на четыре степени мощности: первая - простые заклинания стихий, вторая - простые заклинания темной магии, разума, и усложненные стихийные, третья - почти вся магия разума, кроме заклинаний овладения сознанием, которые, кстати, так успешно использовал Андрус на стражнике в Эллионе и сложные заклинания стихий, вроде вызова Элементалей и, наконец, четвертая - заклинания, связанные с управлением и полным уничтожением сущности, вроде тех, которые применял все тот же маг Андрус в северной столице Эанира. Третьей степенью владели все без исключения выпускники Академии, а вот полностью освоить четвертую смогли лишь Магистры, да и то, каждый в своей области. Исключение составляли только Кардарион да Эстерос, но превзойти их не мог никто.
И даже сейчас, окончив Школу магов, девушка не могла поверить в силу своих заклинаний и все еще радовалась такому маленькому успеху. Те огры начали дубасить друг друга своими неподъемными дубинами, решив, что перед ними эльфы - вечные враги народа Огров. Ну и потеха же началась - перебив пять шестых своих, шайка наконец разобралась в произошедшем и, развернув фронт, кинулась на приготовившихся к отпору людей. Пяток огров сразу лег под ураганом сорвавшихся стрел, еще двое удачно угодили под заклятие каменных ног, а пара остальных просто получили гигантскими каменными глыбами, которые появились из ниоткуда и внезапно обрушились на голову оторопевших гигантов. Все кончилось. В итоге - двух оставшихся, молча опустившихся на колени, насколько позволяли окаменевшие лодыжки, отпустили, взяв обещание никогда не возвращаться. С милой улыбкой Соэльди, на вопрос об окаменевших ногах, ответила, что магию сразу нейтрализовать она не может - тут нужен четвертый уровень, но она сама спадет через пару часов. Бедняги ковыляли по городу полчаса, прежде чем смогли сбросить камень с ног, и поспешили убраться подальше.
-И вы тоже здесь Мастер?- вдруг обратилась поднявшая голову волшебница в пустоту.- Как будто я сама могу не справиться с этими эльфами?!
-Можешь и не справиться!- проворчал голос из зарослей и перед Соэльди прямо из ничего появился старый маг.- Между прочим, как ты узнала, что я за тобой наблюдаю? Я немного удивлен, раньше в тебе не замечал и искорки от магии познания,- с недовольной гримасой проворчал Эстэрос.- И кто только вербовал тебя на факультеты? Глаза бы протерли - мимо таланта прошли.
-Я тоже рада вас видеть,- вежливо поздоровалась волшебница.- Но это не отменяет главного: что вам от меня нужно и зачем вы следите за мной?- подозрительно прищурилась она. Во всей внешности мага была некая странность, необычность. Даже аура Мастера как будто приугасла здесь - Соэльди её не чувствовала как обычно.- Кто ты такой?- вдруг вырвался сам собой вопрос.
-Как кто? Я не...-
-Умри!- завопила Соэльди и мираж мгновенно истаял - перед ней стоял высокий, стройный эльф с голубыми глазами и черными, как ночь, волосами до плеч. Телосложение, однако, выдавало бывалого воина: мощные мышцы не скрывал даже зеленый эльфийский кафтан.- Умри эльф!- ослепительная вспышка перед глазами и удивленная девушка медленно, словно во сне видит подходящие к ней со всех сторон силуэты, а потом сознание гаснет, милосердно спасая своего носителя от адской боли, последовавшей за вспышкой.

* * *

Дорога круто сворачивала на юг, увлекая многочисленные обозы к Великой реке и дальше: на восток и запад. Небольшие, прореженные леса, ухоженные прямоугольники полей серели в отдалении от тракта. Не по-весеннему холодная погода мучила путников последние дня три. Деревни попадались редко и жители в них стали какими-то подозрительными и хмурыми. На вопросы Киндора, мол, что случилось, отвечали с неохотой и полушепотом.
...Оказывается, этой весной участились случаи нападения разбойников на местные деревни. Рассказывали, что эти шайки были вооружены по особенному, да и экипированы на славу. Одни состояли целиком из гоблинов, но были и такие, которые целиком из троллей или, что казалось уже совсем невероятным, из соплеменников почтенного Траина, не в обиду ему будет сказано, гномов.
-Учинили они тут большое разорение, а как вместе встречались, так тут и почитай всему конец,- жаловался местный пекарь, которого друзья выловили прошлым вечером и изволили узнать последние новости. Все друг друга режут как безумные: гоблины - гномов, гномы - троллей а сами тролли за удар просто опустошали целые шеренги тех же гоблинов. В общем, порубили они только друг друга, да при своих остались. Почитай единицы живыми из сотен выбрались.
-С тех пор все спокойно, но вроде-бы слышал я, что опять на деревеньку одну недалеко отсюдова напали, вот поэтому мы вас так недружелюбно встретили, сударь мой гном,- закончил рассказ пекарь.- Вы уж не серчайте на нас; мы народ простой - что скажут, тому и поверим,- оправдывался он.
-Не серчали и серчать не собираемся, господин наш пекарь. Иначе порубали бы тут всех к каменным крысам на обед,- отшутился Траин, но, видя как при этих словах затрясся бедный пекарь, поспешил добавить,- Спасибо вам за ваши слуги. Вот ваше вознаграждение, почтенный,- и гном протянул человеку в руке две золотые монетки, отчеканенные самим Аррингтэрским мастером. Булочник аж просиял и, долго раскланиваясь, поспешил удалиться прочь - здесь подобные вещи ценились очень высоко.
-Он целый год еще проживет на эти деньги, Траин. Ты в курсе?- Андрус, доселе молчавший, с удивлением взглянул на гнома.
-И ни в чем не будет себе отказывать!- подхватил Киндор.
-Ну и что? Что ему, в нищете что-ли жить прикажете, а?- взбеленился Траин.- Он, может, за всю жизнь свою никчемную больше таких денег не увидит! Пускай поживет хоть год так, чтобы на всю жизнь запомнилось,- спорить с разгневанным гномом никто не решился и, между делом, речь зашла о рассказанной пекарем истории с нападениями.
-Ну ладно, а что вы думаете о тех нападениях? Ну тролли и гоблины - это понятно, у них никогда особой дружбы не было с людьми Эанира, но вот гномы, друзья мои! Это надо обдумать. Или твои соплеменники опять затеяли войну с местными? - невинно поинтересовался Андрус, проницательно глядя на гнома темными глазами.
-Мне никто не сообщал об этом, да и если бы действительно началась война, то мои сородичи немедля покинули бы Эллион,- буркнул тот в ответ.
Конец дня прошел в дымке неимоверной усталости. Киндор решил прикорнуть в номере в то время, как гном и маг собрались пройтись по селению, поспрашивать местных об участившихся налетах неизвестных банд гномов и гоблинов на недалекие отсюда края. Он медленно погружался в серую дымку, окутывающую его с ног до головы, давящую, душащую, неживую. Его медленно затягивало куда-то прочь, далеко-далеко от Эанира и дальше – на восток. Мимо проплывали многочисленные поля и перелески Вечных равнин, позади остался и Лес Гноллов и вот перед его глазами распростерлась бесконечная голубая гладь, сейчас освещенная последними лучами заходящего солнца. А он летел, летел дальше, преодолевая огромные расстояния за считанные минуты. Впереди показался небольшой остров, но Киндор не успел разглядеть его – так быстро несло его на восход. Так прошло несколько минут, прежде чем впереди показался контур берега. Волны бились о берег с колоссальной силой, тем более поразительной, что ветра не было и в помине. Они словно пытались стереть ненавистную сушу с лица земли. Все это пришло к Киндору в одно мгновение, но он даже не успел задуматься над причиной этого явления, как его понесло дальше – все дальше и дальше на восток.
Под ним расстилались бесчисленные горы и скалистые плато, реки почти не встречались, все было покрыто каким-то серым веществом, не то пеплом, не то еще чем. Растительности же на его пути не встретилось вообще, за весь полет он не увидел ни одного деревца, да что там деревца – даже травинки не было на этой мертвой земле. И вдруг… город. Титанический, колоссальный город, занимавший собой десятки десятков лиг и растянувший свои улицы – щупальца во все стороны. С точки зрения Киндора, город напоминал огромного спрута, распластавшегося на песке во время отлива. Что-то было неправильное в этом колоссальном сооружении, непонятное, неосязаемое. А видение все не меркло, словно ждало, когда наконец дойдет до этого глупого человека его цель. А человек между тем отметил для себя характерные особенности строения. «Стены города, если судить отсюда, метров по шестьдесят в высоту, (кто ж их умудрился построить-то?) сложены на совесть (гномам впору!), а самое главное в камне – он светится изнутри багровым светом, хотя сам по себе темно-синий (как такое возможно без магии?). И кто вообще построил это чудо?» И вот в этот самый миг Киндор обратил внимание на улицы города. Вот оно! На улицах не было ни одной души, даже кошек и собак, обычных для городов «Холодного Царства» - как называли Эанир практически все жители Нарнивала. Ни души: ни насекомых, ни птиц, ни зверей – ничего и никого не было - город был мертв. И все же он жил, жил своей, нераскрытой, тайной, непонятной простому смертному жизнью – это последнее, что пришло в голову Киндору, словно рассказчик в его голове утомился наконец от своего беспокойного посетителя и поспешил побыстрее и попонятнее все объяснить непонятливому человеку. Но что этот голос пытался ему втолковать, Киндор понять не смог, поскольку в уши ворвался совершенно другой голос - живой и полный силы бас Траина вырвал его из тенет странного видения и вернул к реальности в одном из многочисленных трактиров центральной части Эанира – «Холодного Царства» людей.

* * *


Одинокий всадник выехал из ворот города и направил разбег коня вдоль реки Великой на юг, направляясь кратчайшим путем к переправе. Он быстро скрылся в ночи и стражники, еще недолго постояв, стали закрывать ворота Эллиона – по указу короля это теперь делалось каждую ночь. Закончился день третьего мая. Весна вступала в свои права.

* * *

Боль, боль и еще раз боль. Соэльди очнулась. Голова её страшно гудела и в ней как будто работали десятки маленьких молотобойцев, настойчиво пытаясь вырваться наружу. Глаза плыли, в них двоилось, в ушах какая то неразборчивая речь – сейчас непонятная из-за стука этих самых молотобойцев.
Она лежала связанной по рукам и ногам в лагере эльфов – мерзких эльфов, так легко обдуривших молодую волшебницу. Вокруг перекликались птицы, невдалеке раздавалось мелодичное пение, прямо над головой раскинул свои ветви огромный каштан – сейчас от него исходило легкое зеленоватое сияние, мягкая трава под ней тихонько шелестела на теплом ветру. Все бы было ничего, да только так ноют связанные руки и ноги, так гудит от неизвестного заклинания голова.
Эльф с ярко белыми, блестящими волосами, что сидел поодаль от волшебницы, не сводил с неё глаз и при первых признаках движения подал сигнал остальным. Тут же сидящий справа от неё черноволосый эльф вскочил на ноги и, подойдя поближе, склонился в почтительном поклоне перед волшебницей.
-Я рад видеть, что вы очнулись, уважаемая госпожа Соэльди.- тихо проговорил эльф,- Я очень сожалею, что наша встреча не произошла в более приятной обстановке.
-Ага, как же!- зло зашипела Соэльди, бросая на эльфа полный ненависти взгляд,- Хочешь убить – убивай, но это тебе с рук не сойдет. Магический орден Маэльтэна не прощает убийства своих адептов. Вас найдут, и тогда вы будете болтаться на виселице,- её голос переполняла ядовитая желчь.
-Я очень сожалею, что вы считаете нас врагами,- миролюбиво проговорил черноволосый,- Но специально для вас я повторюсь – мы не враги вам. И, судя по всему, враг у нас как раз один и тот же. Вы ведь хотели помочь оркам в битвах у границ Зачарованного леса? Но и мы идем туда же. Так может быть, мы пойдем вместе? Если вы хотите подумать – подумайте, но зла, как я уже обмолвился, мы вам не причиним.
Несколько минут прошли в томительном и недобром ожидании. Смотрящий спокойно эльф против лежащей на земле, сверлящей его яростным взглядом волшебницы. А вокруг не менее двадцати, нет тридцати эльфов – и все вооружены по полному разряду: мечи, кинжалы, боевые кистени, щиты, луки и даже один исполинский, черный цеп, от которого веяло магической мощью. Этот цеп показался Соэльди странно знакомым, как будто она видела его раньше.
Многие века вражды с эльфами. Многие века лилась кровь противостоящих им народов. Менялись короли, рушились и воздвигались государства и королевства, приходили и уходили герои, и только один враг всегда оставался неизменным – враг, поселившийся в Лесу Гордыни от самого начала сотворения мира и до сих пор наводящий ужас на все, без исключения, народы Нарнивала. Но враги ли стоят сейчас рядом с молодой волшебницей по имени Соэльди? Она никак не могла поверить, чтобы эльфы не желали зла кому-либо из живущих, чтобы они предлагали не просто жизнь и свободу – такое, бывает, предлагает даже самый бездушный. Нет, они предлагали помощь, помощь в борьбе с врагами этого мира, собирающимися не просто уничтожить: по мыслям эльфов это было бы просто банально, а очистить этот мир от всех в нем живущих путем великого заклинания, которое готовилось в Зеленом лесу уже не одно тысячелетие.
-У меня к тебе будет один вопрос, эльф. На чьей ты стороне?
-Я так понимаю раздумья кончились?- улыбнулся эльф.
-Ты не ответил,- стояла на своем волшебница.
-Лет тысяч эдак пятнадцать назад,- начал рассказывать эльф,- Когда Нарнивал праздновал пору своей юности, когда народы еще только появлялись в нем, заселяя безжизненные пустыни, в этот мир пришли Эльфы. Изначально этот народ мирно уживался со всеми остальными обитателями «земли нашей», как прозвали Нарнивал сами Эльфы. Покровителями их были два бога, создавшие этот мир, но правящие исключительно Перворожденными. Другие народы Нарнивала их нимало не интересовали. Но вскоре среди Безликих, как их сейчас называют, поползли идеи очистить этот мир от «лишнего балласта» и отдать его целиком в руки эльфов. Весрон – один из богов, поддержал эту идею, в то время как его брат напротив – был всей душой против. Всю историю я пересказывать не стану, скажу лишь, что разногласия между богами привели к расколу и среди самих перворожденных, завязалась кровавая война, которая и положила конец обоим богам – они навечно развоплотились и теперь могут пользоваться лишь аватарами – телесными оболочками, которые имеют ряд недостатков и ограничения в мощи. Сам Агмен послал нас к опушкам Леса Гордыни, чтобы помочь Живущим не просто одержать победу, но и вернуться живыми в опустевшие дома. Я отвечаю на твой вопрос: мы – чистые, ну или светлые эльфы – как тебе больше нравится. Моё имя Элестен,- черноволосый закончил свою речь и выжидательно посмотрел на Соэльди.
-Я приму вашу помощь,- проговорила волшебница.- И если все сказанное вами – правда, то я очень рада, что наши силы в борьбе со всеобщим злом постепенно растут и к нам присоединяются настолько могучие союзники.
-Очень хорошо. Развяжите ей руки, накормите нашу новую спутницу и принесите мне карты местности. Я буду у себя,- он указал рукой на небольшой, лиственного цвета, шатер неподалеку.- Если понадоблюсь, можешь найти меня там,- спокойно проговорил Элестен и направился прочь.
Ужин был подан великолепный, и пока Соэльди ела, она потихоньку разговорилась с одним из её будущих спутников – седоволосым эльфом с зелеными глазами, в которых угадывался оттенок весенней, просыпающейся листвы. Собеседник спрашивал её о делах, происходящих на юге, недалеко от её родной школы и о том, что творится на севере, в Эанире. Волшебница отвечала охотно, а на её вопрос, где же живут полуэльфы, получила ответ, что на некоем Безымянном Острове, который находится где-то посреди Океана ветров. Соэльди не знала где это, но решила положиться на честность эльфа, тем более, что ему вроде бы незачем было врать. Приблизился вечер. Элестен выставил часовых и лагерь затих, лишь потрескивал в центре поляны небольшой зеленый огонёк, не наносящий никакого урона поленьям, положенным туда эльфами. Ветер стих. Высыпали звезды. Волшебницу сморил сон.
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (+1)   
05:32 30.03.11
url  MrGip Начинающий писатель
Глава 3.
Человек, гном, маг и…

Рассвет. Тринадцатое мая 9482 года по людскому счислению. Солнце, только показавшееся из-за горизонта, осветило высокие пики и башни недалекого города. Под стенами, с запада, постепенно просыпалась небольшая роща, покрытая утренними холодными туманами. Тракт уже немного подсох и последние два дня ехать было одно удовольствие. Постепенно разрушая сонную дымку, в сознание ворвался петушиный крик – пора опять в дорогу.
Траин проснулся и осторожно поднялся на кровати. Маг и Киндор еще спали. В окно, сквозь задвинутые шторы, пробивался яростный поток еще по-утреннему свежих лучей, падая прямиком на прямоугольник подушки гнома. Под его тяжестью тихо скрипнула половица, прошелестела одеваемая туника, тихонько зазвенел поднятый и заткнутый за пояс боевой топор. Медленно открылась и закрылась дверь.
Он шел по двору невесть какими судьбами очутившегося здесь трактира. Первые проснувшиеся постояльцы уже снаряжали лошадей, кое-кто расплачивался с трактирщиком, Траин прошел мимо, отсалютовав хозяину, и направился прямиком к недалекой ярмарке, что проходила в этих местах каждый год по весне. Погода радовала полным отсутствием ветра и приятно греющим живым теплом. Вокруг все пышно зацветало и разрасталось: буйные светло-зеленые листочки уже успели немного подрасти и теперь приятно шелестели, словно радуясь наступающему лету. На деревьях раздавались птичьи голоса, влажный, прохладный воздух, пришедший с реки ночью, заставил траву поутру серебриться зеркальной росой. Все бы ничего, да только на душе уж больно нехорошо. Будто давит что-то. Непонятное, неизвестное и от этого еще более пугающее.
-Эй Астре! Кто это там по дороге плетется, уж не гном ли?
-А и вправду, гном! Ты что здесь забыл карлик? – невысокий, молодой, лет двадцати, юнец остановился рядом с шагающим, очевидно на ярмарку, гномом.
-Приветствую почтенные…-начал было Траин.
-Оставь почести другим, выродок! Мало вы наших били? Еще захотелось? Я тебе сейчас устрою! – парень ловко спрыгнул с коня, доставая припрятанный в поклаже меч сероватой стали. Второй тоже слез с коня и вытащил небольшой кинжал.
Многолетняя выучка бывалого воина заставила Траина вмиг выхватить из-за пояса топор. Так он и замер. В одной руке топор, другая сжата в кулак. Но юнец не собирался ждать. Он сократил расстояние до двух шагов и сам атаковал гнома. Железо звякнуло об железо. Хоть парень и атаковал быстро, но его удары оригинальностью траектории не отличались, и Траин с легкостью отбил бы их все, кабы не перестал стоять и глазеть товарищ этого самого Астре. Еще немного и гному пришлось бы туго – он был с одним топором, вместо обычных двух, и безо всякой защиты один против непонятно почему озверевших людей.
-А ну стоять!- гаркнул сзади чей то голос.- Совсем ума лишились, кретины? Вам драки захотелось – так отлуплю, мало не покажется. А ну валите отсюдова по-хорошему,– произнес голос за спиной гнома.
Траин улучил момент и резко повернулся – ну конечно! Киндор, собственной персоной.
-А тебе какое дело до нас?- огрызнулся второй,- У нас свои счеты с этой расой и не тебе нас учить. А коли хочешь заступиться, то мы и тебя вместе с ним щас на куски порубаем.
-Валяйте, рубайте!- несколько молниеносных движений – и меч первого отлетает в сторону, а кинжал второго просто разваливается пополам, словно рассеченный невидимой леской.- Только это будет сделать проблематично, без оружия то?- усмехнулся Киндор. – Давайте-ка вы отсюдова побыстрее да подальше мелюзга, а как научитесь с гномами почтенно разговаривать – то милости прошу обратно. Извинения ваши, я думаю, почтенный Траин, сын Двалина примет с радостью.
-Уходим,- процедил Астре, быстро вскочил на коня и поскакал в сторону переправы.
-Что они от тебя хотели?- посмотрев вслед удаляющимся всадникам, спросил, наконец, Киндор.
-Да я и сам-то не понял, что им надо. Вдруг полезли, да давай месить. Фу-у-ух, спасибо, насилу выкрутился. Еще бы немного и… я же сегодня доспех с собой не взял.- Траин вытер лоб рукавом рубахи.
-А я думаю: дай-ка я за ним прогуляюсь, глядишь, и сон сброшу. Ты думал, что всерьез не разбудил меня своим шастаньем по номеру? Да гномы всегда аккуратны, как слоны в посудной лавке,- улыбнулся Киндор.- Ну, пойдем дальше тогда, раз на ярмарку собрался.
-Пойдем, пойдем,- проворчал, недовольный сравнением со слоном, Траин.
Через два часа Киндор и Траин вернулись в трактир, где Андрус как раз заканчивал сборы провизии и расплачивался с хозяином. Трактир был полон постояльцев: купцов, ремесленников, да и простых рабочих, зашедших сюда в обеденный час пропустить кружечку-другую. Трое спутников вышли во двор и направились к стойлам, где их ждал весьма и весьма неприятный сюрприз – лошади исчезли.
-Вот так-так!- проворчал трактирщик, когда в ответ на зов Киндора вошел в конюшню. - Что же это такое делается? Лошадок значит, ваших увели – ну да не беда. Могу к завтрему вам трех лошадок то хорошеньких, весьма хорошеньких подыскать, раз виноват. Сможете ли, почтенные гости, вы денек то повременить с отъездом, али нет?- осведомился трактирщик.- Коней уже уводят, значит, совсем обнаглели, да. Распоясались совсем,- проворчал он еле слышно. И тут же обратился к товарищам.– Я вижу вы бывалые войны, господа? Не окажите ли вы мне небольшую услугу? Не накажете ли тех, кто мне разор чинит вот уже третий месяц? Я, конечно, в долгу не останусь – бесплатно живите, да золотишка сверху подкину,- проговорил он вдруг на одном дыхании.
Друзья переглянулись. Судьба тянула их в совсем уж ненужную сторону, уводя от намеченной цели, а именно – предгорий Аррингтэра, где их ждала, наверно, самая сложная головоломка в их жизни. Ведь предстояло выяснить – где, как, когда, зачем и почему. А вопросы не ждали ответов.
-Кто такие и где обитают?- резко вылез Траин. Он уже успел сгонять до поклажи и вооружиться до зубов.
-Да разбойники местные,- ответил трактирщик.– Покоя не дают да жить мешают, а что делать – ума не приложу.
-Ладно, я помогу. Только с тебя за это добрая бочка пива, хозяин. По рукам?- гном протянул руку.
-По рукам!- пожал её сразу же повеселевший трактирщик.- Сударь гном, если вы и вправду готовы помочь, то даю две бочки!- трактирщик тряс руку Траина с такой силой, что гнома начало потряхивать из стороны в сторону.
-Вот это по-божески!- улыбнулся Траин.- Ну, кто из вас, длинные, мне поможет?- обратился он к молчаливо стоящим магу и Киндору.
-Я пошел лошадей искать,- ответил на вопросительный взгляд гнома Андрус. На лице Киндора застыло странное выражение, будто он вспомнил нечто очень важное, но так и не смог понять, что. Тени на его лице залегли глубже, и, может, магу показалось, от воина разошлась слабая волна Ауры. Но Андрус не придал этому значения и вышел из конюшни.
-А я вообще пошел спать!- вдруг выпалил Киндор.- Ты меня с утра разбудил – вот теперь голова болит,- и он отправился обратно в комнату.- Как вернешься – разбуди.
Гному ничего не оставалось, как отправиться в одиночку, по наводке трактирщика, к небольшому, полуразвалившемуся домишке неподалеку от трактира. Там, по его словам, и находился притон разбойников, замучавших всю округу своими выходками. Когда до дома оставалось всего лишь метров десять, из дверей вышли пятеро. Все они были вооружены кто чем, а на одном даже была видавшая виды кольчуга, вместо стеганной куртки, в которых были остальные четверо. Гном замер на месте не двигаясь и следя за каждым шагом людей, двое из которых (не может быть!) были теми самыми, кто с утра так невежливо обошелся с ним.
-Вот так встреча!- воскликнул приснопамятный Астре, выхватывая из ножен меч – но не тот, с которым он был с утра, нет – это было настоящее двуручное чудовище, чуть ли не в рост самого парня.- Теперь тебе, выродок, никто не поможет,- злобно усмехнулся он. Остальные его соратники тоже повыхватывали разнообразное оружие, а тот, что в кольчуге, вытащил даже и откуда-то взявшийся щит. Люди придвинулись к гному, а тот, в свою очередь, сделал одно неуловимое движение рукой и прошептал что-то на языке Ночной речи. Речь, которой пользовались самые отчаянные и темные из гномов, разновидность вербальной магии, каждое слово в которой являлось само по себе заклинанием, но пользовались ей редко не только из-за сложности произношения, но еще и потому, что отдача от заклинания приходила не сразу, а когда ей заблагорассудится. По крайней мере маги гномов не вывели еще формулы отдачи от этих заклинаний. И именно ей сейчас воспользовался гном, вставший один против пятерых противников.
Не потемнело небо, не сверкнули молнии, нет даже обычного свечения в глазах заклинателя, а через пару секунд один из людей валится на землю, хватаясь за голову, по которой течет, невесть откуда взявшаяся, обильная струйка крови.
-Вы, разбойники, лучше не выпендривайтесь! Лучше бы вам убраться отсюда подобру-поздорову да не тревожить местных жителей,- два боевых топора гнома уже были у него в руках. Разбойники обходили его с разных сторон, и как только он оказался в кольце, они дружно атаковали.
В последнюю секунду Траин заставил себя просто упасть. Он резко, почти одновременно с атакующими, упал на спину, и три клинка пронеслись мимо, но четвертый – четвертый все-таки попал. Краем, еле скользнув, но попал. Злосчастный Астре смог достать верткого противника. Дальнейшее пошло как в тумане. Гном резко вскочил, по пути подрубая ноги не успевшему опомниться разбойнику, второй лег уже без головы – тело гулко ударилось о землю, кровь несчастного обрызгала гнома с ног до головы. И тут в голову, откуда-то слева, пришел сокрушительный удал подкованным железным сапогом. Красные искры в глазах и затухающий взор. Траин упал. И в этот миг пришло понимание, что если не он - то его; и топор сам собой отбил уже готовый пронзить тело лежащего, клинок. Гном вскочил на ноги, голова гудела, но он мог стоять, а пока он стоит, он не сдастся. И еще одно…
Ну что же ты наделал? Зачем полез помогать этому трактирщику, будь он трижды неладен!? Ведь я же говорил тебе, я же объяснял, к чему это может привести. Зачем? Ты могучий тангар, один из великих воинов, бывший охотник за душами, боец Гвардии, страж чертогов Аррингтэра.
Уйди, призрачный голос. Я предупреждал тебя уже и скажу снова – исчезни и не мешай мне больше. Ты мне не нужен. Дай мне жить спокойно. Ты тянешь меня во тьму. Ты не даешь мне покоя со времен Аррингтэрской битвы. Зачем тебе я, голос? И что ты вообще такое?- закричал в мыслях Траин. При этом время вокруг него шло, и битва с противниками продвигалась, хотя гном ничего этого не замечал. Он как будто был сейчас только сторонним наблюдателем.
Я не уйду, пока ты не смиришься с тем, что я – это ты. Я – отражение темной стороны твоей души. Я всего лишь часть тебя, часть, которая помогает тебе биться и побеждать, не бежать с поля боя, не забывать о Слове и Чести. Quad el sail. «Время возвращать долги», милый мой гном. Ничто не забыто из ушедшего, по крайней мере, мной.
В твоих словах понятия Слова и Чести извращаются до неузнаваемости. Ты – бездушный голос тьмы, извращающий все светлое и доброе, что во мне осталось. Ты – не я. Ты говоришь «Честь», а подразумеваешь вероломство, говоришь «Доблесть», а подразумеваешь обман. Ты уводишь меня во тьму. Но у меня остается только один вопрос: почему и, главное, за что я?
Многие задавали мне этот вопрос и все они получили один и тот же ответ: тебе всего лишь не повезло…. Гному показалось, что в голосе прорезались нотки сарказма. Но раскрывать все козыри голос явно не собирался.
И вдруг… все. Последний наступающий, человек в кольчуге, упал с перерубленной гномьим топором шеей, и внутренний голос затих, но, Траин знал, до поры, когда он вновь вступит в схватку. Гном прошелся по месту схватки, собирая оружие бандитов, которое он обещал показать трактирщику в качестве доказательства выполнения работы. Потом он затащил все тела в дом, в котором не оказалось ничего подозрительного, кроме, разве что, обильно украшенных оружием стен, которых было буквально не видно из-за висящего на них железа. Траин принес масляную лампу и привязал к ней тонкую веревку, валявшуюся здесь же в доме, а потом поставил горящую свечу под эту конструкцию. Верный способ списать все на невинный пожар по неосторожности хозяев. Никто ничего не заподозрит.
-Здорово друг!- порадовался трактирщик, наблюдая за горящим вдалеке домишкой, который когда-то был логовом шайки мародеров,– Теперь заживем!- при этих словах трактирщик внимательно посмотрел на гнома, но стоило тому поймать его взгляд, как он тут же отвернулся.
Траин получил и обещанную награду: мешочек старых монет времен короля Элдэра, что считались большой редкостью и высоко ценились в лавках старьевщиков. Также хозяин не без удовольствия отдал гному клинок ручной работы, который хранился в его семье, по его же словам, довольно давно – лет эдак двести. Голубоватая сталь выдавала в нем гномью работу, а рисунок на лезвии был наведен с таким мастерством, что даже Траин прицокнул языком.
Он вернулся в комнату, где и дожидался до вечера задержавшихся Киндора и Андруса, которые вернулись один за другим как по команде. На вопрос гнома, где это они так долго пропадали, маг ответил что-то вроде: «День тяжелый был», а человек и вовсе промолчал. Траин не стал принимать это близко к сердцу, решив, видимо, что его спутники просто утомились. Нашел Андрус им лошадей или нет он так и не узнал. Наскоро поев, в полном молчании все разошлись спать. Гнома тревожили странные сны.
Они тебе не доверяют, раз не поставили тебя в известность о случившемся. Они хотят твоей смерти, гном. Слушай меня и я укажу тебе тонкий и извилистый путь к победе, славе, чести и отмщению. Почему ты не даешь мне сделать этого, почему ты сопротивляешься? Ведь я гарантирую тебе власть, силу и даже… даже Бессмертие. Ты же этого жаждешь. Ты не можешь не хотеть этого, тангар.
Перед мысленным образом вставали картины одна заманчивее другой. Одинокий холм, весь залитый черной гоблинской кровью и ОН, единственный, Бессмертный, способный остановить тысячи тысяч. Он отбивается и каждый взмах его топоров стоит жизни по крайней мере десяти противникам. Но вдруг холм исчезает и впереди появляются горы, в которых живут и работают многие тысячи мастеров Подгорного племени. Он идет и все расступаются у него на пути, все кланяются ему. Вот тронный зал и (не может быть!) он восходит и садится на трон. Железным голосом приказывает выбить Огров из подвластных ему земель. И тысячи воинов уже выполняют его приказ и стремятся расстаться с жизнью по мановению его руки. А вот и эльфы, позор плоти Нарнивала, он уничтожает их тысячами, битва выиграна, неприятель обращен в бегство и еще немного, еще чуть-чуть и… видение обрывается и опять раздается все тот же голос.
Ты видел, что я могу. Ты знаешь, что это все возможно с моей помощью. Так протяни же руку и возьми это, наконец. Зачем тебе бесконечные блуждания в поисках твоих кровников – просто попроси, и они будут мертвы. Чего тебе эт…
Просто попроси, говоришь ты!- мысленно сплюнул Траин,- А не великовата ли цена? Что я должен буду отдать взамен? Уж не душу ли свою, как в книгах многоумных да трактатах говорится? А? Что молчишь? Нечего тебе на это сказать, тень. Уйди от меня и не возвращайся. Не тревожь меня больше.
Да что вы, смертные, знаете о такой сущности, как душа? Да, я не скрою, это более чем приемлемая цена за всевластье, да еще и бессмертие вкупе с неуязвимостью и огромной силой. А не многого ли ты захотел, дорогой гном, задарма? Я подумаю над твоими словами о цене. Не думай, что я исчезну, это никому не под силу. А когда гнев возьмет в тебе верх над разумом, ты примешь моё предложение. И тогда посмотрим, как ты выкарабкаешься,- казалось, в бесцветном голосе прозвучала усмешка.
Рассвет застиг путников в дороге. Им оставалось полдня пути до Наллингтона, которое можно было преодолеть всего за два-три дня, если скакать горяча коня и уменьшив стоянки до минимума. Гном же и два человека двигались уже никак не меньше недели, не медля но и раньше времени не утруждая себя дорожными тяготами и заботами. Останавливались практически в каждом трактире, но надолго не задерживались, расспрашивали местных о житье-бытье да о положении дел в столице, да отправлялись в путь. Новости оказывались неутешительными: разношерстные ватаги, состоящие из орков, троллей, гоблинов, гномов, гноллов, огров и других всяческих и всевозможных рас вдруг как с цепи сорвались – грабили, жгли, убивали, уводили в плен неудачливых жителей Северного Королевства. Король собрал несколько специально сформированных полков, состоящих целиком и полностью из наемников, причем не только людского рода, и направил к местам недавних нападений. Полки должны были выследить бродившие по лесам шайки и попытаться выбить врагов прочь с территории Королевства. Пленных же, найти и освободить.
-Как ты думаешь, он серьезно насчет пленных?- в задумчивости проговорил Киндор.
-Эти слова сказаны лишь для того, чтобы не ввергать население в панику,- шепотом ответил маг Андрус, потому что гном уже спокойно посапывал, прислонив голову к стене корчмы, в которой они остановились.- Ведь Король и сам понимает, что разыскать плененных этими шайками людей не проще, чем найти иголку в стоге сена. Давай, буди этого соню, и двигаем дальше, если успеем, то к закату будем с удобством устроены дома у моего друга, который надежен так же, как твой камень на дороге.
Растолкав принявшегося ворчать спросонья гнома, друзья двинулись по пыльной дороге на юг. Здесь проходил один из главных трактов государства, поэтому он всегда был оживлен и довольно хорошо поддерживался – ям и выбоин не было, а в ширину на нем спокойно могли разъехаться пять телег. Туда-сюда сновали дорожные рабочие, следя за чистотой и порядком на самом тракте. До города оставалось всего ничего. Вокруг уже потянулись характерные для Королевства предместья, которые в основном состояли из роскошных садов, да усадеб знати, заполонившей в последние несколько лет буквально весь Эанир. И всё бы ничего, да знать эта в последнее время совсем обнаглела и, пользуясь расположением короля, стала скупать все земли, лежащие недалеко от крупных городских трактов.
-Эх и красотища то какая!- восхищался Траин.- Сюда бы наших мастеров из Аррингтэра и тогда вообще идеально было бы. А то строят тут у вас из такого камня – каменной крысе только на зуб и сгодится.
-Строят, как могут и нечего пенять на строителей, коли сам не попробуешь вначале,- заметил Андрус.- У жителей этих мест ряд с гномами грозовых гор, откуда поставляется сюда весь камень. Камень весит много, поэтому купцы очень дорого оценивают его перевозку, а простым крестьянам он не по карману. Вот и покупают самый дешевый – лишь бы крыша над головой была. О! А вот и главные ворота.
Ворота Наллингтона представляли собой две громадные каменные створки высотой метров десять и в толщину примерно метр. Сами же ворота, как понял Траин, были не отворяющимися, а задвигающимися – вглубь стены вели тоннели для створок. Друзья подъехали к городу на исходе дня, поэтому створки были наполовину прикрыты, а в проходе стояли стражники и два переписчика, которые проверяли всех, входящих в город. Андрус повторил свой недавний трюк с подорожной и их пропустили без всяких проволочек. Они были в Наллионе.
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (+2)   
04:18 30.03.11
url  MrGip Начинающий писатель
Глава 4.
Неожиданности

Следующий день прошел в плену подозрений и раздумий. Соэльди разговаривала со своими спутниками и, чем больше о них узнавала, тем больше подозрений вызывала у неё их встреча. Ближе к полудню, когда эльфы устроили краткий привал и была подана еда, вкуснее которой Соэльди ещё не пробовала, она всё же решилась подойти с мучающим её вопросом к Элестену.
-Наша встреча не была случайностью,- ответил ей эльф, - Твой наставник, маг Эстерос, знает о нас и попросил меня приглядеть за тобой в твоем желании помочь бедным оркам. Я и моя дружина, в которой осталось, кстати, всего тридцать человек, уже несколько лет странствуем по населенным людьми землям и всюду боремся с отравой Безликих. Их яд проник гораздо глубже в умы обитателей Нарнивала, чем ты думаешь. Люди живут в тени постоянной угрозы, исходящей от гибельного для них леса. Шпионы Темных следят за нами постоянно и мы не можем избавиться от их взглядов. Мы…
Над головой Соэльди пропела стрела. Девушка едва успела поставить барьер и второй наконечник распался прахом уже в сотой доли дюйма от её глаза. Тут же из зарослей вылетело ещё десятка четыре стрел и кто-то из эльфов упал, хватаясь за пробитые навылет руку или ногу. Доли мгновенья понадобились Элестену, чтобы оценить обстановку и со всей своей немалой силой, отбив Цепом десяток-другой направленных в него наконечников, как он это сделал для Соэльди осталось загадкой, ведь цепом отбить стрелу просто невозможно, бросился в ближайшие заросли, откуда лился гибельный поток.
Волшебница уже выставила полноценный щит и смогла осмотреться, не боясь ежесекундно быть убитой. Элестен исчез в зарослях и оттуда донеслись звуки битвы, а другим эльфам пришлось гораздо тяжелей. Защищенные больше своей магией, чем доспехами, они уже начинали терять силы, делая два дела сразу: отвечая стрелами на стрелы и держа свои щиты. Вокруг кипела битва, а волшебница как будто впала в оцепенение, не замечая коротких сполохов заходящего солнца, отражающихся на наконечниках летящих стрел. Рядом упал с пробитой навылет грудью один из эльфов, и это неожиданно предало сил. Оцепенение спало и уже через секунду в зарослях, откуда летел гибельный ливень, распустился огненный цветок. Заклинание сплеталось медленно, неторопливо, с оттягом. Начала сплетались в неизвестные и как будто бы несовместимые формы, где вода правит огнем, а огонь – землей. Но вот все стежки были уложены на свои места и Соэльди залюбовалась чудовищной силы взрывом, прогремевшим в выбранном ей месте. Это было нечто грандиозное. Вначале воздух вокруг атакующих превратился в чистейшую воду, которая, спустя мгновенье обернулась огнем, превращающим в пепел всё вокруг. Жар чувствовался даже за двести шагов. Слова заклятия прозвучали над всем лесом:
b] nmvs dsitlib d jujym eql`nt! Пронеслась стая напуганных птиц. Крик невыносимой боли заживо сгорающих эльфов, а напали именно эльфы, Соэльди в этом не сомневалась, и, спустя пять минут всё кончено. Темная дымка заволакивает глаза, но Волшебница борется изо всех сил – заклинания такой мощи, пусть даже не очень сложные, не проходят бесследно для произнесшего. Всё, как по шаблону – чётко, идеально, без задоринки.
Прошло несколько минут тяжелой борьбы с собой, и вот из зарослей показался Элестен, несший на плечах тело сильно обгоревшего Безликого. Подойдя к палатке, он быстро окликнул боевого лекаря, а сам двинулся помогать раненным в отряде. Соэльди вызвалась идти с ним, так как чувствовала, что силы её постепенно возвращаются, а её обширные познания в Белой магии могли потребоваться раненным. Итоги оказались неутешительными: двое тяжелораненых, один убитый и десять получили легкие ранения. Элестен прошелся вокруг лагеря, собирая уцелевшие стрелы, а потом прямиком направился к принесенному им эльфу, узнать как его состояние. Всё это время Соэльди неотступно следовала за ним и одной из первых подошла к пленному, который потерял сознание от многочисленных ожогов. Когда-то, вероятно, это был красивый эльф-воитель, какие выгравированы на стенах в Зале Славы родной академии волшебницы. Теперь же он представлял собой ужаснейшее зрелище – волосы кое-где сгорели – обнажая кости черепа, лицо пересекал огромный красный рубец, полный запекшейся крови, брови исчезли, одежда почти полностью пригорела к телу – ясно было, что долго ему не протянуть. Элестен склонился над Безликим и что-то прошептал ему на древнем наречии, но ответа так и не получил, лишь жесткая усмешка исказила лицо умирающего, и губы его произнесли на общем для всех рас языке: «Предатели». Очевидно это слово было последним его выдохом, потому что его глаза закатились а дыхание прервалось – эльф был мёртв. Элестен закрыл его веки, но тут вмешалась Соэльди.
-Что тебе было от него нужно?- спросила она, брезгливо глядя на тело мертвого эльфа.
Элестен посмотрел на неё с некоей досадой, а потом, сказав два-три слова на своём наречии, отослал всех от его палатки кроме Соэльди.
-Мне нужно знать, кто он, откуда пришел и зачем его отряд напал на нас. Ну и ещё неплохо было бы узнать, с чего это мы «Предатели», я за собой таких качеств никогда не замечал,- попытался улыбнуться эльф.
-Не время для шуток,- обронила Соэльди, не восприняв шуточного тона полуэльфа, -Мы узнаем всё, но только мне понадобится кое-какая помощь. Ваши воины должны встать на защиту лагеря и, желательно, выставить духовную защиту от призраков, которые не замедлят явиться на мой зов.- Говоря всё это, Соэльди закатывала рукава и раскладывала вокруг мёртвого непонятные снадобья и коренья, которые минуту назад она достала из своей походной сумки. Всё это она проделывала очень аккуратно, словно расставляя ингредиенты по невидимым никому, кроме неё, точкам.
-Сейчас меня не трогайте и держите тело сильнее, оно может вырываться, а ваши воины пусть займут оборону.
-Всё уже схвачено, начинайте госпожа Соэльди.- Элестен налег всем телом на труп умершего.
-Эр-ран-урх-назг!- произнесла волшебница, и лес вокруг них встал дыбом. Деревья гнули ураганные порывы ветра, небо моментально затянули чернейшие тучи, из которых полил жирный дождь, моментально промочивший Соэльди с ног до головы. Молния ударила в близлежащий холм, и там вспыхнуло пламя. Кто-то из дозорных предостерегающе крикнул - из леса к лагерю приближалось по крайней мере пятьдесят призраков, плавно скользивших в дюймах от земли. -Эр-тэс-дарр!- голос пронесся над лесом и затих в его кронах. В это же мгновение тело умершего согнула жестокая судорога, так что Элестен еле удержал его прижатым к земле. Эльфы в быстром порядке приводили в действие свои защитные заклятья, когда заклинание начало действовать. Одного из призраков подхватило как невидимой петлёй и потащило к телу умершего. Призрак непереносимо взвыл и попытался освободиться – напрасно, заклятие Соэльди держало его крепко.
А между тем стена духов приближалась. Эльфы поспешно привели в действие духовный щит, и вокруг лагеря образовалось нечто, похожее на сверкающую прозрачную завесу. На секунду у волшебницы мелькнула диковатая мысль о мыльном пузыре, но она тут же отогнала её – надо было держать своё заклинание. Призрака протащило сквозь барьер без малейшего усилия, но остальные духи беспомощно толпились вокруг щита, не в силах пройти сквозь него. Вокруг была чернота, как безлунной ночью, черные облака закрыли весь солнечный свет, и разглядеть хоть что-то можно было лишь благодаря сверканию Щита, да внутреннему свечению столпившихся около него призраков.
Душа билась в путах, не в силах освободиться от незримой удавки. Покойный эльф прилагал поистине колоссальные усилия для того, чтобы освободиться и Соэльди прилагала все силы для поддержания чар. На лбу у неё выступили капельки пота, руки дрожали, лицо побледнело, но сдаваться она явно не намеревалась. Чуть светящаяся зеленоватым петля приблизила душу к телу погибшего безликого и так и застыла, удерживая некогда две половинки одной сущности рядом друг c другом.
Соэльди ухмыльнулась и опустила руки. Теперь заклинание держится на магических ингредиентах, специально и заботливо расставленных на углах семи-лучевой звезды. Она опустилась на колени перед душой погибшего и внимательно посмотрела в его пустые, бестелесные глаза. В них читался гнев и необычная для эльфа панически-безумная надежда. Надежда? На что? На обещанное всем бессмертным возрождение? Или хотя бы достойное посмертие? А может на отмщение?
-Нет!- вдруг громко произнесла волшебница, глядя прямо в мертвые зрачки, -Ничего нет: ни смерти, ни бессмертия, ни даже возрождения!- Весь отряд уставился на Соэльди. Затихли даже призраки, перестав лезть на невидимый барьер и устремив взоры на неё и только на неё одну. Мертвые зрачки призрака увеличились, словно тот испытывал сейчас настоящий ужас.
-Ч-что?- выдавил из себя Элестен, внимательно наблюдая за волшебницей.- Твои слова,- бросил он. -Что они означают?!
-Ничего нет,- повторила Соэльди, теперь уже глядя в упор на предводителя эльфов,- Только смертные заслужили свое право на воздаяние, для остальных же ворота в Серые пределы закрыты навсегда,- она ухмыльнулась,- Неужели ты, эльф, проживший гораздо больше моего в этом мире, не знаешь простых истин? Души смертных свободны! Они не привязаны к телам той магической силой, что удерживает их в Перворожденных. В этом и заключается великая сила смертных – их дух не подвластен никаким заклинаниям. По крайней мере, Эстерос не знает таких заклятий,- закончила она неловко.
Тишина. Соэльди показалось, что она внезапно оглохла, ведь перестал доносится даже шум ветра и одиночные возгласы бури, продолжающей бушевать над головами волшебницы и эльфов. Вокруг барьера застывшие призраки тупо пялились мертвыми зрачками на их схваченного товарища, но попытки пробиться за защиту прекратили и эльфам, поддерживающим её, стало полегче. С ближнего дерева вдруг сорвался и начал свое медленное падение лист. Что это было, потом так никто и не понял, но все взгляды вдруг устремились лишь на него, как будто он был последним спасением, отменяющим сказанную Соэльди чистую правду. Лист кружился, плавно переворачиваясь с одного бока на другой, словно играя в потоке ветра, которого в магическом куполе и в помине не было, и медленно, намного медленнее, чем это можно себе представить в полном штиле, он опускался к земле. И тут, в момент касания необычного листочка с землей, что-то произошло, и у каждого из присутствующих позже была своя версия, что же это было...

* * *

Наллингтон оказался очень красивым и ухоженным городом, так что Гном прикусил язык по поводу мастеров-строителей людей, на славу постаравшихся над каждой улицей этого города. Мостовая, по которой они ехали, была выложена разноцветным мрамором, изображающим сцены величайших битв королевства – как героических, так и трагических. Двух- и трехэтажные каменные дома были украшены резьбой такой красоты, что поневоле привлекали к себе внимание причудливостью форм, яркостью красок, необычным подбором цветов. Много здесь было и аллей, уходящих от центра города к окраинам. Они были украшены невиданной красоты клумбами, собравшими в себе краски самых ярких цветов, когда-либо виденных гномом. Мостовые были выложены зеленоватым камнем, поэтому складывалось впечатление, что люди ступали по мягкой траве, издавая при этом непривычно громкие звуки. Центр города был украшен семью фонтанами, сливающими в одну громадную площадь все ведущие сюда аллеи и улицы.
На главной площади хватало места всем,- здесь размещались базары, на которых желающий мог приобрести любые товары со всех концов света, привезенные и тщательно хранимые местными купцами. Неподалеку от базаров располагались развлекательные павильоны, где за умеренную плату можно было полюбоваться диковинками, такими как мастерское владение экзотическими видами оружия, необычными зверьми, привезенными аж из-за Грозовых гор, разного рода артистами и акробатами, веселившими публику своими выступлениями. На площади же располагались и разнообразнейшие лавки, в которых можно было найти все: от оружия, до редчайших специй и доспехов, побывавших в самых кровопролитных битвах. Тут же располагалось и большинство постоялых дворов, гостиниц, таверн и забегаловок, где путник мог найти глоток доброго эля и ночлег, за определенную плату, конечно. Здесь же, в одной из лавок, торгующих магическими артефактами, и работал друг и коллега Кардариона-Андруса, маг Эргсу Звездный, давненько уже отошедший от дел, но по прежнему бывший в курсе самых важных событий королевства.
Весна в городе всегда наступает быстрее, чем вне его окраин, и здесь, на мостовых уже не осталось того редкого снега, что иногда баловал жителей Наллингтона, находившегося намного южнее, нежели столица северного королевства. Птицы, обычные обитатели древесных крон, еще не вернулись с зимовки, и это было единственным напоминанием о том, что до лета еще нескоро. Да и сами деревья еще не торопились просыпаться от казавшегося таким сладким сна.
Путники шли по левому краю площади, направляясь прямиком к вывеске, изображавшей широкополую коричневую шляпу, нанизанную на магический посох.
В лавке все было обставлено множеством разных и непонятных гному флаконов и зелий. От некоторых из них исходил дымок, другие же, наоборот, были как будто бы заморожены. Андрус сразу же отправился к хозяину лавки, магу Эргсу Звездному, который оказался маленьким, полным и очень дружелюбным человеком с красноватым лицом и веселыми глазами, обрамленными радостными морщинками. Андрус сразу взял быка за рога, но маг возразил ему.
-Представь мне своих спутников для начала. А то не по порядку получается – мы тут с тобой беседуем, а гости стоят на пороге…
После того, как друзья представились, Эргсу попросил их зайти к нему вечером на чашку чая и назвал адрес: Центральная улица, дом пять.
-А сейчас мне надо торговать,- промолвил он,- Не мешайте, приходите вечером.
Солнце стояло в своей наивысшей для этого времени года точке, уже достаточно сильно нагревая одежду путников. На площади по прежнему шевелились люди, что-то покупали, продавали, меняли. От всей этой суеты у гнома с непривычки заболела голова. Друзья побрели от центральной площади вбок, нашли ближайшую гостиницу и договорившись с трактирщиком об обеде, сняли комнату и просидели в ней до самого вечера, занимаясь ничем.
Вечером, выйдя из трактира и дойдя до центральной площади они поняли, что центральной улицы здесь нет, а все они равны и расходятся от центра к окраинам, пересекая город от края до края. В связи с новыми обстоятельствами возник вопрос: Как найти Эргсу? Солнце уже клонилось к закату, а друзья так и стояли на центральной площади, не в силах понять, куда же им дальше двигаться? А случайные прохожие не знали, как попасть на центральную улицу. В связи с этим угрюмый Андрус предложил разделиться и взять каждому по две улицы.
-Здесь их как раз шесть и, если что, я дам вам по огненному заклятию. Тот, кто обнаружит его дом, просигналит и будет ждать, пока подойдут остальные.
В ответ на удивленный взгляд Киндора маг с нетерпеливым видом начал объяснять, что каждое из слов имеет силу и если волшебник наделяет его магической мощью, то пока не кончатся все силы, отведенные на заклинание, слово будет волшебным. Потом он ухмыльнулся и в ответ на вопрос, какое же слово надо будет произнести, ответил, что ради Траина этим словом будет «бочонок».
На том и порешили. Гном отправился на север, соответственно маг и Киндор – на восток и на запад. Ночная тень опустилась на город. Солнце окончательно село и короткое время сумерек уже прошло. Город заснул. Лишь редкие огоньки домов поблескивали в темноте. Гном шел, озираясь по сторонам и ища нужный дом, но никаких обозначений на домах не было. Мимо шмыгнула кошка, заставив его резко повернуться. Он вытащил предусмотрительно взятую с собой боевую перчатку.
На небе высыпали звезды. Теплый ветерок дул с юга и подгонял гнома в спину. Он не помнил, сколько шел, пока, наконец, не набрел на какой-то странный дом. Рядом стоящие строения были ухожены и красивы, а этот (краска на нем облупилась со временем) стоял заброшенным, зияя провалами окон, как пятно на лице спящего города. Гном остановился, вглядываясь в дом, не доходя до него шагов двадцать, и вдруг дверь дома приоткрылась, из неё вышел человек. За спиной у него был приторочен меч, на поясе висел небольшой резной кинжал. Человек спустился с крыльца, сильно заскрипевшего под его весом, и направился к окраине города, по улице, уходящей дальше на север.
Гнома взяло любопытство. Он двинулся следом за странным человеком. Двигаясь скрытно и незаметно, что, в принципе, у гномов получается редко, он надеялся проследить за странником. А про поиски дома он уже совсем забыл. Каково же было его разочарование, когда минуту спустя в небе над соседней улицей расцвел огненный цветок Андрусова заклятия.
Ругая весь свет (точнее все, обо что зацеплялась его нога в этой темноте), Траин поспешил к месту, откуда, по его мнению, было послано заклятие. Уже через пять минут он находился на месте. Здесь уже стоял Андрус, а вот Киндора было не видать… Прождав друга еще около десяти минут, гном и маг решили зайти на огонек к Эргсу вдвоем. Они направились мимо калитки к двухэтажному дому, украшенному оплетенными лианами стенами и маленькими фонтанчиками в форме рыбок, что стояли во множестве прямо на лужайке.
-Смотри-ка Андрус!- воскликнул гном, и указал на угол дома, на котором красовалась табличка с надписью «Центральная улица 5». Маг сердито посмотрел на него и Траин моментально осекся.
-Веди себя тихо,- сердито бросил он,- Разговаривать буду я, а ты слушай и запоминай. За Эргсу должок. Я попытаюсь выманить из него некоторую полезную нам информацию.
Калитка негромко скрипнула при нажатии, но всё же без помех отворилась, и друзья направились по вымощенной камнями дорожке прямиком к крыльцу дома номер пять.



* * *

Киндор шел по улицам и вглядывался в дома, нужного он так и не нашел, и, когда уже собирался поворачивать обратно, заметил вдалеке сигнал, выпущенный кем-то из его товарищей. Человек развернулся и направился в ту сторону, где в небе красовалось огненное сверкающее облачко, переливающееся разными красками. Шаги человека гулко отдавались по безлюдным улицам. В эхе, вторившем его шагам, Киндор пару раз заметил какие-то странные посторонние звуки, но, но каждый раз, оглядываясь, он не видел ничего, кроме пустых улиц. Когда ему в очередной раз послышались чьи-то шаги, он решил для безопасности вынуть меч из ножен. Как только Киндор миновал площадь и приблизился к тому месту, откуда они с товарищами расходились, свет перед его глазами померк, он упал, но последнее, что он успел заметить, это человека, стоящего неподалеку за деревом и что-то произносящего, глядя на него, Киндора.
И снова его уносит прочь от мира, к далеким и неизведанным землям. Он видит плывущие куда-то на восток диковинные корабли, видит битвы у Лесов Гордыни, где орки отчаянно бьются с бессмертными за право жить в этом мире. Вот снова та черная земля, покрытая серой и пеплом, опять пустующий город, в котором нет ничего живого. Но что-то в этот раз изменилось, Киндор присмотрелся и оцепенел от ужаса: посреди черного города стоял Траин, но только не тот гном, которого знал человек. Этот Траин был одет в черный доспех с головы до ног, глаза его светились ярко-красным огнем, рот был отворен в нечеловеческом реве, лицо исказила гримаса ненависти. Даже волосы гнома были иссиня-черные. Он медленно поднял огромный двуручный топор и побежал прямо на человека… И тут видение кончилось, постепенно затухал в сознании голос, которого Киндор так и не смог понять…
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (0)   
04:18 30.03.11