Главная

Поиск


?

Вопросы






FAQ

Форум

Авторы

Фантастика » Фэнтези »

Тайна Костяного Алхимика

Главный герой - молодой воин Кезар. Изгнанный из своего племени, он решил докопаться до истины, ветер которой не давал покоя многим другим искателям приключений. Истина оказалась гораздо темнее, чем тот думал, с этого и начались настоящие приключения воина-изгнанника.
 отзывы (0) 
Оценить:  +  (0)   
08:49 17.09.10
В те незапамятные времена, когда миром еще правили жестокие тираны, когда знаменитые воители гибли в жестоких битвах с драконами, а короли вели беспощадные и кровопролитные войны друг с другом, над миром висела невидимая угроза. Никто и не предполагал, что миру может угрожать какая бы то ни была беда, пока не случилось то, что перевернуло тот мир.

Начало.
Оседлав своего любимого коня, одиноко мчался по просторам бескрайней степи воин племени Ло, спасаясь от преследователей – тоски, отчаяния и двух десятков всадников. Незримые преследователи - тоска и отчаяние, волновали его меньше всего, собственная жизнь была куда дороже. Особенно когда по пятам неумолимо ступает смерть в лице отряда мрачных воинов на гнедых лошадях. Неделю тому назад в его родном селении случился небывалый пожар, причиной которому была его собственная неосторожность. Как мог он, воин в третьем поколении так выронить склянку с запретным маслом, предназначенную для самого Вождя?
Да и Вождя разгневало не столько то, что одна из его крупнейших деревень была сожжена до основания, сколько потеря столь редкого экземпляра масла, созданного древним волшебником Магросом. Того самого запретного масла, способного при соприкосновении с больших количеством воздуха в мгновение создать огромный язык пламени, уничтожающий все вокруг.
Как мог он это допустить? Нет же, он старался изо всех сил, но склянка словно была живой, недаром молвят, что старик Магрос заключил частички своей души в эти маленькие флакончики. Легенда гласит, когда все склянки с запретным маслом будут использованы, пламя воссоединится и Магрос вернется к жизни и воплотит свою мечту. Всю свою жизнь мудрый волшебник мечтал построить идеальное королевство, настоящую Утопию, чтобы все обитатели планеты жили в мире. Он презирал этот первобытный племенной строй, всячески отвергал его, за что и был казнен одним из предков Вождя. Но не так прост был старый волшебник, перед этим он смог уберечь свой дух от смерти, спрятав его в эти склянки.
Для чего понадобилось Вождю это масло… Нет, не об этом сейчас думал воин. По пятам за ним следовал сам Вождь и с два десятка его лучших стражников, его, воина в третьем поколении, всю свою сознательную жизнь служившего племени и Вождю, казнят, как врага народа.
Нет, не бывать этому! – думал воин - Хотя, кто знает, Его свита уже близко, настигнут, скрутят и поведут на Арену Позора. Не о такой кончине я мечтал…
Воин резко свернул в сторону Беспробудного леса, уж там плотный клин стражников разбредется среди деревьев, а ему в одиночку будет проще двигаться. Не такая плохая идея, если учесть, что других идей не было.
Но даже в лесу он понимал, что ему вряд ли удастся уйти от погони, слишком решительно настроен Вождь. Преодолев несколько верст топкой лесной тропинки, воин остановил коня, в последний раз погладил его черную гриву и смиренно сел посреди тропы, уж лучше быть затоптанным всадниками Вождя, чем попасть на Позорную Арену.
Стража во главе с самим Вождем неумолимо приближалась, но вдруг отряд резко развернулся и умчался в обратном направлении. Воин в недоумении встал и огляделся. Небо уже не было таким серым и пасмурным, как пару минут назад, в течении нескольких секунд оно невозможно почернело, солнце исчезло в пустоту, словно его и не было, звуки вокруг смолкли. «Что-то неладное творится в последнее время» - успел подумать воин, прежде чем деревья вокруг стали складываться друг на друга, словно костяшки домино, и укрывать стволами тропу. Позади виднелось лишь плотное облако пыли, впереди на тропу валились деревья, воину ничего не оставалось, кроме как броситься в самую чащу леса и ждать гибели. Пробираясь сквозь заросли ежевики, не зная что ждет его впереди, воин думал лишь об одном: ведь если такие странные вещи творятся по всему миру, куда же тогда бежать?
Вся жизнь за мгновение пронеслась перед глазами… хотя, жизнь – это и есть одно лишь мгновение. Неужели ради этого стоит терпеть безудержные страх перед неизведанным будущим, страх смерти, переживать опасности? Видимо, стоит, раз так не хочется умирать. С этими мыслями воин продолжал двигаться вперед, медленно, но верно приближаясь то ли к спасению, то ли к неизбежной смерти.
Внезапно он почувствовал боль. В бедро вонзилась стрела. Потом вторая, рядом. Воин, хватаясь за деревья, медленно пытался уйти от невидимого врага, но третья стрела, пущенная прямиком под колено, лишила его возможности сбежать. Земля словно стремилась уйти из-под ног, голова закружилась и воин потерял сознание.

Братство Черного Солнца.
Очнулся он в совершенно незнакомом ему месте, на жесткой кровати, устеленной лишь обожженным белым покрывалом. Попытка встать и осмотреться не увенчалась успехом, пошевелить рукой или ногой воин не мог. Шея еле поворачивалась, но этого было достаточно, чтобы увидеть на соседней кровати старика со стрелой в груди. Осмотреть собственное бедро воин не мог, приподнять голову тоже не было возможности, да и боль не чувствовалась, как и все остальное.
В комнату, скрипнув разбитой дверью вошел человек. В глазах было немного мутно, но было отчетливо видно, как этот полный мужчина невысокого роста, с бородой до пояса и бритой налысо головой подошел к мертвому старику и одним взмахом рук вынул из его груди стрелу. Недовольно покачав головой, человек бросил стрелу на пол и подошел к кровати воина, осмотрел бедро, вынул оттуда обе стрелы. Опять же одним лишь движением удалил стрелу из-под колена.
- Эй, говорить можешь? – не слишком учтиво, но с улыбкой в глазах поинтересовался он.
- Такое чувство, будто я уже никогда ничего не смогу, - отрешенно пробормотал воин.
Разразившись диким смехом человек уселся на кровать рядом с мертвым стариком. С явным намерением развязать беседу, бородач пристально смотрел на воина, не зная что спросить.
- Как звать тебя, странник? – брякнул бородач.
- Мое имя Кезар, я - воин племени Ло. Точнее, раньше был воином, сейчас я всего лишь изгнанник, враг народа, приговоренный к смерти, - ответил воин.
- Чего ж ты натворил такого, Кезар? – с удивлением в голосе поинтересовался собеседник.
- Это уже неважно… Меня все равно найдут и казнят. Вы, наверное, верноподданный Вождя?
- Того самого Вождя? Нет, звать меня Силус, с Вождем общих дел я не имею… Не нравится мне этот тип, ну недолюбливаю я тиранов! – завелся тот.
- Уже неплохо, в таком случае вы не могли бы объяснить мне, какого чёрта я здесь делаю и почему из моей ноги торчали три стрелы, я так понимаю отравленные? До сих пор не могу прийти в себя.
- Наша разведка установила, что отряд всадников движется в наши запретные земли, здесь мы готовим… вообщем не суть, мы выяснили, что эти воины могут помешать нашим планам. Вот и приняли тебя за одного из них. Извини уж, так вышло. А вот всадникам повезло меньше.
- Что случилось со стражей Вождя, и кто этот старик? – указал Кезар на соседа по койке.
- Так это стража Вождя? Тогда я рад вдвойне, они погибли в урагане. Старик – наверное, какой-нибудь офицер этого вашего тирана, из всего отряда спаслось от урагана лишь четверо, на черном коне в золотой сбруе, наверное, сам Вождь, два его солдата и вот этот вот… Его мы подстрелили уже на опушке, метко, скажу тебе, пальнули, упал с коня после первого же выстрела. Вашему повелителю, судя по всему наплевать на судьбу своих верных воинов, поэтому возвратиться за своим подданным, за этим вот стариком, он не посчитал нужным. А мы вот его… так уж вышло.
- Вы – это кто? – вдруг оживился Кезар.
- Братство Черного Солнца. Ты, наверное, слышал древнюю легенду о Магросе, запретном масле, том самом предке Вождя? – упорно старался поддержать беседу Силус.
- Понимаете, флакон с этим самым маслом я случайно… выронил и разбил, - словно ребенок оправдывался Кезар, - Но я не хотел ничего плохого, оно словно рвалось у меня из рук!
- Ага, дымовину даже отсюда видно было, неужели ты спалил целую деревню, Кезар? – усмехнулся Силус, - Это, конечно, нехорошо, что масло вот так вот… осторожней надо быть, да и магия самой склянки тоже сыграла роль. Ну, из жителей деревни никто не пострадал ведь?
- Нет, вроде все успели покинуть дома, правда, где им теперь искать новую крышу над головой… Как я мог так поступить! Будь жив мой отец, он не простил бы этого.
- Поверь, за любой проступок отец способен простить своего сына и поддержать в трудную минуту… - Силус задумчиво посмотрел в окно, - Ну да ладно, больше дела!
- Вы говорили про Братство Черного Солнца, чем вы занимаетесь в этом своем братстве? Это какая-то секта?
- Нет, что ты, - усмехнулся Силус, - Это далеко не секта, а организация, основанная много лет назад самим Магросом. Ты понимаешь, почему мы так заинтересованы в добыче склянок с запретным маслом? У нас нюх на такие вещи, наши агенты раскиданы по всему свету и отслеживают количество этих магических языков пламени, судя по этому можно легко определить, сколько склянок было разбито. А разбить, чтобы воскресить Магроса, сам знаешь, нужно все склянки. Этим мы и занимаемся, дружище.
- И сколько осталось? – оживился Кезар.
- Всего двенадцать. Двенадцать склянок, тогда в мире воцарится спокойствие и порядок. И ты можешь в этом помочь нам, воин.
- Чем? Я не могу и пальцем пошевелить после ваших стрел.
- Наконечник каждой стрелы Братства при изготовлении сразу же окунается в специальный отвар. Его не смыть уже ничем, он не выветривается и очень долгосрочен. Если этот отвар попадает в кровь – секунды через две-три враг уже лежит на земле чуть менее, чем полностью парализованный и без сознания. Это на случай если стрела не убьет - тогда уронит и обездвижит. Со временем яд выходит из организма естественными путями. Где-то часа через четыре ты уже будешь на ногах. Сейчас – спи.
Кезар попытался улыбнуться, но мышцы на лице еле двигались, и улыбка получилась довольно страдальческой. Во взгляде Силуса он прочел ответную, но слегка зловещую улыбку.
Первым, что увидел Кезар, когда проснулся – маленькую девочку, сметающую крошки хлеба со столика. Крошки быстро смахивались в ладошку и отправлялись прямиком в рот девочки. Это хрупкое, худенькое создание с такой жадностью глотала эти крошки, словно ее не кормили Бог знает сколько.
Кезар потянулся и, как истинный воин, одним рывком покинул кровать. Девочка обернулась и с криком выбежала из комнаты. В недоумении воин накинул на себя висевший на стене балахон, приоткрыл дверь комнаты, выглянул наружу. За дверью он увидел, как девочка оживленно рассказывает о чем-то Силусу, а тот дико хохочет и, судя по всему, пытается ее успокоить. Кезар вяло улыбнулся и вышел на улицу.
Хотя, какая уж тут улица, небольшая лесная поляна, на которой каким-то чудом уместились три крохотных домика и несколько раскиданных палаток. Посреди поляны был разведен огромный костер. Несколько крепко сложенных парней неспеша ставили еще одну палатку.
К воину тут же подскочил Силус и оживленно затараторил:
- Ну что, как тебе наш лагерь? Прежний разгромили айтанские пехотинцы, вот мы и ставим здесь новый. Дом, в котором тебе пришлось отлеживаться после ранений – это, как ни странно, наш, так сказать, госпиталь. А вон тот, второй, рядом, это Курциевы палаты. Там у нас живет наш историк, который ведет летопись Братства. Туда лучше не соваться, он слегка… не совсем нормальный, мы стараемся лишний раз его не дергать, нервный он какой-то. А вот в этом домике у нас, - Силус облизнулся, - святая всех святых – столовая.
- А в палатках живут воины Братства, верно? – высказал предположение Кезар.
- Какие уж тут воины, все наши отряды патрулируют лес и находятся в засадах круглые сутки. По графику они меняются постами и приходят в лагерь на обед. В палатках у нас запасы продовольствия, оружия… склад вообщем. Там же кузнец хранит наковальню, неужели думает, что если оставить ее у костра, то она убежит? – усмехнулся бородач.
Показав лагерь новоприбывшему, Силус подвел Кезара к одной из палаток и вполголоса сообщил:
- Здесь у нас хранятся доспехи, пока я здесь – можешь выбрать любые. Оружием, извини, обеспечить пока не могу. Ах да, твой кинжал в арсенале Братства, придет время – тебе его вернут. Я завтракать, а ты пока осмотрись. Только ты это, в лес соберешься – там не балуй особо, мало ли что, - не договорил Силус, усмехнулся и затопал к вратам кухни.
Спустя час, в новых доспехах Кезар поковылял в чащу леса, осмотреться. Ноги по-прежнему не сильно слушались его. Воин шел и думал, кто такие айтанские пехотинцы, что нужно Вождю от Магроса, да и вообще, стоит ли связываться с Братством Черного Солнца. Но мысли Кезара прервало копье, воткнувшееся в землю буквально в дюйме от него. Одним прыжком воин скрылся в кустах, в ожидании появления незримого врага.
Но враг предпочитал оставаться инкогнито и не спешил выходить. Кезар перебежками направлялся в чащу, может, там он узнает больше.
В лагере по-прежнему было тихо, отряды сидели в своих засадах, Силус неизвестно где пропадал, а историк занимался своей летописью. Исчезновения Кезара никто, ясное дело, не заметил.
Да и кому он теперь был нужен. С этого момента он лишен прошлого. Те 22 года должны быть стерты из памяти, служба Вождю была ошибкой, он предназначен для чего-то более великого и значимого, чем… даже вспоминать не хочется.
С этими мыслями Кезар продолжал бежать, топча кусты черники. Уж больно быстро он лишился всего, что имел, да еще и из-за какой-то мелочи. Так, предположим, Силус говорит правду. Они хотят воскресить Магроса, а предок Вождя Магроса недолюбливал, может, Вождь хочет продолжить дело праотцов и не позволить Магросу вернуться к жизни? Собрать как можно больше этих склянок из разных уголков планеты и упрятать под замок, чтобы Братство Черного Солнца до них не добралось? Так вот почему Силус так оживился при упоминании имени Вождя…

В Запретном Лесу.
Тем временем стрелы свистели буквально в паре дюймов от головы воина. Может, это очередная засада Братства, отряд, который просто не в курсе, что Кезар теперь один из них, или эти самые, айтанские пехотинцы. Через мгновение ноги Кезара оторвались от земли, и воин повис в ловко подвешенной сети, на какой-то сосне. Со всех сторон к нему сбежались маленькие человечки с длинными копьями в руках. У человечков были странные острые клыки и маленькие глазки, наполовину скрытые под щеками. Неужели те самые пехотинцы… Кезар не сразу поверил, что эти чудики могут быть по-настоящему хорошими воинами, но умудренный кой-каким опытом, да и сам будучи воином, он понимал, что внешность далеко не показатель мастерства. Но грамотно работать с ловушками они точно умели, и командой работали неплохо.
Воин, яростно сопя, пытался выбраться из ловушки, но тщетно. Карлики с копьями лишь хихикали над его попытками и, пользуясь моментом, тыкали в пленника копьями. Кезар уповал лишь на милость Божию и на Силуса с его отрядом Братства.
Но отряда все не было. Да и откуда ему взяться, раз уж эта пехота здесь как-то оказалась – значит, всех воинов Братства поблизости вырезали. А что в одиночку может сделать воин, висящий пусть и не так высоко над землей, запутавшийся в сетях и без оружия.
«Эти недоростки еще и костер стали разводить прямо под сетью, наверняка решили зажарить живьем, недаром клыки у них такие огромные, приноровились уже человечинкой питаться, гады», - думал Кезар и уже собирался в отчаянии закричать, но тут из глубины леса вылетает блестящий дротик и вонзается в затылок одному из карликов. Из чащи вышел воин в белых доспехах, на голове его был такой же белый, изношенный шлем, укрывающий все лицо, а потерянная, вероятно, в каком-то бою рука вместо кисти оканчивалась острым зубчатым колесом, закрепленным на металлическом каркасе.
«Наверное, тяжело с такой штукой на руке бегать», - успел лишь подумать Кезар, прежде чем длинный меч рыцаря и это самое зубчатое колесо нашинковали оставшихся девятерых вояк. Через пару мгновений еще не разгоревшийся костер был потушен упавшим на него трупом миниатюрного копьеносца, сеть была рассечена мечом, и Кезар очутился на свободе, лежа спиной на трупе. Воин в белых доспехах молча протянул спасенному руку. Поднявшись, Кезар удивленно окинул взглядом потрепанную броню бойца. Точно такие же носил его дед.
- Спасибо, - с искренней благодарностью в глазах выдавил Кезар.
Воин развернулся, и уже собирался было так же молча уйти, но, услышав благодарность, вдруг резко развернулся.
- Присядь, расскажу тебе одну занятную вещицу, - как ни в чем не бывало ответил на благодарность рыцарь.
Кезар стащил стальной нагрудник с одного из карликов, положил на траву и устроился на нем поудобнее, догадываясь, что беседа будет более, чем просто содержательной. Рыцарь в белых доспехах уселся на траву, напротив.
- Однажды, - начал рыцарь – дракон, называющий себя Аргоном, уничтожал деревни и сёла Северного Королевства одно за другим. Победить Аргона не мог ни один воитель, все, кто отправлялись к нему в пещеру – были растерзаны когтями этого дракона, а их головы Аргон вешал на лиану, у входа в пещеру. Даже отряд королевских пехотинцев не мог победить его. Но, чуть позже, нашелся человек, который смог собрать отряд лучших воинов Северного Королевства и, с их помощью он уничтожил дракона. Перед смертью истекающий кровью дракон отломил кусок своего когтя и отдал его воину, сказав, что это – ключ к жизни. Тогда тот рыцарь не понял, что означают слова дракона. Со временем он забыл и о драконе, и о самой битве с ним, да и о том, как он был воином. Он женился, обзавелся чудесными детишками, построил дом в деревне на окраине и жил тихой семейной жизнью, пока человек по имени Тинар, не пришел в эти земли со своим войском. Все, кто пытались убить его и чудом оставались в живых, рассказывали, что Тинара не берут ни копья, ни стрелы, ни мечи. Его армия жгла деревни Северного Королевства, убивала жителей, королевские войска были отброшены вглубь Королевства, окраинные деревни и поселения защитить было некому, кроме народного ополчения, возглавлял которое тот самый воин. Из своего старого сундука он достал тот самый коготь дракона и вырезал из него лезвие для нового меча. Потом воин собрал тех бойцов, которые помогли ему в борьбе с Аргоном и темной ночью они проникли в стан врага. Когда воин занес свой меч над спящим Тинаром – в шатер ворвалась стража. Воин успел пронзить жестокого Тинара, но и сам пал от мечей его солдат. Оставшиеся в живых соратники воина пытались бежать из лагеря врага, но солдат армии было слишком много. Последние четверо уцелевших бойцов сумели скрыться в чаще леса. Одним из них был я, но в том бою я лишился руки.
- Не может этого быть, - оживился Кезар, - Еще мой дед рассказывал эту мне эту историю, у него были такие же доспехи. Да ну, не может быть, чтобы тебе было…
- У твоего деда были белые доспехи с таким же гербом? – прервал Кезара собеседник и указал на изображение месяца, украшавшее эгиду рыцаря.
- Да, именно такие, - не сумев скрыть удивления, прошептал Кезар.
- Если это так – твой дед был одним из нас, - рыцарь снял шлем и Кезар увидел воинственное лицо воина, но покрытое морщинами, что не давало забыть о возрасте его обладателя, - Друзья зовут меня Лорен, хотя… какие там друзья, они все давно мертвы. Повезло лишь мне, если это можно назвать везением. Жить в одиночестве столько лет – не самое лучшее, что может быть в жизни. Не так давно у меня был день рождения, непомню, сколько лет мне исполнилось, но, думаю, за сотню уже перевалило. Спасают лишь ежедневные тренировки, благодаря им я все еще жив и каждую секунду готов жить дальше, несмотря ни на что. Кстати, воина, победившего Тинара, звали Магрос. Слыхал о таком?
- Как ты сказал? Магрос? Это невозможно, ведь легенда гласит, что Магрос был могущественным волшебником…
- Магрос никогда не был волшебником, - перебил Лорен, - легенда – сущий бред. Тебе, наверное, еще рассказали как он, спасаясь от, если не ошибаюсь, деда Вождя, между прочим моего современника, заключил свой дух в склянки с каким-то маслом? Поверь, это не так, я то знаю…
- Неужели Магрос был воином? Не могу себе представить. А как же разрушительное пламя, которое создает это масло? Что ты знаешь о Братстве Черного Солнца?
- Пламя – чистой воды алхимия, Магрос в молодости ей увлекался, часто использовал эти склянки в бою. После смерти оставил пару ящиков на своем складе, все кому не лень растащили эти склянки, не зная, что с ними делать. Самые доходчивые сгорели заживо, а через тех, кто не стал их открывать, флаконы попали в разные точки мира. Стоп, ты знаком с Братством? Ты хоть представляешь себе, чем они занимаются?
- Ну, по-моему, они хотят вернуть к жизни волшеб… воина Магроса, построить идеальную империю, устроить мир во всем мире и вообще, творить добро. Один из них, Силус его зовут, показался мне довольно интересным и добродушным человеком.
- Нет, что ты, парень, - усмехнулся Лорен, - они всего лишь хотят подчинить себе население мира, а непокорных – запросто уничтожить. Моя задача – им помешать. Ты у них на хорошем счету?
- Сам не пойму, Силус дал мне доспехи, я некоторое время жил в лагере, правда, недолго. А в чем дело?
- Ты мог бы помочь мне, стать шпионом в стане врага. Актер, конечно, из воина никудышный, просто веди себя так же, как и при знакомстве, включи дурачка, узнай больше об их планах и сообщи мне, когда соберешь достаточно информации, чтобы я знал, что предпринять дальше.
- Я уже не знаю, кому верить… Может, ты и вправду знал моего деда, воевал с ним бок о бок, в таком случае я не вправе тебе отказать, чтя память своего предка. Постой, вопрос, тогда что же Вождь, какие у него планы?
- Вождь – мой союзник, но на него я не рассчитываю, его войско больше напоминает мне стадо, никакой дисциплины. Он правит лишь племенем, пусть и крупнейшим, а в мои времена было единое Северное Королевство, которое за полвека раздробилось на эти племена. Кроме того, этот идиот считает, что оставшиеся флаконы с маслом могут колоссально повлиять на исход войны с Братством.
- Я разбил один флакон… Теперь я изгнанник. Личный враг Вождя, а значит и всего племени.
- Зачем тебе помощь стада, когда есть собственный разум? – изрек Лорен.
- Возможно, ты прав. Еще вопрос, кто такие айтанские пехотинцы и не они ли напали на меня в лесу?
- Айтанские пехотинцы – это отряд воинов, состоит он всего лишь из десяти человек, но зато каких! Подчиняются они лишь одному повелителю – Айтан-Манаду. Сам же Айтан-Манад не является каким-либо правителем или королем, да и многие считают, что он такая же легенда, как и сами пехотинцы. Якобы странствует он со своим отрядом по миру, борется с несправедливостью. Нет сейчас таких, кто низвергает эту самую несправедливость за просто так. Судьи требуют за это деньги, повсюду коррупция. Даже королевская стража в свое время пренебрегала своими обязанностями ради денег. Что поделаешь… Еще и это Братство, не знаю кого они хотят воскресить, но уж точно не Магроса. Наверное, они и пустили по миру эту легенду про дух волшебника, чтобы навешать людям лапши на уши. Ну а ты, как и любой другой, повелся на эти россказни. Но склянки Братству зачем-то нужны. Затевают что-то. А в лесу на тебя напали обыкновенные дикари. Мутные они, разводят костры, жарят на них всех, кто попадется, едят и снова прячутся в кусты, ждать следующую жертву.
Только успел Лорен договорить, как из леса послышались крики Силуса. Он с отрядом прочесывал лес в поисках Кезара.
- Узнаю этот голос, - прошептал Кезар, - Силус с солдатами Братства. Я к ним, а тебе уходить советую. Встретимся через четыре дня у Туманного Озера. Ровно через четыре дня, в это же самое время, удачи, друг.
- Прощай, парень, - с улыбкой проговорил Лорен, - увидимся, надеюсь, ты принесешь мне добрые вести.
Кезар поспешил навстречу голосу. Как он и ожидал, он увидел Силуса и пятерых солдат Братства.
- Приветствую, друг! – воскликнул Силус, - а мы тут тебя искали, думали уж сгинул ты в чаще. Чего ж ты полез сюда? Без оружия, смельчак, мог бы и дикарям попасться, живым бы не выбрался. Ну, чего молчишь, идем.
- И вправду, мог бы попасться, - еле сдержал улыбку Кезар.
- Пойдем, как командир нашего лагеря я решил вернуть тебе твое оружие, завтра мы идем в бой с еретиками. Какой-то безумец намеревается сорвать наши планы. Но этому не бывать! Мы живем, чтобы творить добро, пусть даже с помощью копий и мечей. Сколько бы крови не пролилось, мы перешагнем через трупы этого изгоя и его дружков, разобьем эту шайку и продолжим наше, - Силус замялся, - наш путь к истине. Да, к истине…
- Ага, продолжим, - выдавил Кезар. Сердце бешено билось, срочно нужно вырваться из лагеря и предупредить Лорена о планах Братства на завтра, чтобы тот успел подготовиться или банально скрыться где-нибудь в бесконечной чаще Беспробудного леса.
Но не всё так просто. Как объяснить Силусу свою отлучку, ведь он явно заподозрит неладное. Была – не была, есть одна мысль, глупая, но предупредить новоявленного друга нужно любой ценой.
- Силус, дружище, я тут решил размяться перед завтрашним боем. Дай мне меч, прогуляюсь в лес, порублю дикарей, кости разомну, а то затекли они без драки. Сам понимаешь, воин как-никак…
- Воин, - захохотал Силус, - меч возьми в палатке, где-то под кирасами валяется. У нас там слегка, как ты уже успел заметить, кхм… беспорядок. Да, небольшой беспорядок.
Через некоторое время воин уже мчался по лесной тропинке в лес, искать Лорена. Не так просто найти одного человека в Беспробудном Лесу, даже если этот человек одет в белые доспехи и лишен руки. Уже в который раз продираясь сквозь сухие ветви и какие-то колючие кусты, Кезар приближался к поселению дикарей. В прошлый раз Лорен был именно там, неподалеку от засады этих маленьких негодяев. Может и в этот раз…
Кезар старался думать как можно меньше, а бежать как можно быстрее. Уж очень не хотелось возвращаться в лагерь после заката, по темному, опасному Беспробудному Лесу. Воин, конечно, не боится ничего, но бесконечная храбость все же граничит с безрассудством, да и жить охота. Блеклое уходящее солнце чуть освещало лес.
- Где же ты, Лорен, - задыхаясь, пробормотал воин, перепрыгивая через ручей.
- Кезар! Эй, Кезар, постой! – послышался крик из-за холма.
- Лорен, ты ли это? Битый час тебя ищу! – услышав знакомый голос, прокричал Кезар в ответ.

Вечер перед битвой.
Через некоторое время воин уже мчался по лесной тропинке в лес, искать Лорена. Не так просто найти одного человека в Беспробудном Лесу, даже если этот человек одет в белые доспехи и лишен руки. Уже в который раз продираясь сквозь сухие ветви и какие-то колючие кусты, Кезар приближался к поселению дикарей. В прошлый раз Лорен был именно там, неподалеку от засады этих маленьких негодяев. Может и в этот раз…
Кезар старался думать как можно меньше, а бежать как можно быстрее. Уж очень не хотелось возвращаться в лагерь после заката, по темному, опасному Беспробудному Лесу. Воин, конечно, не боится ничего, но бесконечная храбость все же граничит с безрассудством, да и жить охота. Блеклое уходящее солнце чуть освещало лес.
- Где же ты, Лорен, - пробормотал, задыхаясь, воин, перепрыгивая через ручей.
- Кезар! Эй, Кезар, постой! – послышался крик из-за холма.
- Лорен, ты ли это? Битый час тебя ищу! – услышав знакомый голос, прокричал Кезар в ответ.
Новоиспеченные друзья встретились чуть позже обговоренного времени, но пара-другая минут вряд ли помешала бы планам на этот замечательный день перед битвой. Возможно, крупной битвой, кто знает, может быть крупнейшей в жизни молодого воина. А ведь еще пару дней назад…
«Ну да ладно, доспехи есть, оружие есть, поживем – увидим», - думал воин.
- Извини, что пришлось задержаться, предупредить об этой задержке, сам понимаешь, возможности не было, - с опаской оглядываясь заговорил Лорен.
- Возникли непредвиденные обстоятельства, завтра Братство намеревается начать полномасштабную атаку на… не совсем понял кого, но кого-то сильно неугодного ему. Все-таки я думаю, что Силус – обычная шестерка, а этот лагерь – лишь место для расположения небольшого подразделения, совсем маленького отряда Братства Черного Солнца, возможно, мы и не представляем всей силы этих людей!
- Поверь, - усмехнулся Лорен, - представляю, еще как. Спешил, как мог, чтобы сказать тебе, что не только Силус со своим отрядом из этого лагеря собирается напасть на «неугодных Братству», а еще и Западный лагерь, Южный и вообще, все воины Братства, раскиданные по лесу! Масштабы сражения еще неизвестны, так как мы не знаем, с кем вообще они собираются развязать битву.
- Уверен, враг нашего врага – наш друг. Вспомнились слова Силуса, их старый лагерь разгромили, как он сказал, айтанские пехотинцы. Если он сказал правду – значит, они существуют, и являются нашими прямыми союзниками. Нужно как-то наладить с ними контакт и тогда у нас будет гораздо больше шансов победить и разрешить этот еще пока локальный конфликт.
- Да ты быстро учишься, какие слова узнал! Честно говоря, ты один из немногих воинов, в котором чувствуется потенциал не только цепного пса, рвущего всех врагов своего хозяина, а еще и талантливого командира, способного адекватно мыслить перед таким событием, вместо того чтобы со сжатыми зубами натачивать свой меч перед битвой. Может, из тебя еще и дипломат неплохой получится, кто знает… Вдруг, еще и знаменитым полководцем станешь, попомни мое словцо! – воскликнул Лорен, дружески похлопывая скромно прячущего глаза Кезара по плечу.
- Постой… а как же ты? Ты будешь участвовать в завтрашнем сражении?
- Прости, это вряд ли, - с сожалением развел руками Лорен, - пойми, сторону Братства я принять не могу по известным причинам, а сторону врага… мы ведь даже не знаем, кто этот враг!
- Твоя правда. И все же, мы узнали много интересного из своих наблюдений. Надеюсь, дальше – больше. Много нового еще предстоит выяснить, разберемся ближе к делу. Надо мне в лагерь возвращаться, меч точить. Как-никак, я все еще воин, а завтра такое событие намечается…
- Удачи, друг. Я буду следить за тобой завтра, в трудную минуту можешь на меня рассчитывать. Главное не попадаться на глаза Силусу, кое-что он наверняка обо мне знает, тогда конец и тебе, и мне, и нашим планам.
- Все пройдет гладко, будь уверен. Доброй ночи, Лорен!
Попрощавшись, воин в смятении ринулся в лагерь. Уже стемнело, Силус мог что-нибудь заподозрить, а это сейчас совсем ни к чему. На подходе к лагерю на глаза Кезару попалась та девочка, которую он видел в госпитале. Все такая же маленькая, тощая, она собирала чернику. Воин задумался, тряхнул головой и ускорил шаг. «Ничего, кроме мыслей о предстоящем бое в моей голове быть не должно!» - думал он.
Как и ожидалось, простоватый с виду толстяк ждал его уже у самой палатки. «Что-то подозревает», - решил Кезар.
- Ну что, как тренировка? – с хитрой улыбкой поинтересовался Силус.
- Все отлично, готов к битве! – ответил воин с притворным рвением.
- Ну… что я еще могу сказать, точи меч! – толстяк пытался разглядеть в глазах воина хоть какую-то тайну, но видел перед собой лишь простодушного юношу.
Неизвестно, кто был наивнее, командир отряда Братства или молодой воин, но каждый из них держал свой камень за спиной, обоим вскоре предстояло метнуть его друг другу в спину.

Все бывает в первый раз.
- Все бывает в первый раз, - бормотал, утешая себя, Кезар, - даже война.
Рассвет близился, но не спеша. Наверное, солнце еще не выспалось и никак не хотело сменять луну. Темнота темнотой, а сбор у оружейной палатки по расписанию. Как только прогудел рожок дозорного – за оружием, словно за фруктами на базаре, выстроились солдаты со всего лагеря. Кто-то честно простаивал в этой давящей с двух сторон очереди, а кто-то, доверив свое место товарищу, чинил доспехи, натирал до блеска сапоги или просто давился припрятанным с вечера куском хлеба, кто знает, может быть, это последний день на этом свете, а завтрака не будет. Силус не любил с полным желудком (куда еще полнее) вести солдат в бой и не любил, когда солдаты бегут в атаку, думая о набитых с утра желудках. Неизвестно, приходило ли ему в голову, что солдаты также могут бежать в атаку, думая, опять же, о своих желудках, но с утра пустых.
Получив оружие, каждый пехотинец в свободном порядке отправлялся на омовение. Таков обычай, помыться перед битвой. Если уж умирать – так чистым. Разумеется, души и морали это не касалось, изнутри многие были гораздо чернее, чем снаружи. Конным наездникам перед этим еще предстояло натереть до блеска сбрую верных коней. Так уж заведено.
Гарнизон лагеря был разбит Силусом на небольшие группы, которые разными путями должны были объединиться с основным отрядом, наверняка уже собравшимся неподалеку от места битвы. Первая группа, во главе которой стоял сам Силус, самая крупная по численности, шла напрямик, по главной тропе. Вторая – в свободном порядке, незаметно скользя неподалеку, сопровождает первую на случай засады. Третья, с которой был направлен Кезар, вышла самой последней и являлась замыкающей. В случае нападения с тыла именно эта группа была бы вынуждена принять бой и подать сигнал бедствия основной первой группе.
Кезар волновался напрасно, нападения с тыла не последовало. Гарнизон без приключений добрался до места сбора, где, собственно, приключения и начались…
Силус еще раз проверил свои записи, почесал лоб, о чем-то пошушукался с адъютантом. Все присутствующие были взволнованы состоянием командира, даже издалека было видно, как толстяк обеспокоенно ерзал в седле. Немудрено, ведь в пункте сбора никого, кроме них, не было. Не могли же сотни солдат и офицеров из других лагерей просто взять и провалиться под землю! Но они могли просто не явиться. Или им кто-то помешал, причем довольно успешно.
Из леса послышался приближающийся гул. Через несколько мгновений гудело совсем рядом, а небо знакомо почернело. Кезар узнал и этот звук, и это небо, и шум падающих деревьев. Клубы пыли стремились из глуши Беспробудного леса прямиком на шокированный отряд.
«Врассыпную!» - команда была выполнена еще раньше, чем прозвучала. Побросав свое оружие, храбрые воители с дикими воплями бросились бежать от этого надвигающегося безумия. Кезар не мешкал, чудо это он видел уже не первый раз. Стараясь не поддаваться панике, просачиваясь сквозь толпы визжащих солдат, он рвался к поляне, на которой намечалось проведение первой в его жизни битвы. Там не должно быть деревьев, следовательно, шансы быть раздавленным каким-нибудь дубом практически равны нулю.
Выбравшись, наконец, из этого столпотворения, Кезар во всю прыть помчался к полю. Позади слышались предсмертные крики погибающих под грудой деревьев солдат, испуганное ржание лошадей. Им уже не помочь, но спастись самому еще вполне можно.
Воин достиг спасительной поляны и без сил упал на траву. Возможно, кому-то еще удалось выбраться из леса, но это волновало Кезара меньше всего. Он просто лежал на траве и желал как можно скорее отключиться. Отключиться, а через несколько часов проснуться в теплой постели и думать, что все это было плохим сном. Но какая теплая постель может быть у потомственного воина? Рассчитывать на милость судьбы не приходилось, если не придавило деревом – могут съесть дикари. Кроме того, кто-то же должен выяснить, что случилось с отрядами из других лагерей Братства. Ведь Силус привел свои войска на нетронутое место, деревья стояли там как и прежде, значит, эта непонятная буря еще не побывала в этих местах, а других отрядов здесь и не было, в случае их гибели наверняка обнаружились бы трупы или какие-то следы пребывания довольно внушительных размеров войска. Никто сюда и не приходил, возможно, и не собирался приходить, осталось лишь выяснить причину.
Как бы там ни было, отлежавшись несколько минут, Кезар собрался с силами и встал. Когда он окинул взглядом опушку леса, из которой благополучно убрался с полчаса назад – воин понял, что битвы сегодня не будет. Она уже была, неизведанное буйство природы, а может какой-то сильной магии против беспомощного стада людишек. Несомненно, последние были разгромлены в крах, быть может, он сам последний уцелевший. Даже Силус на своем быстром, как порыв северного ветра, коне, наверняка не успел далеко умчаться, скорее всего, погиб в давке, вместе с остальными. Бежать к поляне не решился больше никто. Покрытые пылью и щепками, усеянные телами мертвых солдат, пеньки елей, дубов и пихт кучковались на месте ранее зеленой опушки.

Одинокий мрак.
Даже на поляне оставаться было небезопасно, глотнув воды из фляги, Кезар двинулся к Туманному Озеру, в надежде найти Лорена. Идти пришлось в обход, минуя место катастрофы за пару сотен метров, мало ли чего можно ожидать от пеньков и кучи трупов. Хоть буря и закончилась, на душе все равно было как-то не по себе.
Когда озерная гладь, наконец, показалась вдали – Кезар был окончательно измотан. С трудом добравшись до берега, он прилег на песок. Здесь птицы щебетали, как прежде, а белки непринужденно скакали по деревьям в поиске шишек. Хотелось просто лечь и уснуть, но некогда. Кому шишки искать, а кому рыцаря в белых доспехах. Перекусив последней краюхой хлеба, Кезар встал и, что есть силы, прокричал трижды имя своего друга. Лорен не отзывался. Одиночество и мучительная боль где-то там, в сердце, наступали темной тучей изнутри.
Воин отправился вдоль берега искать боевого товарища, но поиски с течением времени казались все безнадежнее. Мускулы на лице невольно дергались, ноги подкашивались, а голова шла кругом, перед глазами темнело. Добравшись до того самого места, где в последний раз он виделся с Лореном, Кезар присел на поваленное грозой дерево, подпер голову руками и тихо уснул…

 отзывы (1) 
Оценить:  +  (+3)   
08:38 17.09.10